Он улыбается устало в разбитых чёрных зеркалах

Он улыбается устало в разбитых чёрных зеркалах.
Его судьба не раз трепала, и оставляла на бобах.
Ему неведомы преграды, сухих и не пролитых слёз,
Его сто тысяч предавали, и убивали не всерьёз.
Его сто тысяч - звали мужем, а кто-то звал своей судьбой,
Но он по факту - был не нужен, и сам себе он был судьёй.
Но сам себе он был наградой, и миллионом бранных слов,
Он прожил жизнь - другой не надо, он к новой вовсе не готов.