Философская лирика

Ещё будут и чувства, и чаянья,

отчитать бы себя грядущего, да

очнувшись в Бозе пламенем,

осветить, что кому отпущено,

вынуть солнце из сердца жгучее,

да снести на рассвет малиновый,

изодрав о лучи колючие утра

вычерченные линии.

Распознавать... Нет, почуять

истину, да по папертям, да по

улицам раздавать вместо хлеба

искренность, пусть неискренне не

целуются, и ловить эхо слов

услышанных, что томятся в

копилке с мыслями...

Прогибается утро под крышами,

обживается декабристами.

Я вечный странник на развилке бытия
ухабами покрыты все мои дороги. Несу свой непомерный груз твердя "Еще немного, еще немного". . А так хотелось спину разогнуть,
отбросить прочь проблемы и заботу, раскрепостится, громко закричать,
и наконец почувствовать свободу.

Я пойман на лжи, съеден ею заживо.
Вытащи меня из липкой паутины тьмы,
Пока я не сгорел до тла в пламени адовом,
Пока я уцелевшим сердцем могу любить.

Прошу, не отпускай мою руку на распутье,
Ты знаешь, что я выберу бескрайнее небо,
Оставшись в одиночестве. Моей плотью
Насытится сам Дьявол и его черти следом.

Погаснут фонари, и ад кромешный крыльями
Настигнет мою душу. Чувства сохрани...
Только они мой омут черный в море синее,
Только они воздвигнут храм среди равнин.

© Ён Сатур, 2019

Ускользающий день уходящего года,
Уносит с собой всё,что не удалось,
Всё то,что терзало,не давало покоя,
И то,что в душе болью отозвалось,

Я всё отпускаю,то ,что мучило сердце,
Я очень устала от долгой борьбы,
Мне хочется мира,покоя и счастья!
Губы шепчут в надежде святую мольбу,

Минуты остались до часа свершений,
И ангелы смотрят с улыбкой в окно,
Приветствую радость, ни капли сомнений!
СуТьба благосклонна !


Секунда! Взмах крыльев!
И счастливы все!
Кто верил,кто ждал,
Побеждает добро!

Ты знаешь,
Я могу буквально все...
Могу светить,
Могу в печаль укрыться.
Душа то ввысь парит,
То камнем вниз,
Вдруг, падает как раненая птица.
Всегда найдётся то, что вознесет.
Всегда найдётся то,
Что пасть заставит.
Лишь только тот, кто Душу обретёт.
Размениваться попусту не станет.

Жаждал ты моей смерти,
но я бился, как мог.
Родили тебя сами черти,
и я всего тебя сжёг.

Полыхал в пламени дух,
явив сокровенное,
разгонял чёртовых мух,
и оно — совершенное.

Угасал светоч тех дней,
возгорался новее.
Не видал давних теней —
Они ткутся светлее.

Зрю: на истёртой груди
пылает рой строк.
Пустошь идей, напади!
Улови дара клинок.

Ты боялась умереть в одиночестве,
И никто не найдёт твой труп.
Так мечтала стать дикой кошкой,
Чтобы убежать прочь от меня.

Ты боялась, что кто‑то из близких сойдёт с ума.
Поздравляю: первым в списке оказался я.
Ты боялась высоты самолёта,
Разбиваясь на нём насмерть.

Не боишься ли ты, что кто‑то зайдёт в комнату, когда ты будешь спать?
Даже когда ты услышишь крик,
Который не должен кричать.

Но ты знай: я с тобой — ничего не боюсь.
Так, как убила тебя, так, как не убивал никто.
Так, как не любили другие тебя.
Я забираю тебя с собой навсегда.

Я уже не боюсь представить тебя мёртвой
В комнате, где нет зеркал,
В мире, где нет счастья,
Которого никто не ждал.
Я ничего не боюсь, даже тебя потерять.

Бога , нам распять – нельзя.
И мы распяли: Сына Бога…
У сыновей - своя стезя,
И коварная Дорога…

Всё , поставили «нá кон»,
Судьи из Синедриона.
И мы веками слышим стон,
Христа распятого, с Амвона…

Терзать, как Сущность - Естество,
Не привыкать центурионам.
Но в Вифлееме Рождество,
Восходит , вопреки – кордонам…

Был непреклонен- де Моле,
По дороге к «Опус Деи»,
Он вверх стремился , по скале,
Навстречу, вилам из Вандеи…

И вот приходит новый рок:
Год Новый , с Рождества Христова.
И « сказочный» Единорог,
Нам путь протаптывает , снова…

Мы куклы в руках Творца,
На нитях судьбы висим.
Не видно Его лица,
Но чувствуем связь с Ним.

Он дёргает за шнуры,
Мы движемся по канве.
Мы — части большой игры
На жизненном полотне.

Порой нам дана свобода,
Но это лишь краткий миг.
Мы — дети Его восхода,
Он — автор всех наших книг.

И пусть мы не знаем цели,
Зачем мы на свет пришли,
Но в каждом земном пределе
Мы чувствуем нить любви.

В конце концов, человек остаётся совсем один,
И пускай все вокруг говорят, что они с тобой.
Но проклятые знанья кричат: «Да не верь ты им!»
Разливая в твоём одиночестве твой покой.
Не звонит телефон, да и сам я боюсь звонка,
Вдруг какой-то шальной позвонит, и о чём говорить?
Пусть уж ветер и звёзды со мной поживут пока,
И никто не посмеет меня никуда никогда торопить.
У кого-то обиды на то, что я вдруг отошёл от дел,
У кого-то претензии, что одинок, перестал любить.
Ну а я не виню никого и ни в чём, в том числе и себя.
Потому что реально устал и гулять, и любить, и пить…
Так бывает, я где-то такое уже читал или писал?
И, конечно, учил, как вернуть самого себя назад,
И на душах потерянных, глупых людей играл,
Уверяя, что можно свернуть и не попасть в снегопад…
Одного не учёл, что пройдёт и в моей душе маскарад,
И петарды с огнями на ёлке смешны и теряют смысл.
Ведь я раньше не смог бы понять тишины вековой уклад,
Да и в голову мне никогда не пришла бы такая мысль.
Я почти что уверен, что каждый второй не прочёл эту муть,
Ну и правильно сделали, рано терзаться тем, что ещё в пути.
Как же хочется мне, в жизни движ, от себя самого драпануть,
И веселье, и драйв, и любовь в одночасье вокруг обрести…

Далеко не каждому известно,
Какой же будет в его жизни новый поворот?..
Но вдруг ты понимаешь, что почему-то не хватает места,
И появляется желание переступить порог...
Пусть покорил ты в этой жизни очень много,
Но всё же есть заветная мечта...
Ты снова собираешься в дорогу,
Туда, где есть непокоренная тобою высота!
Одни о ней рассказывают сказки,
Другие говорят, что это быль.
Когда-то, еще в детстве, я прочел Стругацких,
С тех пор на этих книгах накопилась пыль...
Беру я с полки эту книгу,
Придется снова прочитать ее!
Написана она подобно детективу,
Не всем понять ее дано...
Я жадно вчитываюсь в строки,
В надежде, что найду на свой вопрос ответ!
Но знаю, ответ найду лишь в эпилоге,
Закончится тоннель и вновь забрезжит свет!
Как-будто заново рожденный,
Опять я покоряю придуманную мною высоту!
Подобно мотыльку, лечу на свет я окрыленный,
Чтобы в последний раз почувствовать всю жизни красоту!

Вхожу я в этот тихий зал,
Где полки скрыты в полутьме.
Здесь каждый том — как идеал,
Что грезился когда-то мне.
Вдыхаю запах старых книг —
Он слаще роз и трав лесных.
В нём — каждый прожитый здесь миг
И шёпот истин вековых.

Здесь кожа тёмная обложек
Хранит тепло забытых рук.
Среди извилистых дорожек
Затихнет суеты каблук.
Страницы жёлтые шуршат,
Как листья в парке золотом.
Они поведать нам спешат
О том, что было, и о том…

Чуть пахнет пылью и мечтой,
Ванилью, деревом, костром.
И этот воздух непростой
Наполнил мой уютный дом.
Меж строк нашла я лепесток,
Засохший много лет назад.
Он — памяти живой росток,
Печальный, нежный аромат.

Здесь время замедляет бег,
Уходит шум и суета.
И кажется, что человек —
Лишь чистая в судьбе черта.
Поэты, мудрецы, цари
Ведут со мною разговор
От ранней утренней зари
До тех времён, как гаснет взор.

Я открываю новый мир,
Лишь только переплёта коснусь.
Для сердца моего кумир —
Святая книжная здесь грусть.
Не нужно блеска и наград,
Когда в руках заветный том.
Я чувствую тот аромат,
Что пахнет счастьем и добром.

Моя душа — в плену страниц,
Где грёзы оживают вновь.
Не вижу я чужих границ,
Когда в стихах живёт любовь.
Закрою книгу. Тишина.
Но запах в воздухе плывёт.
Я этой тайной пленена,
И сердце в ней приют найдёт.

Так оглушительно-беззвучно:
Словами забивая слух,
Мы верим в то, что нам нескучно,
Когда огонь в душе потух.

Так поразительно-нескладно:
Крича о близости сердец,
Мы прячем чувства слишком жадно,
Как будто близится конец.

И в этом шуме бесконечном,
Где каждый хочет перебить,
Мы забываем о конечном,
Пытаясь вечностью сорить.

Мы греем руки у костра,
Который сами же тушили.
Казалось, жизнь — всего игра,
А мы в ней просто мимо плыли.

Слова бросали на ветру,
Не глядя в лица и в ладони.
И верили, что поутру
Нас это горе не догонит.

Мне б научиться согревать,
Не требуя тепла обратно.
И каждый новый день встречать,
Как дар бесценный и внезапный.

Сонастроил сердце со всем Сущим,
Раскрывает трепет и восторг
День Звезды рождением несущий
Взором отправляет на Восток.
Он явился нам как яркий пламень
И зажег сердца открыв портал
Со Звездой предсказан и проявлен
Нам Творец всё лучшее отдал.
Вдохновение нам явил Всевышний,
Растворясь в потоке целиком
И младенец всё для нас постигший
Привнесёт Божественных закон.
И сегодня заповеди мира
В сердце искрой Света и Любви
Разнеслись как музыка и лира,
А стремящимся, лишь только призови.
Этот день несёт нам мир и радость
Тишину в домах, покой для сна,
В семьях доброту, уют и благость
И любовь,а в сердце чтоб весна!

Душа — как старый плеер на повторе,
Играет то, что слышать не хотим.
Мы ищем берег в бесконечном море,
А сами в небо дымом серым мы летим.

Мы ловим отражения в витринах,
Пытаясь разглядеть своё лицо.
Но тонем в масках, гриме и рутинах,
Сжимая пальцы в тесное кольцо.

Батарейка сядет — будет тихо.
И в этой тишине, в самом конце,
Ты вдруг поймёшь, что жизнь — неразбериха
С улыбкой на невидимом лице.

Держали цепи запястья крепко.
Ты наступал на больное горло.

Расположил свои сети метко,
И мотылёк в них попался ровно.

Не угасала его надежда,
Волчком он вился неугомонным,

Неровным почерком, как и прежде,
Он выводил ряды букв нескромно.

Оковы нежную кожу съедали,
И грызли больно, и тёрли знатно.

Убогий пленник, когда в неволе,
Лишь слабый стон бесконечных «завтра».

И вот рывок, на исходе силы,
Запястья дышат свободой новой.

Тиран-злодей свою жертву ищет,
И рёв его оглушает сольно.

У каждого в ранце своя пустыня,
Песок забивает глаза и уши.
И если твоя там жара остыла,
Не значит, что холод других не душит.

Мы судим по шрамам, что сверху видно,
Забыв про ожоги внутри, под кожей.
Смеяться над чьей-то бедой обидно,
Ведь ты на того бедолагу похож был.

Ты захотел сыграть в игру,
Короткую аркаду.
И думал, я на поводу,
Пойду с тобою рядом.

Вот только, мальчик, прогадал,
Беспечность — дело слабых,
Пошёл на «level» ты в игру,
С непобедимым взглядом!

А я оставила себе
Возможности и смыслы,
Игрок, не повезло вдвойне:
Нарезкой слайдов мысли.

Капканом джойстика пленён,
Как зомби обречённый,
Когда играешь, то твой мир
До боли отрешённый.

А я что я? Пишу стихи!
Смешные и усталые.
В твою аркадную игру
Вношу иные правила!

Просим у неба
пищу подай,
а наелись хлеба —
зрелищ давай.