Философская лирика

Я мечтаю о верности, словно о чуде,
В мире, где совесть давно продают.
Где улыбаются ласково люди,
А за спиною кинжалы куют.

Мне казалось, что дружба - святая обитель,
Крепость, где можно укрыться от бурь.
Но оказался мой друг - искуситель,
Спрятавший в сердце холодную хмурь.

Я мечтаю забыть этот привкус полыни,
Горечь предательства,как чаша вина.
Друг мой вчерашний, ты стал мне отныне
Тенью, что бродит у самого дна.

Я мечтаю о том, чтоб не стать мне похожим
На торговцев душой в суете городской.
Пусть я буду один, пусть я буду прохожим,
Но с чистой и светлой, живою тоской.

Ты выбрал путь, где сияют витрины,
Я выбрал путь, где мерцает звезда.
Наши дороги - как две половины,
Что не сойдутся уже никогда.

А пока я один, и в тиши кабинета,
Строки ложатся на белый листок.
Это цена за познание света,
Горький, но важный жизненный урок.

Утомление временем сводит порою с ума,
Попадаются те, кто без цели живёт до сих пор.
Если вместо осмысленных тем будет полный туман,
То не стоит вести ни о чём в пустоте разговор.

Управление временем пользу приносит всегда,
Всё расписано чётко на многие годы вперёд.
Оставаться собой - неотъемлемый творческий дар,
От которого даже минуты меняют свой ход.

Удивление временем может внезапно прийти
И застигнуть врасплох пребывающих в мире своём.
Иногда так приятно сбиваться в дороге с пути,
Происходит такое у тех, кто гуляют вдвоём...

09.02.2026

Три ночи на часах и тишина.
По коридорам нет теней,бело.
Кем свыше судьба ребёнка решена?!
Кому тут лишнее неоперившееся крыло?!

За грех, что совершили их родные?
Или в минувшем ходили в палачах?
Иль были на любовь скупые?
Что ныне кровь в горячих их слезах.

Уязвимые лежат тельца в кроватках.
Пронзая взглядом не детским этот мир.
В короткой жизни их, со смертью схватка.
Для здоровья детей,где найти элексир?!

Три ночи на часах, и медсестра.
Скользит от пациента к пациенту,тихо..
Сегодня шесть, а было семь вчера..
Тут день и ночь гуляет лихо..

Отпустите меня!
Дайте ночь, ни о чем не думать.
Мысли прочь!
Я гоню их из своей головы.
Сколько в жизни можно было исправить,
Но спрошу я себя:
Что для этого сделала ты?

Сколько времени я
провела впустую
И напрасно искала слова-
Не нашла.
Я картину свою однажды
дорисую,
Но уже не вернусь туда,
откуда пришла.

Когда-нибудь, в конце пути,
Мы все поймём, что в жизни этой
Не удалось себя найти,
Но в сердце нет уже ответа.

Когда-нибудь, в конце пути,
Мы вспомним о своих поступках.
И мы не сможем обойти
Своих ошибок, слишком глупых.

Когда-нибудь, в конце пути,
Мы осознаем, что напрасно
Мы не смогли себя спасти,
Что б наша жизнь была прекрасна.

Когда-нибудь, в конце пути,
Мы вспомним тех, кого любили.
И сможем ли мы их простить?
А если сможем — то простим ли?

Когда-нибудь, в конце пути,
Мы вспомним о своих ошибках,
Но мы сумеем их найти
И не забыть своих улыбок.

Отомстив, не черпай месть до дна,
Чтоб душа не иссохла навек.
Пусть останется в сердце весна,
Не убитый и злой человек.

Не таи в себе злобы и яд,
Чтоб не сжечь от него самого.
Пусть обидчик поймет невпопад,
Что посеял, то сыщет потом.

Даже если враг ждал своего,
И плевал в твой бокал, не брани.
Зачеркни все, себя не губя,
Не тянись к нему больше, не жди.

Пусть растаял холодный туман,
И открылся пред взором рассвет.
Не бросай в свое сердце обман,
Сохрани чистоты добрый свет.

Лучше боль отпустить, как цветок,
Что опал, отслужив свой черед.
Не терзай прошлых дней завиток,
Пусть ушедшее с миром уйдет.

И когда ты прощен будешь сам,
И прощение примешь в ответ,
Подари свою душу мечтам,
И не будет для зла у них мест.

Ты не будешь, лишь раб суеты,
Проигравший себе и судьбе.
Не страшись этой черной черты,
За которой не будет тебе
Ни покоя, ни счастья, ни сил,
Лишь изжога от прожитых лет.
Пусть в душе будет мир, где ты жил,
Не поддавшись на дьявольский бред.

Сижу я устало, как гриб под берёзой
И мысли глубокие мхом поросли.
Пусть запах, увядшей давно, чайной розы
Напомнит о том как мы вместе цвели.

Извилин страницы листаю бесшумно,
И шелест листвы как прошедшего том.
Быть может не выгляжу я слишком умно.
Моя голова лишь для памяти дом.

Там вспышки от радости в рамках пылятся,
Разбросаны где то в углах все секреты.
И плачут дождём и лучами искрятся,
Те строки стихов, что расскажут об этом.

Если спросят: "Как дела"
Я отвечу: -Все отлично!
Жизни чаша так полна,
Как у всех, все как обычно.

Колесом по всем дорогам
Хоть бы спицы не сломать
Сил полны, и слава Богу
Все готовы принимать.

Мы как часть большой машины
Всех деталей в ней не счесть
Не спустили б только шины,
Не забыли б слово "честь"

Ум, как движущая сила
Знаний надо добавлять.
Не рванули б только жилы,
И чтоб спину не сорвать.

Направление знаем точно
Каждый к финишу придёт
Жизнь пытает нас на прочность
Испытания нам даёт!

Друзей ведь много не бывает.
Ведь дружба нам же помогает.
Преданных друзей нам надо знать.
С друзьями мир нам открывать!

Мы - то победитель, то побежденный.
Увы, нет(есть) место любви неразделённой.
У победителя много друзей,
С ненужных ему уж отраслей.

Жизнь побежденного особа.
Она, как у актёра кинопроба.
Друзья у побежденного- настоящие.
Кроме дружбы ничего непросящие.

Мудрость жизни такова:
Настоящая дружба в веках жива!

12.04.2025 г. Минск

Плачущих, жалующихся много.
Извлекающих радость из себя мало.
Что самое ценное и важнее на свете?
Я думаю, что не только в слове-привете.

Самое ценное в мире-это сам человек!
Он властелин этой жизни и навек.
Самое ценное в жизни-это сама земля!
Не разрушить бы её и не услышать звон хрусталя.

Самое ценное в жизни-это вода!
Она с нами, она в нас и навсегда.
Самое ценное в жизни-это воздух!
Мы нуждаемся в нём, как в солнце подсолнух.

Самое важное в жизни-это любовь!
Она тяжела и знакомиться нам с ней вновь и вновь.

19.04.2025 г.Минск

Сделай, что то полезное в жизни.
Не за блага в ответ, добра ради.
Лицо своё улыбкой сбрызни.
Вкус сладостный почувствуй благодати.

От дождя укрой зонтом прохожих.
Двери придержи в метро рукой.
На свете столь поступков чистых и хороших.
Делиться нужно душевной красотой.

С промёрзшего асфальта забери котёнка.
Войти в автобус помоги слепой.
У люда ныне с добротой напряжёнка.
Если вдруг помог кому-то,практически герой.

В маршрутке место уступи бабуле.
И мимо не беги рыдающих детей.
Так слабок свет в сумрачном загуле.
Найти в сознании своём его сумей.

Зачем же ждать, когда беда случится.
Просчитывая выгоду во всём.
Просто нужно на человечность не скупится.
Подставив в трудный час ближнему плечо.

Осень. Ночь опускается так низко.
И время идет вяло.
Я знаю, этот час подходит близко.
Жаль, что сегодня солнце не сияло.

Простите все, кого обидел,
Прости меня и ты.
Знаешь, я красные розы так ненавидел,
Но подле меня будут эти цветы.

И никто не придет кроме мамы и папы,
Боюсь, что ты не приедешь, и будешь средь тех,
Кто молчит, будто бы в их ртах кляпы.
Ведь ты и они меня повели на грех.

Пробила полночь на часах.
Прощай, родительский очаг.
И я, развеясь будто прах,
Делаю последний шаг.

Тьма, лишь только тьма и ничего нет боле
Чернь хочет изъесть меня до боли
Она обгладает меня до сыта́
А оставшееся выплюнет как кусок еды изо рта

Мои руки в колодках, а руки в цепях
Я так устал сидеть в этих потьмах
И никто не услышит отчаянных криков
Из ямы мне видны солнца бликов

Света лучи протянулись стеной ко мне
Мне не дождаться помощь извне
Я распустил свои крылья, как кровавый орел
И к свету вдали, я был вознесенен

Мой подъем на свете лучей
Освободил меня от оков и цепей
Мне видна вся синь небосвода
Вот она, свобода

Мобильный звонок,
Короткий гудок.
Сердечный комок,
Дурной холодок.

Повторный набор
Ответа не слышно
Быть может игнор?
А может я лишний?

Жажда познания
Что скрыто в тиши?
Немое дыхание
Беспокойство души.

Входящий звонок
Тревоги напрасны
Ответил сынок:
Прости, все прекрасно...

Птицын Владислав (с)
.... Copyright 2026 год ....

Опять дежавю, как заезженный диск,
Сценарий один и тот же.
Жизнь это вечный и глупый риск,
Мороз по уставшей коже.

Мы как Сизифы катим свой рок,
На гору, что выше неба.
Но каждый новый земной срок
Нам кажется былью и небом.

Это кино под названьем «Опять»,
Где мы лишь актёры массовки.
Нам бы сценарий совсем поменять,
Но нет ни ума, ни сноровки.

Билл Мюррей хотя бы нашёл любовь,
А мы всё по кругу и мимо.
И стынет в жилах старая кровь
В объятьях немого грима.


*Сизиф это герой древних мифов, который был наказан богами за свою хитрость. Его кара была сурова, он должен был катить огромный тяжёлый камень на вершину высокой горы. Но каждый раз, когда цель была уже близка, камень срывался из рук и катился вниз.
В переносном смысле "Сизифы" это люди, которые заняты тяжёлым, изнурительным и совершенно бесполезным трудом. Это символ вечной борьбы, в которой нет финала и нет победы, а есть только сам процесс преодоления.

Ох, как же надоели недотёпы!
Глупец, и правда, хуже подлеца!
Кто пишет стих, структурно строя стропы -
Плюёт в людей для "красного словца"!

Не создавай уродливых полотен!
Зачем уродством зрения лишать?
Я ж понимаю, что из пары сотен,
Лишь двадцать песен рождены звучать!

Не порть лицо уколами гримасы!
Не нужно нити в щёки пропускать!
Для красоты рецептов в мире масса!
Подумай, что на это скажет мать!

Как злит меня чудовищность традиций,
Навязанных, внедрившихся в умы!
Меняя жизнь, нам нужно измениться!
Ведь проживаем жизни только мы!

У образов не может быть традиций.
Здесь не могу посмотреть даже я.
Но при попытке очень измениться
Традиционной пусть останется семья!

Холодный мрак, ночной испуг,
Слёз тихий ток — как волн скольженье.
Пора порвать порочный круг,
Где сон сковал души движенье.

Но как покинуть этот сон,
Где время спит в блаженной неге,
Где нет ни горечи, ни стон,
Где всё — как в сказочном разбеге?

Там сердце дышит легче, тише,
Там светят дружба и надежда,
Любовь, что в жизни не познали,
Но это — призрачная нежность.

Так в чём же тайна, в чём секрет,
Что манит нас к обманным далям?
Зачем бежим в Морфея свет,
Где сны плетут узор печальный?

Мы верим: там найдём покой,
Там всё, что сердцу так отрадно.
Но утро встретит тишиной,
И тень останется невнятной.

Проснулись — и душа замрёт,
И сердце бьётся всё несмелей,
А слёзы, словно дождь, течёт,
И ночь зовёт в свои владенья.

В желаниях раствориться в глубине размышлений,
В руинах, печали, заваленных под мостом,
Человек увидел себя средь чужих отражений,
Заметил, как тает еще испокон;

Дымится в нем сердце, мечтающее о рассудке,
Струится в жилах горячая кровь,
Что пробивает прогнивший мозг в том промежутке,
Где когда-то теплилась надежда в любовь;

Он сиял, смеялся, озарялся яркой луной
Под настойчивый гул ранних, весенних пташек,
Пока не накрыла волна с головой,
Захлебнулся герой в теплом рое мурашек;

Мимо пролетали шаги, мгновения и возгласы утерянных, падших лет;
Он смотрел в реку, его смывало течение;
В глубине засветился желтый рассвет;

Разгадал все отличия между собой и другими,
Ограничил себя от ядовитых шумов и мира иного,
Шагнул прямо в воду, кроссовки сырые
Напоминали о счете конца ледяного;

Пока стоял, взирал прямо в суть, в эпицентр бури бескрайней,
Пролетал людской нрав ветром глухим;
Он понял - момент тот был неслучайным,
Его осенило - до этого он был слепым;

Не видел распускающихся, золотистых пионов,
Не замечал звезд в тёмном небе над крышей,
Отдал всего себя на починку нейронов
И всплыл, когда разглядел разнообразие фетишей;

Они толкали его почти на ходу;
Влюблялся он вновь и вновь в свое созерцание;
Трансформация - вот, что имею в виду;
О ждал и надеялся, что отпустят страдания;

И вот, он по шею зашел, мокрые волосы
Качались в стороны на ветру,
Увидел одни лишь белые полосы,
Сказал: «Я больше не утону».

Твой шрам —
не ошибка,
а почерк Бога.
В кривых зеркалах —
прямая дорога.
Пока возводят
фасад из бетона,
Ты выйди
за рамки
любого шаблона.
Живи
не «как надо»,
а лишь взахлёб,
Целуя жизнь
не в холодный лоб,
А в губы,
в раны,
в любой дефект —
В этом и кроется
весь эффект:
Где ты —
не проект,
а живой сюжет,
В котором
симметрии
больше нет.
Снимай свою кожу,
сотри фильтра слой,
Будь неудобным,
но только собой.
В мире,
где в поисках лайков
теряется дар,
Храни
свою странность,
как Божий нектар.

Могла ли Биче словно Дант творить,
Или Лаура жар любви восславить?
Я научила женщин говорить...
Но, Боже, как их замолчать заставить!
(Ахматова А.А)


О муза Беатриче!
А стоило творить в твоем обличии?
Или достаточно прилежно "быть"?
Достаточно, чтоб Алигери смог о всем забыть
И в умиленьи воспевать твой облик милый,
Воять пером, подобно Донателло глиной?
Или Лаура любовным жаром, пылким,
Смела бы враз Петрарки скепсис и ухмылки?
И, очарованный ее красой,
Воспел бы в "Канцоньере", омыв невинною слезой.
Но будет: на то и женщины, чтобы болтать,
шушукаться, жеманиться манерно,
Мужчинам дать себя завоевать
И музу возлюбить свою безмерно.