Философская лирика

Моя смерть под микроскопом стихов.
Препарирую увядание, разложение,
Путь в ничто, истинное "готов", "не готов",
Не дожидаясь последнего абзаца, предложения.

Моя смерть под пристальным светом в лицо
Сидит, ёрзая, на допросе с пристрастием;
Перед идеально белым чистым листом,
По которому строки, как слезы, текут серьезные, частые.
- О счастье ли?

03.12.2025

Мысль о смерти - зеркало,
Отсекающее лишнее,
Сортирующее личное.
Как росток - предвестник вешнего,
Как сок веток станет вишнею,
Так проявится, что брезжило.

Перед смерти гладью равенство
- Не в сравнении искомое,
Силою любви знакомое.
Совершенство замысла исконное
Благодатью, честности законами,
Естеством добра проявится.

02.12.2025

Смерть как способ познания жизни
- Лирична и глубока.
Повседневность обесценивает право выбора
- Но у мертвого не пошевелится рука.

Бездействие при жизни носит смысл утраты.
Нытье вгоняет в стыд,
Когда становятся ужаты кончины датой
Возможности дышать, творить.
Смерть подгоняет жить.

01.12.2025

Смерть задаёт прямой вопрос:
Что я успею, сделаю, смогу
До тишины ее прикосновенья?

Как тонкий лёд целует реку,
Смиряя лишь поверхностный поток,
- Этот вопрос приостановит время.

Ответчик смерти - моя суть,
И ей по силам прочный диалог.
Но листьями опавшими прикрыта

Тропа спокойствия, любви, путь, где есть Бог.
Я, страхами шурша, иду
- Деревья, горы помогают выйти

Из оцепенения на свет,
Где ясно вижу нежность и дорогу.
Нежность, любовь, с которой дан мне мир.

И честность не топтаться в страхах на прологе,
С улыбкой разворачивать сюжет
Спокойной жизни, делая что должно
И принимая с благодарностью, что есть.

30.11.2025

Смерть кажется конечной точкой.
Но разве не выходим из доспехов
Страстей и зависти в ночной тиши?
С плеч разве не отряхиваем перхоть
Желания быть принятыми, преуспеть?

Смерть кажется итоговой чертой.
Но разве мало параллелей каждый вечер
Проводим, засыпая, отрекаясь
От самости в единстве с бесконечным;
И утром обретая вновь конечного себя,
все беды и любовь.

29.11.2025

Где начинаются тревоги?
- У края одержимости смертью;
Обивая пороги нежелания видеть,
Нежелания слышать, нежелания делать.

Откуда бегут цунами
Обид, заблуждений, страданий,
Сотрясая словами, как судорогой, день?
С покосившимся ртом день? - Простой солнечный день.

Кто проживает эмоции?
- Игрок, актер, растворенный в ролях,
Где законно бороться, выдавая борьбу за жизнь.
Жизнь - в ощущений цепях? Жизнь - там, где слышишь себя,
Подлинного себя.


28.11.2025

Говорят:-Твои стихи душевные.
Но быть они такими и должны.
Родилась в сибирской я деревне
Средь её покоя,тишины.
И росла моя душа со мною
Чистотой и свежестью дыша,
И звенела тонкою струною
Волшебству поэзии служа.

Я, конечно, извиняюсь,
Что порой вас огорчаю,
Но прошу меня понять —
Трудно всем всегда молчать!

Я бываю не права,
Признаю свои слова,
Что могла обидеть вас,
В этот светлый, ясный час.

Но и вы меня поймите —
Не всегда сдержать обиды.
Сердце — хрупкое стекло,
Бьётся болью об назло.

Если вдруг не так сказала,
Если грубо — не со зла.
Просто в мире слишком мало
Теплоты и волшебства…

Так давайте, как друзья,
Понимать порой меня.
Я прошу — не осуждать,
А немного принимать.

2018г.

Я стою целый час на балконе,
Вглядываясь во мрак…
Полвека жил в этом старом районе,
Полвека прожил, как дурак!

Те же самые ржавые крыши,
Тот же купол церковный с крестом.
Как давно я сей город не слышал,
Четверть века я не был в нём!

Только лица не те (самую малость),
Да и я уж не тот, как прежде.
Куда годы любви подевались,
Пусть ответят мне, как невежде?

Может, здесь повстречаю чудо,
Успокоить, чтоб душу суетно?
Но болит на душе простудой,
Память прошлого безответно!

Я стою и смотрю, наслаждаясь,
Не желая искать ответа…
Пусть всё будет так, как осталось,
Мало мест, где так много света!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Я душою ложусь на дно,
Как подводная (может) лодка…
Тихий стон разрывает давно,
Поэтическую глотку!

Вдохновение ржавым стало,
Муза мой забыла порог.
Но мне злобы пришедшей мало,
Я душой до предела продрог!

Одиночество кружит вихрем,
Дверь, срывая нахрапом с петель.
Знаю, скоро и эта суть стихнет,
Лишь останется памяти хмель!

Я душою на дно опрокинут,
До предела! Аж тошно жить.
Дни и эти на завтра сгинут,
Не могу ни любить, ни выть!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Я вижу высь монастыря,
Высоких стен и башен колокольных.
Но не иду через порог и, может, зря,
Душевно – нет друзей там и знакомых!

Стою, смотрю я тупо у окна,
Стараясь разглядеть во храм идущих,
А в горизонт взметнулась уж луна,
И слышится мне колокол зовущий!

Украсились обители карнизы,
В огонь зари, а внутренне свечей.
Мне слышится плач бедной карамзинской Лизы,
Не от того ли и душе моей больней?

Нет, не пугает Веры нашей плен,
Мы с ней родились, в радости и жили.
Такие мысли вот приходят мне у стен,
Сих вековых, где Господа любили!

Любили, любят в протяженьи долгих лет,
Неважно ты богат, иль безгранично беден.
Не знаю только вот, спасенье есть, иль нет,
Ведь главное, чтоб был по жизни честен!

Взираю ввысь монастыря,
Где затаился звон колоколов щемящий,
Мне душу до предела! Может, зря…
Стою, смотрю вслед инокам входящим!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

День за днём негаданно в песок,
Не уходит, исчезает безгранично.
Мне вот как-то только невдомёк,
Жить, обманывая душу постранично,
Бьёшься в стекло, словно мотылёк,
Утирая слёзы горя с щёк!

В этой дрязге ты не забывай,
Меня, хулигана и поэта.
Как хотел с тобой попасть я в рай,
Но возможно ли при жизни нашей это,
Коль ступил ногой не в тот Highway,
Эхом на душе собачий лай!

В прошлых днях останусь я с тобой,
Навсегда! Там было так прекрасно.
Пусть бегут дни пакостно долой,
В суете обманной, разномастной,
День из серого взметнётся золотой,
Когда встретимся восторженно с тобой!


Изображение размещено из открытых источников Интернета

Я снова сочиняю, знать, время подошло.
Вдруг что-то накатило, наехало, нашло,
Наружу хочет выйти, внутри темно и хмарь,
Совсем не предсказуем душевный календарь.

Ещё вчера суть планов была ясна во всём,
А ныне захандрило осенним словарём,
Заволокло туманом промозглым, ледяным.
Пахнуло безнадёгой и чем-то неземным.

Растерян и подавлен, и просится слеза.
Спасите, сохраните, святые образа.
Я знаю, ненадолго внутри цветёт полынь,
И заклинаю морось: «Покинь меня, покинь…»

Но вяжет руки слабость, тревога, муть и страх,
И ни окна, ни двери о четырёх стенах…
Вот так теряет сущность в потёмках человек,
И прекращает в муках свой жизненный забег…

Ах, как светло и чисто, я выбрался, я смог!!!
Не углубляться в дебри даю себе зарок.
Трясина зла кумарит, и тянет, и зовёт.
Кто был в её объятьях, меня скорей поймёт… (А.Б. 14.02.18)

Играю в покер, пою романсы.
Вино и дамы, и реверансы.
Друзья-гусары, напитки крепче.
Дуэли, песни, гаданья, свечи.
Война, атаки, редуты, стоны.
Обоз санбата, кресты, погоны.
Любовь, интрига, разлука, верность.
И понимание, и неизбежность.
И это было всё в прошлой жизни.
Служил как надо своей Отчизне.
Искал, боролся и куролесил.
И много значил, и мало весил.
Порой всё помню, всё понимаю.
И этих видел, и этих знаю.
Честь офицера не понаслышке.
Дошёл до ручки, а там до вышки…
Душа гуляет в любых эпохах,
Как я гуляю по этим строкам.
Вчера был ангел, сегодня демон.
Там изменял, там до гроба верен.
Но почему меня так и манит
Вернуться к тем, кто про честь всё знает.
Чтоб девки — дамы, друзья — гусары.
И петь романсы под звук гитары… (26.08.17А. Б.)

Наступает цивилизация.
Я кричу ей: " Послушай! Постой!
Ты, конечно, удобна. Признаться
Я должна тебе в этом. Такой...
Мы такого удобства не ведали,
Чтоб всё рядышком под рукой.
Но как хочется насладиться мне
Одиночеством. Тишиной.

Чтоб из всех утюгов
не кричали нам,
что поесть, что купить,
что носить.
Чтоб реклама никак
не мешала мне
мыслить, жить,
развиваться, любить.
Полной грудью дышать,
не вполголоса
петь, когда я и с кем захочу.
И без ваших советов
я как-нибудь
разберусь во всём.
Мне по плечу".

Не плясать мне под дудку,
не маяться
по указке тех ушлых парней,
для которых цивилизация —
гвоздь программы и цель жизни всей.

Наступает цивилизация.
Для чего мне её агитация?

Ночь святоокая, зачем ко мне взываешь?
Печалью удрученного ребёнка,
Не знающего гибели своей.
На что вверяешь волю?

Уколом ли судьбы на верность проверяешь?
Раскаянья венок преподнося,
Ко вратам терным допуская.
На что вверяешь волю?

Свет свой зачем во мрак мой пропускаешь?
Надежду якоря бросаешь,
Во мглу сиянье разливаешь.
На что вверяешь волю?

Удавка на шее все туже и туже...
Господь попускает? Ему это нужно?
Быть может, чтоб каждый вернулся домой,
где ждут его радость и вечный покой?
За труд на Земле испытал там блаженство,
Достигнув возможного здесь совершенства?

Жизнь - миг, даже долго коль прожил на свете.
Там — вечность. А мы — её трудные дети.
Стараемся, пыжимся :
"Супер я. Во!"
Без Бога не выйдет у нас ничего.

В ад кто-то шагает дорогой прямой?
Нам, может, её обойти стороной?

Удавка на шее всё туже и туже.
Так значит, нам с вами вот это и нужно.
Чтоб в лоно скорбей, ощутив их по полной,
Смогли погрузиться.
И стать вдруг свободным!

Я всё позволю тебе,
Только любовь , не трогай во мне.
Не трогай , то что нельзя,
Там рай, и исчадие зла.

Между звездочками и землею
Проходили года чередою,
В кадрах жизни вдруг мы проявились,
Кто светлей, кто темней становились.

Между мертвыми мы и живыми
Свою память навеки делили.
По одним изнывали мы, плача,
Жить другим помогали с удачей.

Между прошлым и будущим наша
Жизнь проходит, она в настоящем,
Смотрим в прошлое — катятся слезы,
Забывая шипы, помня розы.

Между счастьем бредем и бедою,
Полосата жизнь наша с тобою.
Рвемся вверх, а судьба тянет ниже,
Что — победа, фиаско ли ближе?

Меж вражинами, между друзьями
Проживаем денечки за днями,
Одни дарят нам злобу и муки,
А другие нам жмут крепко руки.

Так вот жизнь и летит, как комета,
Тем отчаянье, этим — конфета,
Будь хоть добрая или жестока,
Но ценнее нет жизни урока!

22.04.2026 год.

Любовь и дружба — дар небесный,
Не всем дано его хранить.
Порой мгновенье, луч прелестный,
Нам душу может исцелить.

Но в час, когда приходит вьюга,
И сердце стынет от невзгод,
Когда нужна поддержка друга,
Где якорь, что удержит плот?

Святой союз души и воли
Даётся избранным сердцам.
Вкусить и радости, и боли
Позволено лишь мудрецам.