Произведения без рубрики

Всё продумано всегда
Кем-то свыше, свыше:
Не случайно никогда,
Но об этом - тише.

Это внутренняя суть
Слов да и событий:
И про тайну не забудь -
Знаков и открытий.

Это все-таки не сны -
Это то, что с нами:
Замыслы хоть не ясны -
Пробуем словами.

Попытались объяснить -
И яснее стало:
Совершить - не совершить,
Решение настало.

Всё продумано всегда...
Или всё случайно...
Прозреваешь иногда...
Проникаешь в тайну...

Покрыта кружевом корзина,
Внутри белеют куличи,
И люди с трепетом душевным
Встречать огонь пойдут в ночи.

Благая весть летит по миру–
Сошел на Землю на Божий свет!
Вновь нам дан год смиренной жизни
С надеждой в праведный завет.

Церковный звон разбудит утром,
А в небе солнца свет разлит.
Христос Воскресе, встречный путник,
Господь тебя благословит!

Зову тебя сквозь вечность,
Не нужно ничего,
Нет смерти, бесконечность.
А я так глубоко.

Перевернусь и белым
Качаю плавником,
Я улыбаюсь смелым.
И оттолкнусь хвостом.

Мне ничего не должен,
Живи, люби, молись.
Не вынимай из ножен
Свой меч, лишь чаще снись.

С тобой я улыбаюсь,
Без повода. Всегда.
Тебя не дожидаясь,
Уеду. Не беда.

Смакую каждой клеткой,
Качаюсь в невесомость,
Со мной ты каждой меткой
Откликнешься знакомой.

Она была медлительна по жизни

Не торопилась, просто никуда

Жила словно во сне, в сюрреализме

Не волновалась ни о чём, и никогда!

Она в своём мирке, как в мире грёз жила

Светилась вся как нечто неземное!

И по земле, как будто-бы плыла

Или летела, крылья за спиной

Вдруг появлялись, как по волшебству

И уносили в мир воображений…

И где-то там она свою звезду…

Быть может находила на мгновение!

- Мам, мы сегодня до часу работаем. В двенадцать закроем клуб, порядок наведем и домой. Я Толика Иванова попрошу, он меня проводит.
- Не нравится мне этот твой Толик. И компания у него какая-то дурацкая. Алексей Иванович, кстати, вчера в магазине в очереди все спрашивал про него и про тебя. Ох и подведет, чувствую, он тебя. Отстань ты от него, ради Бога…
- Мам, - перебила Катя, - ты опять? Я же говорила. Нормальный он, нормальный.
Катя было уже совсем распалилась, но сдержалась, и, поцеловав маму в щёку, прошептала:
- Люблю тебя, мамуль. До вечера.
Дверь закрылась.

***

- Ты че, б…, широкий что ли? – и Лысый толкнул незнакомого парня плечом.
- Слышишь…
- За углом подышишь! Че ты хочешь, бл…?
- А че ты можешь?
В разговор вмешался Толян.
- Лысый, че, проблемы что ли какие?
- Да вот, пацанчик широкий, видать здоровья вагон, надо бы разгрузить, – и не успев закончить предложение, со всего маха врезал незнакомому парню в нос.
Парень от неожиданности пошатнулся. В этот момент подскочил Санёк и еще трое неизвестных и в зале завязалась потасовка. Удары сыпались со всех сторон, Толик не успевал понять откуда прилетало и что было сил рванул вперед.
Катя побежала к щитку и включила свет. На полу лежал незнакомый парень, его ногами били двое, остальные окружили Толика и пытались свалить его с ног. Он достал из кармана нож, но не успел его разложить, как из толпы донеслось:
- Пацаны, у него «Бабочка», гаси его!
Лысый и Санёк пытались закрыть друга, но силы были неравные.
Внезапно раздался милицейский свисток, и все бросились в рассыпную.
- Саня, Рыжий, давайте бегите! Найди Ромика. Пусть толпу собирает. А мы тут с Толяном порешаем.
- Давай, брат, мы скоро.
Все разбежались, а на танцплощадке, корчась от боли остались лежать двое – Толян и неизвестный парень, с которым Лысый закусился.
- Толя, ты живой?
Катя подбежала к ребятам. Лысый поднял друга и подхватил его под руку.
- Катька, сейчас менты прибегут, надо спрятаться. Видишь, он совсем хреновый.
- Ему скорая нужна, - стараясь не кричать, сказала девушка.
- Б…, какая на… скорая? Заметут. Этот м…дак нож достал. Нам всем теперь вилы.
- Ладно, давайте быстро ко мне в коморку за сценой и тихо там, что ни будь придумаем.
Катерина была не рада своему решению, но она понимала, что спорить с Лысым в такой ситуации бессмысленно.
Когда ее друзья спрятались, она подошла к незнакомому парню и вдруг увидела на полу нож – «Бабочку». Он лежал нераскрытым, с защелкнутым предохранителем. Катя схватила нож и быстро спрятала его у себя в «женском кармане».
- Эй, парень, ты живой?
Парень открыл глаза, оперся на руки и медленно сел на полу. Тут в зал ворвались двое милиционеров.
- Вы как всегда вовремя, - сказала Катя, - все убежали.
Милиционеры секунду другую осмотрели зал и не найдя в нем больше никого, выскочили на улицу и рванули в сторону дворов.
- Тебя как зовут? – спросила Катя.
- Фикса…то есть Максим.
- Вот что Максим, у меня там друг в коморке. Надо помочь его в больницу доставить, да и тебе надо бы показаться врачу.
- Это, который широкий, что ли? Где он там? Сделаем! – парень улыбнулся
Катерина помогла Фиксе подняться.

***
На следующий день Роман собрал друзей у Толяна в гараже. Самого Толика не было. Мелкий тоже куда-то запропастился.
- Ром, надо этим навалять за Толяна!
- Я вам, б…, наваляю. Хорош уже. Тихо! Ждем человека.
Пацаны переглянулись, но никто не стал возражать. Сегодня Роман выглядел озадачено, и немного растеряно. Спустя какое-то время к гаражу подъехал мотоцикл с коляской. Это был участковый милиционер Алексей Иванович и Мелкий.
Роман подошел к милиционеру, они перебросились парой фраз, после чего зашли вдвоем в гараж. Рома снял с полки жестяную банку из-под детского питания, вытряхнул оттуда болты и гайками в ящик с инструментом и бросил банку на пол под ноги пацанам. Те непонимающе глядели на него, а он сказал лишь одно слово. «Ножи!» Парни достали свои «Белочки» и «Зайчики», сложили их в банку и протянули Роману. Алексей Иванович тяжело вздохнул, пожал руку Роману и вышел. Дверь в гараж закрылась, участковый перекрестился, завел свой мотоцикл и уехал, а дверь еще долго не открывалась. Рома говорил…

Сколько слов боли и крика души.
Мы утаили внутри.
Сколько там скрытого в самой глуши.
И фраза «Я прошу посмотри».

И долго скрывали тяжелую ношу.
Пытаясь бежать от печали.
И кто говорил мол «Тебя я не брошу»
А правду узнав все равно убегали.

И ты научился, все держишь в себе.
Под маской улыбки и счастья.
А кто то, о том же не скажет тебе.
Пытаясь сбежать от ненастья.

Бывает в жизни часто так.
Что счастье одиноко.
Оно одно. Живет в домишке.
И держат очень строго.

А ведь хочется не так.
Ведь хочется на волю.
И рвется он сейчас к тебе.
Хотя сильней покою.

Ведь рядом Вместе так тепло.
И в вашем домике светло.
Не Кто не рушит счастье.
И только ложью можно вызвать огромное ненастье.

Оно разрушит все, что было.
И даже то, что в миг прошло.
Поэтому цените Люди
Свое бескрайнее тепло!

Моя весна ещё не наступила,
Ночами продувает холодком.
Под ветром гнём натруженные спины,
А после согреваемся чайком.
На небе звезды, маяки надежды,
И сердце в грудь стучится изнутри.
Идешь по следу как волчица в вечность,
В глазах горят раздумий огоньки.

Когда-то был безбрежным океаном,
Не понимая этой жизни суть.
Пускал на донье корабли волнами,
Ветрами мачты от печали гнул.
Но всё прошло, в былое нет возврата,
Мы к старости становимся мудрей.
За ветреную юность будет плата,
Когда сорвут подковы у коней.

Куда-то унесли меня раздумья,
Не с этого я помню начинал.
Кружился в танце на балу бездумно,
Прекрасным дамам руки целовал.
Горели свечи, только это в прошлом,
Сменяет всё пришедшая весна.
Моя любовь как в океане остров,
Который гладит тёплая волна.

Разрушить прошлое, сломать текущее,
чтобы не склеялось и не срослось
В душе стереть что-то гнетущее,
понять уже, что лучше врозь.


Давно всё в прошлом, огни сгорели,
и это страстью не назовёшь.
Мы лишь тепла тогда хотели,
а получилось, лишь только ложь.

Давно не верю, я в обещания,
но почему же еще с тобой.
Пускай сегодня– это прощание,
ведь то, что было, не есть "любовь"


******

Покрылось небо черным пледом
Дома стоят как лес из светлячков
И лишь в одном окне не видно света
Где человек сидит без лишних слов

Холодный взгляд, одно бесчувствие
В руке сияет лезвие ножа
В иной мир лишь движения предчувствия
Таит пустая голова

Когда то были в нём и чувства
Да только не нашел он дружных лиц
В мечтах создания искусства
Не углядел укола в сердце спиц

Идейность, что была ему в дарах
Без надобности бЫла населению
Остался он по жизни в дураках
И в нужности одно лишь понижение

Потухли уж огни во всей округе
И в лунном свете, он обратился к богу
"Скажи мне в чём моя заслуга"
Подай мне знак, иль я уйду в свободу

В квартире, полною молчания
Звенит уведомленьем телефон
В нём текст написанный- признание
От девушки, которой нужен он...

Каюсь, грешен я, пить дать.
Но, каясь каждый раз, я грех всё тот же познаю.
И каждый день я говорю себе "Опять"
И каждый день от слов от тех ветшаю.

Неся в себе все эти мысли понимаю,
Сидя в трамвае, утром я осознаю,
Что сам себя давно я каждый день теряю
И зеркало всё реже узнаю.

Теряюсь я средь толп и масс мне чуждых,
Меняя облик свои и тон,
Теряю я меж тем людей столь нужных,
Что с ними увядал бы моветон.

Смотрю я в прошлое своё и понимаю,
Всё видя ту свою весьма нейтральную судьбу,
Что завтра снова, избегая рая,
Я псевдостих свой мелкий удалю.

Если скрипка запоет -
Сердце зарыдает:
Как скрипач ее ведет -
Душу открывает.

Как он бережно ее -
Как дитя родное:
Начиналось всё с нее -
Искусство вот такое.

И на свадьбах он всегда,
И на тризнах тоже:
Да и с хором иногда -
Как играет, боже....

Сердце просто пополам -
Забрал он половину:
И любимое он нам -
Про клен и про рябину.

Стали робко подпевать -
Громче он играет:
И смычку его взлетать -
Ничто не помешает.

А вот слезы зря мы льем -
Он не для печали:
О веселом, о лихом -
Чуть взгрустнув вначале.

Нравится ли вам вечер?
Нравится с луной встречи?
Мне да! В этом что-то есть,
Что даже мне не счесть,
Таинственной тишины звуки,
По асфальту шагов стуки,
Фонари, что его освещают,
И там же бабочки летают,
Сяду вечером на скамеечку,
Кину на погоду я копеечку,
И вдыхая вечерний аромат,
Слушаю дивное пения цикад,
Чуток, немного прогуляюсь,
И этим я вдохновляюсь,
Постою под светом фонаря,
Вечерок за это благодаря,
Вечер стал мне другом.
И месяц, который полукругом,
И полная круглая луна,
Которая с далека видна,
И вот машина приближается,
Кто-то на такси катается,
И прекрасные её фары,
Словно зелёные чары,
В вечерней этой красоте,
Вот бы запечатлеть на листе.
Всё-таки нравится мне вечер!
И так же с луной наши встречи!

Шляпа, скрипочка, жилет,
Алая рубаха:
Сколько же веков и лет -
Волен точно птаха...

А как скрипка запоет -
Песню как затянут:
Хор цыганский так берет
За сердце... Так тянут...

Он, конечно, виртуоз -
Этот парень бравый:
В поле жил и в поле рос -
Он - и тот, что справа.

Друг его - он гитарист...
Хор без них не может...
У солистов голос чист -
И совесть их не гложет...

Все что знают - нам поют...
Слушаем, вникаем...
Там - умом, а сердцем - тут...
Вольницу вдыхаем...

Потому без скрипача -
Хор никак не может...
Не судите сгоряча -
Хоть и зависть гложет...

Они вольностью сильны -
Эти музыканты...
И голодные - вольны...
Сплошь одни таланты...

Цыганка
Я у старой цыганки просила совет:
Подскажи мне вещунья седая
Ты с кибиткой своей
Обошла целый свет
Счёт дорогам своим не зная
Ты встречала рассвет, где цветут ковыли
Под холодным росы покрывалом
Радниковой водой умывалася ты
И по звёздам пути ты искала
Косы были когда то чернее смолы
Выжгли солнце их, вольные ветры
И теперь серебром отливают они
Оттеняя тяжёлые веки
Ты поведай цыганка: секреты мои
В жизни многое ты повидала
Как по знакам читаешь
Ты карты свои?
И беда, где берет начало?
Погадай по руке
Иль колоду разбрось
Чтоб на сердце моём полегчало
Чем жила я вчера, что сегодня сбылось и что завтра судьба обещала?
Вековая вещунья, певица степей
Пусть исполнятся все предсказания
Пусть твой табор идёт!
И костёр твой горит!
И храни свой секрет мироздания!

Конец мая. Суббота. Солнце печёт, не жалея сил. Во дворе на скамейке расположились два приятеля. Они сидели друг напротив друга, подкидывали вверх складной нож, а когда он падал на скамейку или втыкался в нее, они приставляли к ножу пальцы начинали спорить. Так продолжалось до тех пор, пока во двор не вышел третий.
- Здорова, пацаны!
Они обменялись рукопожатиями и продолжили игру.
- Слышали, к Толяну брат приехал? Пятёрик на зоне отмотал.
- Это, который Серого по лицу полосанул на уроке музыки?
- Нет, это Адидас был. Ему тогда по малолетке двушку хотели дать, а потом вообще через полгода отпустили. А у Толяна брат с Седым попал, когда они на рынке коммерсов щемили. Вспомни, Седой в дурке отлежался и вышел, а Ромку посадили.
- Это, который на пятёрке к Мелкому приезжал?
- А, Ромка! А он че брат Толяну?
- Ну да. Мелкий, типа, родной, а Ромка – двоюродный.
- Круто! А где они сейчас?
- У Толяна в гараже. Погнали к ним!
Друзья поднялись со скамейки, один из них взял складной нож, сунул его в карман. Этот нож был широко распространен в то время и был практически у каждого пацана. Складной, с широким лезвием, стальной рукояткой и пластиковыми накладками с обоих сторон в виде… а вот тут был извечный спор, то ли это была бегущая белка, то ли заяц, а может и то и другое – точно ответить никто и не мог. Поэтому в разных дворах его называли по-разному.

***

Молодой человек сидел на корточках возле костра, обложенного красными кирпичами и колдовал с шампурами. Приятный аромат жареного мяса расползался по всему гаражному кооперативу.
- Здорово, Толян! Как дела?
- О-о, пацаны! Здорова. Я как раз хотел Мелкого за вами послать. У меня брат из командировки вернулся! Смотрите, че привез!
Он выудил из кармана своих широких штанов нож – бабочку. Такие в то время были большой редкостью, и ими могли владеть только поистине крутые пацаны. Хотя, по сути, ничем он особо и не выделялся в плане практичности. Тонкое лезвие, раздвоенная рукоятка – скорее носили эстетический характер. Но те, кто умел им «крутить»*, вызывали уважение в глазах пацанов.
(* «крутить бабочку» - держа за одну часть рукоятки ножа в воздухе описывая восьмерку закрывать лезвие второй частью и, двигая ножом по той же траектории, обратно приводить его в «боевое» положение).
«Дай-ка попробовать, ну-ка, как там?» - пацаны каждый с восхищением повертели нож в руках и вернули его хозяину.
В центре гаража стоял стол, импровизированный из старых покрышек и деревянной двери. Во главе стола сидел Ромка со старой потертой гитарой в руках и голосил во весь рост. В углу на кипе из льняных мешков валялся Мелкий и дремал, обняв пустую бутылку Жигулевского. Катька с Ленкой возились у стола, что-то нарезали и раскладывали.
Пацаны зашли внутрь и расселись кто куда, кто на ведро, кто на пенёк. Один из них забрался на старый, голубого цвета мотоцикл:
- Хорошая машина, Толян, когда гонять будем? – и не дождавшись ответа, похлопал мотоцикл по стальному бензобаку.
Две табуретки были приготовлены для девчонок, и никто, даже в мыслях не претендовал на них.
Роман допел песню, взял со стола кружочек огурца и запустил его в угол, где спал брат.
- Слышь, Мелкий, пацаны пришли. Иди поздоровайся.
Но из угла донеслось лишь неразборчивое мычание.
- Мы уже второй день живем тут. Мелкому тяжело, не привык. – он разлил по бумажным стаканам самогонку и поднялся, следом за ним поднялись и ребята.
- Как раз и шашлычок подоспел – Толян положил готовое мясо вместе с шампурами на тарелку и присоединился к друзьям.
Парни с интересом рассматривали своего давнего старшего приятеля. Он за время пребывания в «командировке» сильно похудел, глаза его стали темнее. Однако, он по-прежнему выглядел достаточно мощно, и только одним своим видом вызывал уважение.
- Пацаны, за встречу! Никогда не попадайтесь, как я! – он махнул содержимое стакана залпом и выдохнув, заговорил:
-Лысый, мне сказали, что ты на гитаре научился играть. Ну ка сбацай нам что ни будь! – и передал гитару, парню.
Лысый взял гитару и забренчал, мурлыча себе под нос. Пацаны подхватили слова и запели. Роман, стараясь вытянуть каждую ноту, выделялся на фоне неумелого хора, и даже мелкий что-то мычал. Но при этом, всем было хорошо и уютно в своей доброй компании.
Ленка с Катькой вышли из гаража на воздух, и спрятавшись за дверью гаража закурили одну на двоих сигарету.
- Лен, меня в клуб взяли на подработку, вы с ребятами сегодня приходите на танцы к десяти, я вас потихоньку проведу.
- Классно, а если эти наклюкаются?
- Да ладно... Слушай, а как тебе Толик?
- Опа! Ты че, влюбилась? Ну ты Катюха даёшь!
- Да ничего я не даю, он мне давно нравится. Он какой-то особенный, понимаешь. И смотрит на меня по-особенному. Конечно, эти трубы и балахон – как ребёнок, все не наиграется.
- Ага, и Алексей Иваныч у его подъезда чуть ли не ночует. Ему скоро вместо мотоцикла служебный УАЗик дадут, чтоб он Толика по ночам пас и не замерзал.
Подружки переглянулись и весело засмеялись.
- Ладно, пошли!

В куполах
я слышу звон
Это времени
перезвон
Слаще нету у нас мгновения
Как пасхальное наслаждение

Герои двадцать первого века
Бес попутал взять ипотеку
Платили по 10 а теперь по 20
Пора  на сво нам собираться

Любимая жена увидев в обьявлении
Сколько вдове  героя светит зелени
С серьезностью не хуже комисара
Условилась: так иль ты герой иль засожу на нары

Не теряя ни минуты времени
В последний раз дефриз закусив пельменями
Под ликования и всеобщие овации, я герой
я штык/сапог денацификации
В стране соседней нации

Плевать на гастрит и то что мы сердечники
Только вперед,
прет освободительная армия ипотечников
Камня на камне не оставим, все как мы любим, кого убьём кого ограбим

Кто я такой чтоб говорить как жить на белом свете
Другое дело Соломон - царь древних иудеев

И даже щас, царь соломон, объект для обожания
А его храм и царство то , предмет для подражания

Он верил сам и всех учил что в мире  все от мысли
Всю жизнь читай талмуд зубри, да и живи по книге,

Впитав все знания земли  и  ее суть мудрость вечная,
В итоге ты поймёшь, жизнь суета суетная

Другое дело Иешуа рождённый в назарете ,
Был послан для спасения  древних иудеев
Он верил сам и всех учил что в жизни все от сердца
Творца моли, и всех прощай, врага любя всецело

Закон где зуб за зуб ты позабудь,
и где око за око,
Отвесил враг ляща, подставь другую щеку

Кто я такой чтоб говорить как жить тебе на свете
Другое дело сигиз Фрейд,  сын Древних иудеев

Великий ум, достойный муж, светила от науки
Он понял все и доказал
не вынимая трубки

Он верил сам и всех учил что в жизни все от туда где ниже пояса болтается приблуда

Любовь, агрессия, программы, сублимация,
Я есмь набор случайных комбинаций
Все обусловлено при первой мастурбациииии....
Держись браток за уд покрепче, будет сатисфакция


Кто я такой чтоб говорить как жить на белом свете
Другое дело иудей у всех в авторитете

Толковую идею Он дал рабочим массам
Да все же мы бродили по улице Карла Маркса

Он верил сам и всех учил, что в мире все от пуза
Что вся беда что капитал не делится арбузом

Много жизней полегло в тех временах кровавых,
Эти что бы не было бедных,
а те - что б не стало богатых


Кто я такой чтоб говорить как жить на белом свете
Другое дело иуедей у всех в авторитете


Он успокоил всех довольно убедительно,
Расслабьтесь мужики все в мире относительно.

Не пробьется  за горизонтом луч света
Солнце ушло в чужой край планеты
Там  роса на траве, там птицы встречают рассветы
А тут матушка тьма, закутавшись чёрным цветом

Даже когда мрачной ночкой,
Сияет луна, на небе без облачка,
Космос усеян далекими точками,
Магия ночи уведет душу во внутренний очерк.

Без шума форм и красок жизни под солнцем
Когда вокруг только тьма и мрак
Внимание сознания уходит внутрь
Ты один на один и только твой страх.

Он покажет тебе все твои тайны
Он помнит все что хотел ты забыть
Он еще приукрасит Он богат на  фантазию
Он беспредел,
страшный любитель на душевные струны давить

В великую ночь страх король император
Он кнут от бога, и ферзь судьбы
Он твой повадырь, показав ему слабость
Он родитель гордыни зависти лжи

Он тебя никогда не оставит
Он сделает все лишь бы тебя приструнить
Во время выбора он нашептает
Как про любовь и счастье забыть

Ты не бойся его, он по жизни твой спутник
Не борись против, в честной борьбе его не одолеть
Нужно сделать страх своим другом
Поблагодарить, понять и простить.