Философская лирика

О чём ты думаешь в закатный час?
Оставь дела: их все не переделать.
Побудь наедине с собой сейчас.
День убегает за свои пределы.

И в этом смысле предсказуемый итог.
После заката вновь рассвет случится.
А наша жизнь, малюсенький фрагмент,
На общем небе звёздочкой искрится.

И пусть к тебе печаль не прикоснётся.
Что создано когда-то, то конечно.
А ты - душа, к тебе придёт ответ:
«Твоя природа вечна, вечна, вечна…»

Полина Атма
2025

Страхи, пороки, желанья!
Всё это человек...
Мы прикрываемся масками,
Скрывая свой облик навек...
Кто ты, попутчик мой ласковый?
Гений? Бездарность? Маньяк?
Мир изощрён свистоплясками,
Явных и скрытых гуляк...

Чего ж нам надо? Роскоши как грязи?
Гламура, подлости иль похоти без дна?
Так стоит ли из грязи сразу в князи?
И хапать тупо радости сполна!

Ну что, нажрёмся – тряпки, золотишко!
Сгоняем на курорты, по гостям,
Курнём травы, попьём «Клико» и крышка,
Конец в мозгу, придуманным страстям!

Что сердцу надо? Вечного прихода?
Балдеть в нирване? Сладости во рту?
Распять, к чертям, душного кукловода?
Нутра увидеть грязь и наготу?

Ужель теперь ты хочешь всё до края?
Быть на верху и жрать и то, и тех?
Смотреть в глаза лишь детям избегая,
Толкая их у пропасти на грех…

Нет? Как же, кто хулит Отчизну?
Кто ненавидит от рожденья дни?
Кому дела и доля ненавистны?
И кто кричит: «Будь прокляты они!»

Меняет жизнь наш вид на горизонты,
Меняется и смысл, и красота,
И что нас ждёт за бесконечным фронтом?
Подумаю, и к горлу тошнота.

И ты подумай на досуге, мой приятель,
Зачем в душе у каждого есть Бог?
И есть ли у тебя ещё в сознанье
Отец и мать, жена, любовь, порог?

Цветы и солнце, вера и надежда,
Весна и песни и ребёнка смех,
И млечный путь, и шум волны прибрежной,
И что для этого нет никаких помех…
(Ищущим свободу в переворотах посвящается)

Лицо забыто, скрыто пеленой,
Закрыл он землю грудью молодой.
Пусть облик стёрся в памяти людской,
У склонов Сипана спит храбрый герой.

Не слыша гула вражьих голосов,
Его вела не жажда медной славы —
Лишь зов земли и тени праотцов,
Забыв покой ради родной державы.

Он пал в горах, где облаков гряда
Целует пики древнего Сипана,
И кровь его впиталась навсегда
В холодный плен полночного тумана.

Прошли года. Рассеялся туман.
В селе родном давно остыли печи.
Замолк навеки добрый наш Ишхан,
А сын не ставит за помин и свечи.

Ни обелиска нет, ни скорбных плит,
В ущелье ветер дико стонет.
Весь мир живет, и всё вокруг кипит,
А он лежит — и мир его не помнит.

Он был из тех, кто принял первый бой,
Кто заслонил собой чужие жизни.
Теперь он просто прах и перегной,
Ненужный дар израненной Отчизне.

Но в час, когда над миром тишина,
И звезды смотрят вниз с немым укором,
Его душа — как бледная луна —
Парит над нами в безмолвии глубоком.

Боюсь сегодняшнего дня.
Что в нём плохого ожидает?
Ведь этого никто не знает!
Боюсь и завтрашнего дня…

Боюсь смешным казаться людям,
Я неуклюж, всегда угрюм,
Меня пугает резкий шум.
И вероятность быть Иудой.

Боюсь войны и беспорядка!
Где будет вся моя семья?
Смогу ли защитить их я?
Страшна мне хаоса укладка!

Боюсь болезни и старенья,
Обузой стать, калекой слыть,
Без разума и смысла жить.
Боюсь и жалости, и презренья.

Боюсь, что Бог меня не примет,
Я грешен – это решено!
Меня и черти ждут давно!
Там ужас вечно не покинет…

Весь мир крыло покрыло страха,
Боятся все: и тот, и та.
Закончен стих, дрожит рука,
Промокла до краёв рубаха.

Опять за окном дождь, дождь…
Дождь — моё состояние, мой вождь…
Капли воды и пасмурно. Хмарь. Марь…
И на душе нет солнышка. Вот тварь…
Что-то блеснуло на небе, а — это гроза, гроза…
Подружка прийти обещала, и где? — коза…
Зарплата пришла на карту, а нет тепла…
Открою бутылку рома — давно звала…
Последние капли упали, ушла духота…
Озоном пахнуло, и прочь пустота.
Подружка явилась, её уже, впрочем, не ждал?
С «Bacardi» уже настроенье, реально, создал…
(Где то в прошлом веке...)

Звезда в горизонт удалилась,
И я загадал не спеша,
Удачи, здоровья, богатства,
И чтоб не болела душа.
Всё сбудется, это не шутки,
Нам звёзды даны неспроста.
…И верит в приметы по жизни,
Святая вовек простота.

Дорога манит, как бы между прочим,
Всё дальше в километры унося.
Хватая невзначай края обочин,
Лечу вперёд, дыханье затая.

Ко мне навстречу, в полулысых кронах,
Бежали поезда лесополос.
Лишь изредка — застывшие вагоны
Из одиноко плачущих берёз.

Дорога вдаль, сливаясь где-то с небом,
Уходит из-под шин и стёртых кож.
И, как ищейка, двигаясь по следу,
До горизонта я доеду всё ж.

Асфальта змей, скрывая бесконечность,
Тумана полог тянет на себя.
Я увлеклась и вынеслась на встречку,
Судьбу свою на скорости губя.


17.02.2023

Как люблю я коней? Да я от них без ума!
С ними быть одним целым я всегда бы могла...
Сядешь на' спину и ...вихрем в поле несёшься,
Всё тогда нипочём, миру в ширь улыбнёшься,

В миг невзгоды пройдут, снимет их, как рукой,
Вновь себя ощущаешь ты, как прежде, живой,...
Встречный ветер ласкает, на душе так легко,
Всё как-будто бы было и уж нет ничего.

Вплетаю я пальцы в нити шёлковой гривы,
Глажу шеи коней... Как они всё ж красивы!...
И душа расцветает, они всё для меня,
С ними всё забываю, даже то, что нельзя.

Мне хотелось прожить с ними б целую вечность,
Навсегда унестись в облаков бесконечность -
Где была б только я и со мной вместе кони,
Там где неба глоток, целый космос в ладони,

Млечный путь нам дорога, под покровом ночей,
В необъятной вселенной, станем звёздами все...
Будут мчаться по ней уже звёздные кони,
Я верхом на одном, дух от счастья заходит,

Сердце радость наполнит в свободном полёте...
Хорошо, что вы всё ж в этом мире живёте!
Вот так я их люблю всех!... Моя жизнь и мечты
Давно связаны с ними, как заметили вы!...

Не держу лошадей я сейчас, к сожаленью,
До сих пор, ими всё ещё просто болею...
И, когда мне взгрустнётся, вспоминаю коней,
Своих добрых и ласковых, и разных мастей.

Помню я их тепло под своею ладонью,
Прикоснувшись к их бархатной коже с любовью,
Все они всегда рядом... и пусть только в душе!...
Я всё также люблю всех, хоть и нет их уже!

28. 12. 22.

ЛицеМиР

Кромешный ад,
Вертеп кошмаров
И преисподен серный смрад,
Грязь поножовщин рукошарых
За блеск украденных какард.

Безликий вор,
Циничный нерезь,
Конферансье кровавых свор,
Подобострастный раб за пенязь,
Бессмертной правды мародер.

Лощёный франт,
Велеречивый,
За каждой фразой аксельбант,
Хвалебно, смело, преучтиво
Вчиняет мерзость в бриллиант.

Слащавый фант
Вокабул льстивых,
Речей вихлявых хиромант,
Враль исключительностей мнимых,
Пустот медийных некромант.

Единый мир
В словах двоится,
Кому-то — мразь иных кумир,
Ложь ныне правдою дразни'тся,
Она — империи ампир.

Перемешалось
Всё и всюду,
Неразличимы: фронт и тыл,
Винят Христа и чтят иуду,
В расход за фук куражат пыл.

Владыка мира,
Гегемоном,
Зовёт на вальтассаров пир,
Последним, «лебединым» гоном,
С музы'кой смертоносных лир.

Насквозь протух,
Не возвернуться,
Не воскресить угасший дух,
Лишь истуканом оглянуться
В анамнез проклятых порух.

Вчера — ломоть,
Отрезан напрочь,
Лет обессмысленных щепоть,
Быль, опрокинувшая навзничь
Грядущий век, — гнилая плоть.

Встань, Лицемир!
Изыди сцены!
Ты отглаголил свою роль,
Уже взашёл тебе на смену
На мир помазанный Король!

Исторья — страсть,
Она — стихия,
Столетий временна'я масть,
И благовест и все лихие
Господь уж предызбрал на власть.
Нам быть при ней
Уж как придётся,
Длить ночи, обольщаться дней,
И, как-нибудь, опять вольётся
Тьма бездны в света апогей.
/АК/

Я здесь всегда. Я рядом неизменно.
В сиянье ликов на седых иконах
Приди ко мне под храмовые стены,
Внеси свой страх, как тишину в ладонях.

Израненной душой, что бьётся и дрожит
Зажги свечу, поплачь о тяжкой доле.
Я взором жизни — тем, что мир хранит —
Пойму, приму и излечу от боли.

Не слушай тех, кто дышит чёрной злобой,
Без света и любви ведёт их вдаль дорога.
Прости их всех. Забыть попробуй
Вражду и ложь, смиренно и глубоко.

Не жди от мира славы и успеха,
Кто выбрал дух — тот беден и велик.
Путь сердца — лишь немолкнущее эхо,
Где в чистоте сияет Божий лик.

И если жизнь наполнится любовью,
А в сердце искра — свет для остальных,
Склонись смиренно к Божьему подножью,
Не возвышаясь в помыслах своих.

Я здесь всегда, как сердце в человеке.
Лишь позови меня из сумрака и тени.
Вернись, мой сын! И присно, и во веки —
Усталой головою на Мои колени.

01.07.1995

Кто жил в нирване эмбриона,
Кому приятен долгий сон,
Статей не знает и законов,
Не глючил комп и телефон.

Кто не делил зарплату, кстати,
На «надо» и на «просто жить»,
Кто не мечтал о «мазерати»,
Не думал: пить или не пить?

Кто не краснел, забыв про сдачу,
Не путал соль и сахар в чай,
Кто не решал аврал-задачу:
«Болею, шеф», - «Не ври, давай».

Кто в детстве не стоял на стрёме,
Кто не вдыхал, как жарят лук,
Не ждал жену в дверей проёме
И не страдал от сердца мук.

Кто исполняет всё и сразу,
Кто не глотал, набивши рот,
И в жизни у кого ни разу
Не падал с маслом бутерброд.

Кто не искал перед работой
Второй носок под скрип дверей,
Кто не встречает с неохотой
Приход незваных в дом гостей.

Он идеален! Он прекрасен!
Не нарушал он ПДД,
И кофе не пролил ни разу
На "клаву компа" при луне.

Он не храпел, не портил воздух,
Не пел он в душе «и в душе»,
Не проклинал свою работу
И не писал стихов вообще.

Мораль проста, как стул на кухне:
Коль хочешь ангелом прослыть -
Сиди тихонько и не пухни,
Забудь, что значит слово «жить».

Но если всё же ты родился,
И сердце бьется о ребро -
Всё, брат, ты крупно оступился,
Внёс в мир и хаос и добро.

И значит, мы за парадоксы,
За пульс и за разбитый нос!
За жизнь, за глупые вопросы,
Быть идеальным? Не вопрос...

Когда слабеет свет в ночи
И разум шепчет: «Всё конечно»,
Сквозь пелену мирской парчи
Три огонька пылают вечно.
Когда горят, когда пылают,
Названье повторю я вновь:
В миру над всем преобладают -
Надежда, Вера и Любовь.

Они не прячутся в обрядах,
Шурша сухою бахромой,
Не те, что в каменных оградах
Торгуют воздухом и тьмой.
А те, что смотрят смело в бездну
Без страха, крика или слёз.
Они не спросят: «Я исчезну?»,
Шагнув на мост из красных роз.

Над пропастью. Они - застава
На грани хаоса и сна.
Ты говоришь: «Имею право
Не верить». Но придёт пора,
Разбудит мёртвую природу -
Ты осознаёшь до конца,
Что жизнь - не химия, а чудо,
Нам в дар дана из рук Творца.

Надежда - это лучик света,
Мелодия, где нет струны.
Покуда кружится планета -
Мы этим знанием сильны.
Она не любит позолоты,
Не признаёт красы дворца.
В часы томительной работы
Нас всех спасает без конца.

Надежда не слаба, она всё сможет,
Спадёт - и обновится жизнь с утра.
Боец живой, стихами песню сложит:
«Сегодня будет лучше, чем вчера».
Любовь не та, что ревности огнём
Накормит душу ядом до отвала.
Любовь тогда, когда одни вдвоём
Молчат - и в этом даже нет провала.

Они втроём не ищут выгоды себе,
А просто греют, если замерзаешь.
Они в зажжённой маленькой свече,
В воде, когда от жажды погибаешь.
Надежда, Вера и ещё Любовь
Звучит мотивом песни всем известной.
Они - наш компас, путь среди песков,
Маяк, светящий в гавани Небесной.
Их не купить, не получить с мольбой,
Не заслужить, ты можешь не стараться
Они - молчат. Идут всегда с тобой,
И сердце заставляют изменяться.

Припев:
Надежда, Вера и Любовь -
Три грани Божьего огня.
И если хоть одна в груди -
Не кончен свет, не кончен я…
Они сплетают жизни нить,
Сшивая рваные края.
Покуда есть кого любить -
Не кончен свет, не кончен я…

Умереть ведь не проблема,
след оставить — это да!
Тут, вообще, такая схема —
чтобы помнили всегда!

В избе, давно оставленной людьми.
Сквозь седину беленых мелом стен,
Сочиться сырость.
Скрипят и стонут, сгнившие полы.
Провал зияет, в камышовой крыше.
Под паутины кружевом, в углу.
Часы старинные, укрылись слоем пыли.
Нащупав бесконечности предел,
Прямые (Готические) стрелки, замерли в эфире.
Латунный механизм, утратил блеск.
В плен ржавчина, пружину заточила.
Диск перламутра циферблата весь,
Покрылся нежной патиной, старинной были.
Резной фронтон, хранит заветный ключ.
В секрете мастера, минувщих поколений.
Три оборота взвод.
И не дыша почти,
Мгновений запустили измеренье.
И в этом доме, нет уж пустоты.
Вновь время тихо тикает, под крышей.
Вернулось в стены, прежнее тепло.
И дом, любовью и заботой пышет.

Ты вернёшь меня обратно к жизни,
Все пути исчерпаны лопатой,
Я нашел свою дорогу к сердцу,
Почему нить крепче лома?

Я видел серую жизнь глазами,
Ты помнишь мой мотив стихов,
Не разбилась хрусталь вазы,
Наши чувства горят страстью.

Черепаха быстрее зайца,
Метафора спорта людей,
Я залил чёрный мрак,
Покамесь он не стал белым.

У жизни свои законы,
Беспредел и тревоги,
Все поля заполнены маком,
Философские рычаги дума.

Мы рождены, как чистый лист,
Свободны думать, жить в мечтах.
Но мир рисует свой эскиз,
Вплетая разность в наших снах.

В глазах — вселенная своя,
В душе — особенный узор.
Неповторимость бытия,
Несущая свой разговор.

Мы — Красная книга душ,
Где каждый — ценный экспонат.
Исчезающий в толпе
Живой и редкий чей-то взгляд.

2025

Мы строим планы, глядя в небеса,
Пытаясь разгадать секрет времён.
И верим в то, что будут чудеса,
Что каждый для великого рождён.

Но счастье прячется в простых вещах:
В улыбке, в тёплом ветре, в тишине.
Оно живёт не в сказочных мечтах,
А в светлой и спокойной глубине.

Но стоит лишь на миг остановиться,
Оставить шум несбывшихся идей,
Как мир начнёт по-новому струиться
Сквозь пальцы драгоценных мелочей.

И, может, смысл вовсе не в борьбе,
Не в гонке за успехом и признаньем,
А в том, чтоб научиться быть себе
Надёжным другом, полным пониманья.

Чтоб каждый день, как чистый белый лист,
Заполнить светом, нежностью, покоем,
И ощутить: вот он, тот самый миг,
Когда мы стали наконец собою.

* * *
Апрель 2026 г.

Мы помним детство — дни текли, как вечность,
И каждый миг был полон новизны.
Всё ярко, сочно, радостно, беспечно,
И в памяти те годы так ясны.

Впечатления — вот кладезь для сознанья,
Они рисуют времени узор.
Чем больше их, тем ярче мирозданье,
Насыщеннее памяти простор.

«Чем этот день отличен от другого?» —
Спроси себя и дай ответ.
Найдёшь — и день запомнится надолго,
А нет — сотрётся, словно дымный след.

2025

Мы говорим: «Случайность», «Повезло»,
Иль «Не судьба», качая головою.
Но, может, всё давно предрешено,
Единой цепью связано судьбою?

Встречаем тех, кого должны мы встретить,
И расстаёмся, время коль пришло.
Событий вязь, незримо, словно ветер,
Нас направляет, чтоб добро взошло.

Иль, может, зло... Не нам судить об этом,
Мы видим лишь звено, а цепь длинна.
И каждый шаг, случайностью согретый,
Ведёт туда, где цель заключена.

А цель та, может, вовсе и незрима,
И смысл её откроется потом.
Где случай каждый — блеф судьбой раскрытый
Большого плана, в замысле святом.

2025