Философская лирика

Восход бродячий, пёсьим языком,
Лизал остатки отслуживших звёзд.
И, небо оставляя нагишом,
Умчался вдаль, скрывая в сердце злость.

Но вытряхнул наружу целый мир:
из трещин рам — продрогший ветер,
дороги — неразборчивый пунктир
и ворох отработанных столетий.

А снизу, из щелей, росла трава,
тянулась вверх — с испугом и упрямством,
с движеньем ненасытного червя,
вползала тень с настырным постоянством.

И только время, сбитое с оси,
качалось, будто стрелка без причины,
и, с цепкостью губительной лозы,
карабкалось, сгибая божьи спины.

Я страницы листаю — на сердце тепло.
И проносится время с высокой скоростью.
Там родные лица, глаза в глаза,
Мне рисуют когда-то забытые повести.
Там уют, там сердечность, легко и светло.
Те моменты ни ластиком и не лезвием
Не сотрешь из своей глубокой души —
Ни радостью и не бедствием.

И страницы, пропитанные насквозь
Чувством нежности и беспечности,
Передадут мне большой привет,
Надежду на завтра и силы на вечности.

И, в руках захлопнув фотоальбом,
Черно-белые фото попрощаются.
Ещё проживут до грядущих времен
И снова когда-то со мной повстречаются.

Откажешься от жизни, от себя
И от любви, и юности, от имени,
Исчезнет время и сгорит судьба.
История в событиях изменится.

И в трудностях возможность есть у нас.
Позвать на помощь тех, кто ещё помнит.
И вновь пошлёт мне поздняя весна
кого-то... С кем-то снова познакомит.

Не помешает дождь иль снегопад.
Любовь, как божий дар, приходит вовремя,
Сравним с весенним днём и тёплый взгляд.
И в этом состоянье быть позволено.

Утром рано солнце встало,
Ночь ушла от нас устало.
Цветом день нам заиграл,
Жаль — мгновенно он пропал.

Так чудесно светлым днём,
И от счастья мы поём.
Небо светит голубое,
Тихо, ласково, живое.

Мир прекрасен — это знай,
Сердцем путь свой выбирай,
Наслаждайся красотой,
Дай душе найти покой.

Суетливо день проходит,
Счастье часто не приходит.
Ты лови эти мгновенья,
В них источник вдохновенья.

Ну что, привет, дорогая. Опять стоим, рассматриваем каждую морщинку, как будто там зашифровано послание от Вселенной? Знаешь, в этом тусклом свете ванной мы с тобой выглядим как две героини артхаусного кино — немного помятые жизнью, но чертовски глубокие.
Я вот смотрю на тебя и думаю: когда мы успели стать такими серьезными? Помнишь, как раньше мы смеялись до колик из-за какой-то ерунды, а сейчас всё чаще хмуримся, высчитывая бюджет или планируя список дел на неделю. Мы так стараемся быть «правильными», удобными и успешными, что за всеми этими масками я иногда теряю твой настоящий взгляд. Тот самый, девчоночий, когда море по колено и впереди целая вечность.
Слушай, а ведь это отражение — это не просто кожа, волосы и уставшие глаза. Это же целая история. Каждая эта черточка — это тот раз, когда ты рискнула, или тот вечер, когда проплакала до утра, а потом встала и пошла дальше. Мы с тобой столько всего вывезли на своих плечах, что имеем полное право сейчас просто постоять в тишине и никуда не спешить.
Давай договоримся: хватит себя тюкать. Хватит сравнивать себя с отфотошопленными картинками в ленте. Ты у себя одна — такая настоящая, теплая, со всеми своими странностями и закидонами. И именно за это я тебя люблю. Да, со всеми этими «не успела», «забыла» и «опять съела лишнего».
Посмотри на себя еще раз. Ты же красавица, честно. Даже с этим пучком на голове и в растянутой футболке. В тебе столько силы, о которой ты сама порой забываешь. Давай просто выдохнем всё это напряжение дня. Завтра мы снова наденем свои доспехи и пойдем покорять мир, но сейчас — просто улыбнись мне. Искренне, как только ты умеешь. Мы со всем справимся, слышишь? А теперь смывай тушь и иди отдыхать, ты это заслужила.

Я каждый день глотаю свои мысли,
И мне от этого уже давно тошнит,
Я внутрь заливаю себе искры,
И вид я делаю, внутри, что не горит,

Я поднимаюсь с утренним рассветом,
Хотя хочу всегда чертовски спать,
Я буду спать в кровати не согретой,
И буду врать, что мне на то плевать,

Я улыбаюсь, там, где нету шутки,
И шутнику сквозь слёзы улыбнусь,
Я отпущу любимую к другому,
А после весь на части разорвусь,

Я всех прощу, кто сделал мне обидно,
И подлости их в сердце наколю,
Я знаю путь, скажу, что мне всё видно,
А после побреду я в темноту,

И мне неведомы ни боль, ни страх, ни голод,
Я несомненно обожаю жить,
И не жалею я, что я уже не молод,
И продолжаю правду говорить.

Мороз и солнце; день чудесный!
А. С. Пушкин

Мороз и солнце; день чудесный...
Ну что ты скажешь, друг прелестный,
Тебе не всё равно?

Что этот день такой морозный,
Что в зеркалах твой взгляд серьёзный
Предчувствует одно...

Покаяться и к жёлтым звездам
Бежать, бежать, пока не поздно
В открытое окно.

Но день приветствует чудесный
И голос жалостливо-честный,
Зовёт меня в кино.

И пусть зелёным, жёлтым, красным
Мерцают звёзды мне напрасно.
Не до конца ещё всё ясно,
Не до конца темно.

Январь 2026 г.

Последний шаг до новой встречи,
Последний вздох морозных дней,
По следу на снегу усталом,
Метель становится бледней,

Уже у холода нет прыти,
Остывших чувств лихой зимы,
Уходит вместе с ней унынье,
Приходит Свет и красота,

Добром и здравием встречая,
Свою прекрасную весну!
И вновь сначала начинаю,
Свой новый день! Свою красу!

Всё,что покой мой отнимало,
Ушло навеки в талый снег,
И счастье с Солнцем прибывая,
Со мной останется на век!

Великий Гений Музыки
Чайковский!-
Мой Кумир
Волшебные Мелодии и Звуки
текут рекой
От них меня уносит
В мир Грёз и Снов!
Я вдруг оказываюсь
Среди Лебедей
И чувствую биение Вод Озёрных
И грусть Девы среди Лебедей,-
Её любовь-
Чаяние и надежды,
И невозможность их осуществление
Ведь коварный коршун злой
Готов склевать
Плоды Любви
В сердцах влюбленных,
Отнять надежду на Радость
Быть Вместе
Они уходят в Мир Иной,
Они уносят Всё с собой
И музыка оповещает нам печальный сей конец
Но Доброта и Свет невинны
Они смиряються перед лицом
Коварной злой Судьбы
И как лебеди приземляясь
крылья свои складывают
Изящными манерами
Так и герои наши
Перед Лицом Судьбы
Склоняют Свои
Головы
В жизни разве Всё не так,-
Где Зло есть
Можно ли построить Своё счастье,
Не став объектом зависти
Коварных злых сердец
Боль Зла при Виде радости невинной
Так Велика и Так ничтожна
в Высоте своей
Что счастье Света они невольно отправляют
В Царство Божие
Как будто слагают Истину Одну:-
Здесь Тьма
Идите к Свету
Вы здесь Чужие
Стремление к совершенству
И невозможность её достичь
В Мире Сем
Так глубоко изложена в
Музыке Гения Чайковского
Что остаётся плакать нам о
Том, что мы теряем
Приобретая
В Ином?!

«В пикЕ закручен жизни миг,
И в виражах застыло детство.
И есть возможность оглядеться:
Чего же в жизни ты достиг?»
Маргарита Шульман

Оглядеться есть возможность.
Нет возможности понять.
Жизнь оценивать не сложно
И записывать в тетрадь

Цели, мысли и поступки
И вести наградам счёт.
Но цепочка фактов хрупких
Бурной речкой вдаль течёт,

За пределы наших судеб.
Впереди туман веков.
Кем для будущего будет,
Смертный видеть не готов.

Обрекание юности

Эпиграф:
Младое, бесшабашное наива,
Неукрощенная комфортом страсть,
Без возрастного абразива, —
Кураж, дебют аперитива, —
Переча зрелости ретиво,
Свое тщеславье мнит за власть.
/АК/
_____________________________________

Эпох расходный материал,
Эона пушечное мясо,
Надежд несметных экстримал
Петлею жертвы опоясан.

Мир заколдован в инженю,
Он молод, в напряжении старта,
В годах, взыскующий стерню —
Он всякий век родит бастарда.

В беспамятстве плодя мечты,
Что опаршивили преданье,
Капризя на места святЫ,
С костистой бабой врут свидание.

Невинные растлители времен,
Вы, обреченные на пустоту начала,
На необесие, для вас то — «игемон»,
Пока в добыче жажда не стончала.

Неблагодарные всегда и всякий раз,
Говенью юности иначе и не должно,
Насущным помыслам клеймите вы отказ,
Грезам погибели поёте: «можно».

Дешевый трюк ваш: клятва на крови,
Он не окупит страшного похмелья,
Расчеты юные на вечное любви
Уйдут в свисток, вы — «дети подземелья».

Расчет окончен, встали: раз, два, три,
Раздать медали, большинству посмертно;
Где больше жизни — в бешенном: «гори!»?
Или в холодном: «провлачись примерным»?
/АК/

Хочу дружить просто так
и даже вопреки.
Ведь радости жизни
так коротки.
Иногда рядом,
потому что ты нужен,
Но в твои проблемы
никто не погружен.

Человек нужен
лишь одному Господу.
Как важно понять
это смолоду.
Но мы
совершаем ошибки.
Они уменьшают
наши улыбки.

Ошибки должны
быть исправимы.
И в дальнейшем
недопустимы!

Май 2025

Так давно в Руси ведётся —
острословам достаётся.
Потому их все и винят,
что с намёком говорят.

Мы на рассвете перед смертью,
Поем Земфиру, нас не слышат.
Мы пьем вино, бутылку третью,
Еще пока с тобою дышим.
Кровь. Алые сплетенные руки,
Смеясь от горя снова здесь,
Увы не сдохнем мы со скуки,
Увы, но нам заказан крест.
Мы на рассвете перед смертью,
Пойми же ты, как классно жить,
Сомкнулась ночь за нами тенью,
Мы продолжаем говорить.
Завод дымит угарным смрадом,
Листья будут шелестеть.
Нам что дано - дано обманом
И мы готовы умереть.
Мы на рассвете перед смертью.
Четвертный день, рядом конец,
Окутаны давно мы сетью,
Пьем чай, а в нем чабрец.
Розовые облака что из малины,
Сними очки, пойдем на верх.
Ступеньки снова будто мины,
Теперь уже нас ждет успех.
Мы на рассвете перед смертью,
Панелька, счастье, высота.
Увенчаны с тобою общей целью,
Признай, Мы дети синего кита.
Мы белым мелом на асфальте силуэты,
Мы страницы с сайта ФСБ,
Пойми, нам не придуманы ответы,
Мы потеряемся в толпе.
Мы на рассвете после смерти.
Утихли люди, шум машин.
У пестрых птиц мы на концерте.
Теперь ты можешь быть живым

Речь пропитана смрадом могильным,
Ушам - слышать только белый шум.
Как я мог оказаться столь бессильным,
Не скрывая той улыбки что ношу?
Почтальон вечность принес мгновение,
Что сомкнется за момент моргнув.
Каким бы не было твоё мышление,
Забудешь ты его в болоте утонув.
Картоном друг от друга закрыли людей,
Заточив в клетку с номером двери,
Заперли их с помощью невидимых цепей,
Ты увидишь то, во что способен верить.
Я немой сижу на перепутье.
Старость, вечность, либо смерть.
Руки гнутся словно прутья.
Сколько время? Три по шесть.
Расцарапав реальность в надежде,
Получилось выйти лишь в окно.
Пока бухаю снова где-то между,
Чувствую как сука грустно и смешно...

Мой ангел вновь ушел в запой,
Смешав забвенный дым страданий,
Глотая терпкий алкоголь,
Поддавшись искушению желаний.
Мой ангел вновь стоит и края крыши,
Намереваясь упасть со свистом вниз,
Ему так жаль что я его не слышу,
Он прыгнул, но зацепился за карниз.
Он не такой уж славный парень,
В его руках лишь чистый лист,
Вскрывался он в холодной ванне,
Беспечный алкоголик и нарцисс.
Он рассказал как отвратительно в раю
И никогда он не фанател моралью,
Он клялся мол я сам себя убью,
Отравившись жадно моей шмалью.
Мой ангел так устал, он хочет в ад,
Подальше от наигранности слов,
Покои окутывает томный дыма смрад,
Желает выбраться из золотых оков.

Вот мальчонке дай щелбан,
он и заревёт.
А погладь по голове -
может укусить.
Непростое это дело,
воспитание.
Ты подумай десять раз,
а потом женись.

***

Мы все печалились, страдали –
Пять лет кровавой той войны,
Но, видимо, не осознали –
И снова выстрелы слышны….
Мир погрузился снова в хаос,
Оружье новое уже…
И лишь воякам в мире радость –
Игрушки-дроны в блиндаже…
А мальчиков зовут на подвиг,
Родные земли защищать,
А по земле война проходит,
И плачет вновь старуха-мать…
Сегодня думаю – пустышка!
Вот не дано детей родить!
Так это лучше, чем услышать:
Твой сын погиб…
Пойми… прими…
Несовременная, плохая!
Не нужно мне таких побед!
И пусть я в грусти пропадаю,
Но мне спокойней, нету бед!
Безумцы… снова мир воюет…
Там что-то делят меж собой…
Все человечество безумно!
Нет бы казать: пойми… постой…
Но нет, правители все ищут
Лишь преференций для себя…
Зверье опять по полю рыщет…
Горят поля… дома… изба…
Мы все, что создано, сломаем,
Все, что построено – сомнем…
И будем песни петь, я знаю,
Как мы не гнулись под огнем…
Я лишь одно не понимаю –
Простите, видно не дано –
Пошто земля моя страдает…
Иль ей давно уж все равно?

Мы все печалились, страдали –
Пять лет кровавой той войны,
Но, видимо, не осознали –
И снова выстрелы слышны….
Мир погрузился снова в хаос,
Оружье новое уже…
И лишь воякам в мире радость –
Игрушки-дроны в блиндаже…
А мальчиков зовут на подвиг,
Родные земли защищать,
А по земле война проходит,
И плачет вновь старуха-мать…
Сегодня думаю – пустышка!
Вот не дано детей родить!
Так это лучше, чем услышать:
Твой сын погиб…
Пойми… прими…
Несовременная, плохая!
Не нужно мне таких побед!
И пусть я в грусти пропадаю,
Но мне спокойней, нету бед!
Безумцы… снова мир воюет…
Там что-то делят меж собой…
Все человечество безумно!
Нет бы казать: пойми… постой…
Но нет, правители все ищут
Лишь преференций для себя…
Зверье опять по полю рыщет…
Горят поля… дома… изба…
Мы все, что создано, сломаем,
Все, что построено – сомнем…
И будем песни петь, я знаю,
Как мы не гнулись под огнем…
Я лишь одно не понимаю –
Простите, видно не дано –
Пошто земля моя страдает…
Иль ей давно уж все равно?

Оставаясь в полёте
Счастливыми,
Мы находим друг друга
Временно.
Чтоб прожить свой век
С Божьей милостью
И, как солнцем,
Любовью согретыми.