Произведения без рубрики

Прости меня Господь за всё.
Так проще попросить прощенье.
Не разделяя пригрешенья,
на несколько больших грехов.

Тех о которых стыдно громко,
о тех что въелись в кровь и плоть.
И выковыривать их горько, повременить бы с этим хоть.

И удержаться без падений,
грешить, прощение прося.
А не дождавшись тех прощений,
всех обвинять, но не себя.

Прости Господь, я знаю грешен,
и знаю что короткий путь.
И суд в конце, что неизбежен,
и что тебя не обмануть.

Пишу поздно, но для меня значимое событие. У нас, в провинции (болото- как выразился поэт, для котоого я писала эти же стихи)
будет концерт с участием Всероссийской организациии- ”Материнский щит", в сборнике которого мои стихи , в том числе и эти . Клип можно посмотреть в моём блоке в ВК „ Волшебные Сказки Фреи"


Милый мой, возьми с собой веру в добро,

Сохрани свою нежность, любовь не простую.

Пусть пули летят в тебя в холостую,

Превратившись в пушинки и в птичье перо.



Ты живёшь, чтобы было на сердце светлей.

Для кого- то . А может быть для меня,

Практикующим светлое, пофиг стена!

Ты живи моё солнце и станет теплей.



Доживём, проживем в это грустное время.

Устоим.Для любимых, отчизны, страны!

Мы же - русские! И этим сильны!

Ты ещё не пожил, ты много не сделал.



Милый мой, смерти не было, нет!

Ты в карманах своих спрятал звёзды!

Не бывает совсем слишком поздно.

Мы с тобою ещё встретим рассвет!



Ты когда то приедешь на тихий вокзал.

Я тебя буду ждать в районе пяти.

Ожидаю тебя на третьем пути

И три слова, что ты не сказал.

Идти по краюшку земли...
Идти всех осторожней...
Себе смелее стать вели
И менее тревожной...
Такой себе даю приказ -
Ох, выполнить как сложно...
То ли привычка, то ли сглаз...
Потише, осторожно...

Но осмелела наконец -
Шуметь и не бояться...
Себе сказала: "Молодец -
И хватит волноваться..."

Теперь спокойна как скала,
Но - весела, игрива:
Все измененья на лицо -
Смела и шаловлива...

Потом я вновь в себя ушла -
И в этом погруженье
Такую прелесть я нашла -
И даже вдохновенье...

Теперь в себе разобралась -
Чуть ярче, чуть смелее...
И смелости я набралась...
И стала веселее...

Но все равно - во мне идет
Душевная работа...
За ней опять - подъем и взлет...
Другая будто кто-то...

Познакомились — кино
Аттракционы
Ты дарил цветы
Писал мне милионы
Слов про "навсегда"
"моя половина"
Я купилась
Как на скидку в магазине
Ты встречал
Стоял у подъезда
"Пей мой чай Зай
Я твоя надежда"
Через месяц ключ
Зубная щётка рядом
А потом как будто сменили тебя взглядом

Ну давай же скажи о мечтах,
Ну давай поделись своей тайной.
И кого ты в своих снах
Часто видишь на просторах бескрайних.
Расскажи о страхах своих,
Расскажи что тебя гложит,
С тобой вместе при раскладах любых
Будем рядом, это не сложно.
Каждый шаг навстречу друг другу
Должен сделать, я первый начну.
В знойный день, мороз или вьюгу
Я в глазах твоих быстро тону.
Не скажу что ты идеал,
Ты не лучшая, ты вне сравнения,
Виду тоже покой твой украл,
Так отбрось наконец-то сомненья.
И отдайся желаньям своим,
Получай свое счастье сполна,
Я такой, я не стану другим,
Не испортит меня сатана.
Проживай сейчас и сегодня,
Жизнь одна всевышним дана.
Говорить о любви старомодно?
Долго падала меж нами стена.
Но разрушив стенУ, сняв оковы,
Оддалась ты во власть благодати,
С поцелуем губ твоих снова
Я вдыхаю твои ароматы.
И пьянею с каждым я вдохом,
Очарован тобою навеки,
Не ищи, дорогая, подвоха,
Все мечтают о таком человеке.
Все хотят быть рядом с любимым,
Все хотят жить в покое и счастье,
И мечта это ведь выполнима,
Пока чувствуешь пульс на запястье.

Он графом был, владельцем Ясной,
Носил мундир, ходил на бал.
Писал романы — словно раны
Клал на неправедный скандал.

Но в час, когда земная слава
Достигла самой высоты,
Увидел он: закон лукавый,
И стыд в богатстве, с высоты.

Он сбросил фрак, надел рубаху,
Пошел за плугом, спину гнув,
Чтоб эту тягостную плаху
Сорвать с души, колени согнув.

Он прокричал, что церковь лжива,
Что государство — зла оплот,
Что нет греха, чем жить спесиво,
Когда в нужде живет народ.

И мир взревел. Синод проклятья
Метнул, как камни, в его дом.
Друзья ушли, объятья глухи,
И дети стали ни при чем.

А он всё ждал. И в восемьдесят,
Собрав в узел остаток сил,
Ушел в ночи, как ветер в поле,
Как тот, кто цепи разносил.

Он сел в вагон. На станции глухой,
В холодной, нищей избе,
Он понял: счастье — быть слугой,
А не господином себе.

Лежит теперь у края оврага,
Где в детстве клад искал с братом.
Ни злата нет, ни шпаги, стяга.
А свет — он здесь. Таков его удел.
Недавно перечитала биографию Л Н.Толстого
— Была поражена.
Мысли,умение идти к цели,не смотря на мощное противостояние власти.

Я так боялась боль — что была зимой,
Стены изо льда дарили мне покой.
И этот мир снегов меня оберегал,
Белый снегопад всё падал — напевал.

Я долго так жила, дышала тишиной,
Укутав плечи шалью хрустально-кружевной.
Где вместо ниток — иней и печаль луны,
Я возвела дворцы из полной пустоты.

Однажды в тишине кто-то шепотом позвал,
И мой холодный мир затрепетал.
Мне стало интересно: кто же это там?
Кто нарушает тишину по всем моим фронтам?

Он ловко все барьеры обогнул дугой,
Сердце растопил своею теплотой.
И я быть не смогла с ним ледяной,
Сдалась ему без боя — отдалась душой.

Созвучны земля и небо.
Все складочки на асфальте
Заполнены талым снегом,
А в сердце звучит Вивальди.

Разбиты снежинки в стёклах,
Разбужены мысли ветром,
Спросонья душа продрогла,
Ей музыка оберегом.

Своя частота и чисто,
Гармония ранним утром.
Сама для себя бариста.
Весна. Пробудилась. Вкусно.

Зелёный дым ползёт в низине,
Свинец застыл в ночной тиши.
Нет места жизни в той пустыне,
Где яд коснулся дна души.

Но сквозь удушливое пламя,
Срывая смерти злой затвор,
Несут бойцы былое знамя
Судьбе и року вперекор.

Их лица скрыты под бинтами,
В глазах — холодный блеск штыка.
Харкая кровью и кусками,
Они идут через века.

Бежит враг в страхе и бессилье,
Увидев призрачный отряд.
Над ними смерти вьются крылья,
Но мёртвым нет пути назад.

Сквозь хлорный яд, страдая болью.
Восстал из мёртвых полк солдат.
Их вид наполнил мир любовью
К родной земле, пройдя сквозь ад.

Ты не готов к прямому диалогу..
Прости, я не готова тоже..
Улыбка скользкая, а на душе тревога..
О том, что скоро станет невозмозможным..
Любовь ушла, раздетая до ниток..
Воспоминанья лишь и те ничтожны..
Я не таю на сердце зла и нет обиды..
Лишь пустота.. ещё сомнения быть может..
Грызут порой.. и горечь костью в горле..
И мысли, что могло бы быть иначе..
В терзаниях нету никакого толка..
У каждого теперь свои задачи..
Мы по инерции, по замкнутому кругу..
Бежим, протянутой руки, не замечая..
Все реже вспоминая друг о друге, ..
Но все еще, украдкою скучая..
О. С. А.
Март 2026 год

Коснусь плеча „привет-привет”
Будем мы дружить сто лет!
Наступил на ногу? Сразу,
Наступлю тебе три раза.
Палец дай: мирись-мирись,
Только больше не дерись.
Разодрал коленку? Вот —
Подорожник. Заживёт.
Не взгляну ни я, ни ты
На куст «куриной слепоты»!
Если «птичка улетела»,
Тут же место прогорело.
Чёрный кот прошёл, и чё?
Плюнь за левое плечо,
Пальцы в фиги и вперёд —
Порча стороной пройдёт.
Повторю опять и снова:
Первое слово дороже второго!

Если все приметы знаешь,
Их исправно соблюдаешь —
Обойдут тебя ненастья.
Вот же счастье!!!

Позволь назвать тебя родным,
Пусть даже был знаком с тобой всего три дня
По меркам человеческим земным.
Прошло полжизни, чтоб воочию увидел я тебя.
Меня ты встретил солнцем тёплым летним днём.
Кого-то, может быть, встречаешь по-иному.
А провожал, как будто слёзы лил дождём.
Благодарю за то, что было всё не по-другому.
Ну вот сажусь в такси, маршрут построен до Галерной.
Здесь на Сенатской в арку поворот.
Напротив въезда «Всадник Медный», возле которого кружит, мне кажется, всегда народ.
В тени дубов прошёлся в Александровском саду
И с замиранием сердца на Исаакиевский поднялся.
Почти что с птичьего полёта лицезрел Неву.
А после в двойке запряжённой
на карете я катался.
Я приобрёл у Спаса-на-Крови картину импрессиониста.
И музыкантам, создающим атмосферу, зевакам щедрым был.
За столиком, что с видом на Собор Казанский, напитком ароматным зарядился от бариста.
Ну и само собой шаверму для сравнения попробовать не позабыл.
Конечно, много я, к сожалению, не смог увидеть.
Да и не ставил цель за столь короткий срок всё посетить.
Быть может, спешкой, суетой имперское величие твоё не захотел обидеть.
А может, просто не хотел я никуда спешить.
И водные прогулки по каналам,
И пешие по улочкам по Невскому, который был на время перекрыт.
Как жаль, что погостил я у тебя так мало.
Не просто я хочу, а я мечтаю ещё хоть раз всё это повторить

Глотай таблетки!
Сука, глотай, ты же ждёшь этот счастливый момент¿
Ты ждёшь момента, ты делаешь рефлекторные движения.
Ты не осознаёшь, что они делают вокруг тебя.
Они не осознают, что творят.
Эти твари глотают таблетки.
Они пытаются быть обласканными твоими глазами, но они притворяются...

Ты плюёшь кровью, пытаясь выпить таблетки.
Сегодня души очистятся.
Но что же такое душа¿
Бесформенная, склизкая, гадкая жидкость?
Части мозговых клеток или нейронных связей?
Ты уверен, что сегодня это будет конец?
Неужели ты проиграешь сам себе¿

Я заливаю себе в рот хлоргексидиновую кислоту, продлевая свою жизнь, я лечу внутренности.
Ахахахааахха!
Я донесу до вас этот аспект, за который вы выпьете.
Таблетки вылечат не всё, но дадут выход в мучениях.

Я скупаю во всех магазинах хлоргексидиновую кислоту.
Я захлебнусь в счастье,
Ты захлебнёшься в моей дружбе.
Вы захлебнётесь в моём окружении.
Я захлебнусь в боли и прострации.
Хлоргексидиновая кислота пьётся обязательно вместе с гидроксидом конон.
Вы захлебнётесь, ознакомившись с моей фрустрацией.

Но я вам даже не желаю к ней подходить, мои потребности пусты.
Цели, к которым я иду, слишком ничтожны.

Таблетки бессмысленны, ты сам себе пропишешь рецепт.
Вы будете следовать по своему рецепту.
Вы дадите волю своему таланту.

Но мы все, мы все всего лишь окажемся в конце на больничной койке.
Но мне будет достаточно одной иглы, чтобы лопнуть этот бессмысленный шарм и опустить вас на землю, показав, что мы всего лишь спим.

Двери палаты закроют.
Мы будем наслаждаться искусством в своей голове, прятать тапки друг друга и получать удовольствие, пуская слюни.
А пока я предлагаю выпить гидроксид конон и запить его хлоргексидиновой кислотой.

Ну и что ж, что старость,
Это ж только в радость!
Есть ещё горение -
Бабка вся в движении.
Разгоняет шустро дед
Скоростной велосипед,
А его задорный сват
Лихо водит самокат.

О, дух мятежный, в сумраке веков,
Ты бродишь, не найдя себе приют.
В чертогах мысли — шёпот голосов,
Но ни один к душе не воззовёт.

Перо дрожит, как ветвь в глухом лесу,
Чернила — слёзы, строки — тяжкий труд.
Творит поэт в безмолвном том часу,
Когда весь мир во сне, а он — не тут.

Не внемлет мир глаголу моему,
И глас мой тонет в шуме бытия.
Одна стою на берегу тому,
Где волны шепчут: «Вечность — не твоя».

О, Муза, где твой светлый ореол?
Отринула ли ты мой бедный кров?
Я — странник, чей не слышен голос в дол,
Чей стих — как крик среди глухих лесов.

Но в сердце — пламя, в взоре — высота,
И пусть одна — я не склоню чела.
Творю, пока горит моя звезда,
Пока душа не канула во мглу.

В пустыне духа, в тишине глухой,
Где нет следов, где нет дорог,
Творец стоит, как страж живой,
Среди безмолвных звёздных строк.

Пусть вихрь веков сметает имена,
Пусть забывает память бытие, —
Строка, рождённая в огне одна,
Пробьётся к вечности сквозь забытьё.

Пусть скажут: «Тщетно пламя ты зажёг»,
Пусть ветер стих, и смолк последний звон, —
Но в каждой букве, в каждой складке строк
Живёт мой дух, как вечный Вавилон.

И в час, когда рассвет пробьётся вновь,
Сквозь тьму веков, сквозь дым забвенья,
Мой стих, как птица, в небо унесёт
Души неугасимое горенье.

Нас жить приучили:
Стерпится-слюбится.
Калитка скрипнет, и
Не так получится...

Где не надо терпеть, -
Можно блюзы любить.
Молча перелететь:
В зазеркальи побыть.

В негативах найти
Воздух, воду, рассвет...
Просто тайну внести
В запредельный ответ.

Знать нежность иную,
Властно и близко, ту
Любовь неземную...
От Демис диск кружит!

Зачем я рисовал тебя в блокноте,
Пытаясь передать изгиб бровей?
Ты вся в делах, в движении, в работе,
Среди своих восторженных друзей.

​Я – лишний штрих, случайная помарка,
В твоём календаре мне места нет,
От чувств моих тебе совсем не жарко,
А я тону, завидев лишь твой свет.

​Закрою лист. Сотру графит ладонью,
Испачкав пальцы в серой пустоте.
Я отдаюсь напрасно межсезонью,
Забыть тебя надеясь в суете.

Восстань, душа, навстречу дню златому,
Восстань, чтоб видеть свет небытия,
Восстань, отринь сомненье и истому,
Восстань — в тебе живёт мечта моя.

Взгляни: заря венчает небосклон свой,
Взгляни: роса — как слёзы прежних снов,
Взгляни, как мир, омытый тишиною,
Дарит нам благодать своих даров.

Внемли: поёт рассветный хор небесный,
Внемли: как ветер шепчет имена,
Внемли, как звучит заветный и чудесный
Гимн бытия — для нас, не для вина.

Иди ж вперёд, не зная тьмы и страха,
Иди, где свет — незримая стезя,
Иди — и в сердце сбереги без промаха
Огонь, что дал нам день златой, друзья.

Пусть путь далёк, но ясен он и светел,
Пусть ветер веет с дальних берегов,
В груди — огонь, в очах — рассветный ветер,
В душе — полёт, в судьбе — гряда веков.

Воспрянь же вновь, о дух мой неусталый,
Воспрянь, как птица в дымчатой дали,
Воспрянь — и мир, в красе своей немалой,
Тебе откроет тайны всей земли.

Меня найдут в четыре утра,
Нашедший скажет — она холодна,
Как поутру бывает роса,
Так и она, кажись, ушла.

Судмеды промолвят про счастье утра,
А ро́дные смотрят на провода,
Вороны, апрель, холода,
Прогоняет скупая слеза.

Она не успела, а может не знала,
Что жизнь не кончалась до слова "одна".
Взгляд бешеный сломлен, убила врага,
Но враг ее был она же сама.

Враг её не боялся, черта,
Перешедшая грань у моста.
Вырывалась истошно и горела до тла
Чтоб после тонуть у открытого льда.

Прощание скажет: "Простите меня,
И мама, и папа, друзья, не могла
Иначе. Дороги пропали, их замела.
Теперь я исчезла, теперь навсегда!"

В Саду Роз цветы расцвели —
Цветы те, что пахнутнут весною.
Запели на ветках уже соловьи
Под звуки фонтана живого.

Наполнилось счастьем пространство вокруг,
Златую песнь исполняя.
И в танце кружится всё, что вокруг —
Любовью всё наполняя.