Произведения без рубрики

Так странно всё бывает в жизни.
Уже написан тот сюжет,
Где все мечты и где все мысли
Ведут дорогою на свет.

Дорога та совсем не близко.
Искать её придётся всем
И тот кто пал, и пал так низко
Пройдёт сквозь толщу этих стен.

И два заблудших огонёчка
Найдут во тьме одну тропу.
С тех пор не будет ни денёчка,
Чтоб свет светил их в пустоту.

И всё сильней пылает пламя,
И всё сильней горят глаза,
И только бликами мелькая,
Летят на свет и в небеса.

Повязаны теперь на веки
Одной судьбой, одним крылом.
На облачном и светлом бреге
Нашли покой, нашли свой дом.

В газете писали, что в будущем будет
Стоить машина как кружечка кофе,
И на глобусе нашем стареньком люди
Жить начнут дружно и очень спокойно.

Работать не станет никто за гроши,
И врач, и учитель - профессии года.
В газете писали, что никто не спешит
Проживать свою жизнь другому в угоду.

Писали, что больше не будем болеть –
Мир обнаружит чудо-вакцину!
И кто-то из "наших" сумеет взлететь
В первые списки имён медицины.

Дачи на Марсе цветут к январю,
Надо рассаду готовить к зимовке,
В газете писали, тебе говорю,
Ракеты смогут летать с тонировкой:
Штрафы отменят! Такие дела.
В будущем это уже не проблема.
В будущем вовсе наш дом - не Земля,
А вся безграничная полость Вселенной.

Астрономы вернутся учить молодёжь,
Астронавты проложат дороги по небу.
Уже, если честно, и мне невтерпёж
Побывать в этом месте, в котором я не был.

В газете писали, что станет легко,
Вокруг будут жить счастливые люди.
Правда, время такое ещё далеко,
Да и нас там, возможно, не будет.

21.07.25

Длились дни, метели дули,
Сумрак наступал в ночи.
Слышал как свистели пули
И звенели вновь мечи.

Слышал он дыханье речки,
Слышал соловьиный свист.
Под кровавый рёв картечи
Грустный, старый баянист.

Не сыграть ему той песни
И не спеть из под брони,
Ведь он идёт под знаком чести!
Под шумом белой простыни.

И в сердце ждёт одна надежда
И тлеют тихо угольки,
Ведь мы народ - народ безбрежный
И любим землю вопреки!

Оно всё как-то само утряслось.
Убокалилось.
Кухня в этой хрущёвке слечила раны.
Чайник свистел на плите, и светало рано.
И мы не звонили маме, и нам не звонила мама.

Земфира что-то шептала в горе одежды
(Телефон там лежал, а её крутили по радио).
На улице было светло, морозно и свадебно,
Дата почти подходила, но нет подходящей пассии.
Почти добежали за новой бутылкой Балтики,
Но продавщица снова не продала без паспорта.

Тащились домой, курили одну сигарету,
Горчило, перчило и лечило побитую душу.
Утки крякали в речке, им бабка крошила горбушку
От белого хлеба. Солнце совсем не грело,
Светило как-будто даже, (но словно не нам, и ладно.)

По прогнозам дожди, возможно, и ураганы,
Возможно, будет неделю бессолнечная прохлада,
Возможно, ты купишь вискас облезлой подъездной кошке.
(Она иногда тоже лечит, мурлыкая на окошке).

Кухня в этой хрущёвке слечила раны.
Шумела ночью вода, пытаясь протечь до крана.
(Опять отключили горячую воду на две недели)
Вы в этой кухне часы напролёт сидели.
Она даже помнит, как вы целовались пьяно:
За окнами в те времена так темнело рано,
Вы смотрели друг другу в глаза так (почти что) храбро...
Сердце потом разбилось на этой кухне.
На ней же и склеилось снова под звон посуды.

В этой тихой, почти что мирской обители
Оно всё как-то само утряслось.
Убокалилось.
Уходили по миру кто бросил и кто обидели,
Как-то с вином желание выть на судьбу убавилось...

А стаканов здесь отродясь не видели.

03.06.25

Товарищ Борисов сегодня нахмурен, суров и чуток молчалив.
Считает минуты, вагоны и полки, орехи и вёдра слив.

На перронах снаружи торгуют мечтами, и снами почти вразвес.
Товарищ Борисов считает купюры,
Несёт их торговцу Чудес,

Ему выдают два пакета печенья, изюма почти полкило,
Товарищ Борисов кивает угрюмо, ему, стало быть, всё равно.

Он едет так долго, как будто бы вечность, под скрип железных колёс.
Попутчики всё сменяют друг друга, смеются, порою, до слёз.

Делятся с ним и счастьем, и горем, чтобы с собою увёз.
Он насыпает им к чаю печенья, жменьку изюму суёт.

Товарищ Борисов давно не был дома, как-будто взял жизнь под залог.
Поезд стучит под ногами ворчливо на перепутье дорог.

Товарищ Борисов едет куда-то, спит по ночам как сурок.
На пятке табличка "разбудите тогда-то", взгляд утром обычно суров.

Проводник ходит мимо, будит у станций, Борисов спешит на перрон,
Будто он на этих закупках не меньше, чем местный барон.

Купить пару счастьев и пшенично-спокойных к месту сказанных слов.
Товарищ Борисов прячет в карманах бутылочки разных снов.

Садится к окну в плацкартном вагоне,
Тоска ему тут помеха ли?
Закидывай вещи под соседнюю полку,
Доставай свой билет,
И поехали!

10.11.24

Если воздуха нет - асфиксия.
Если под воду - утопление.
Если в стену лбом - амнезия
И от Господа мне прощение.
Если мыслей нет - идиот.
Если есть да дурные - беда.
Если крыльям ветер - полет.
Без полёта жизнь - ерунда.
Если скудному мозгу вопрос
Где же сердцу найти приют?
До ответа уже дорос:
Нет, в неволе орлы не живут.

Открываю глаза на рассвете,
Новый день начинает свой бег.
Солнце дарит лучи всей планете,
Просыпается вмиг человек.

Утро движется тихо по крышам,
Прогоняя полночную тень.
Ветер ветки чуть слышно колышет,
Обещая нам радостный день.

Пусть заботы пока подождут,
В этой тихой и светлой поре.
Птицы звонкие песни поют,
Хорошо, что весна на дворе!

Среди бетона и стекла,
Где жизнь стремительно текла,
Не забывай, кто ты такой,
Храни в душе своей покой.

Пусть мир вокруг порой жесток,
И сносит времени поток,
Ты береги в себе тепло,
Чтоб сердце светом расцвело.

Не дай погаснуть доброте,
В холодной, серой суете,
Будь человеком до конца,
Не пряча честного лица.

Когда внутри утихнет бой,
И ты в ладу с самим собой,
Тогда исчезнет всякий страх,
И солнце заблестит в глазах.

Тебе не страшен тёмный лес,
И тяжесть всяческих чудес.
Ты сам себе надежный щит,
Что от невзгод всегда хранит.

Иди вперёд, не зная бед,
Ведь ты нашел на всё ответ.
Кто победил себя в пути,
Тому легко вперёд идти.

Попробуй чувствовать себя живой,
Попробуй думать о хорошем.
Сними все маски будь собой,
Не строй гримас ни корчи рожи.

Попробуй думать не о том,
Что губит, портит, разрушает.
Ты не спеши, не злись, постой..
Забудь все то, что раздражает.

Позволь заметить лишь в тебе
Ту ясность разума иного,
Где гениальность в простоте,
Где есть прогресс, где есть основа.

Где не пускаешь пыль в глаза,
Где сам с собой бываешь честен.
Там полный штиль, а не гроза,
Там нет предательств, нету мести.

Зародыш чувств таких же чистых,
Крупица жизни вековой.
Беспечный зов полей зернистых,
Полет зарницы полевой.

Все это мне даёт то право
Задуматься, а уж потом сказать:
"Я восхищён, аплодисменты, браво!
Теперь вас даже не узнать..."

Не прячьте боль под маской лиц чужих —
В такой осаде раны только ноют.
Лишь правды вдох, один на четверых,
Нас от иллюзий выжженных омоет.
Не доверяйте временным гостям
Свои бинты и сожженные дали.
Не раздавайте душу по частям,
Чтоб после по крупицам не искали.
Не говорите прошлому «прощай»,
Пока оно в дверях застыло тенью.
Его пройти нам нужно до костей —
Без суррогатов, «пластырей», забвенья.
Пусть лучше шрам останется рубцом,
Чем свежий яд у ложного причала.
Быть сильным — не лукавить перед сном,
А дать себе шанс всё начать сначала.
Своё придет. Не нужно звать чужих,
Чтоб затыкать пустующие ниши.
Лишь правды вдох — один на четверых...
Он в глубине тебя. Всего важнее. Слышишь?
И всё, что спас от жадных, цепких рук,
Что не раздал в угоду полутеням, —Замкнёт собой твой самый верный круг,
Где нет нужды в мольбах и извиненьях.

Неужто - лето на холстах -
Опять с болиголова?
Неужто - белые в руках?
К сим краскам не готова...

Неужто - кистью те цветы -
Для головокруженья?
В лиловом - нету красоты?
А в желтом - упоенья?

Неужто - хуже васильки?
Иль розовые кашки?
Фиалочки иль огоньки?
Иль белые ромашки?

Но вот опять - болиголов...
И зонтиков - засилье...
Сорняк везде пробраться смог...
В пейзажах - изобилье...

На электричку - а цветы -
Поникли и завяли:
Срывали ради красоты -
Но зря, видать срывали.

Пускай, в лесах, пускай, в полях -
Остались бы и жили:
Завяли вот у нас в руках -
И дома не ожили.

Им ваза - жар и теснота
Водицы - мало, мало:
В руках погибла красота -
Ничто не помогало.

Мы дали слово: никогда -
За полевым цветочком -
Вновь не охотимся... Беда...
Пускай, растет рядочком...

Лесные - поклялись - не рвать...
Пусть, не из Книги Красной...
Не убивать, не собирать...
Пусть будет мир прекрасный...

Пусть вечно радуют цветы...
Пестреют - лес и поле...
Мы просто - в омут - красоты...
Мы - с головой... Не боле...

Весна играет и поет -
А с нею птицы, птицы:
Какой у песен разворот -
Как трель вверху кружится...

Как наполняет этот звук -
Хоть песенки простые:
Всё сразу падает из рук -
Мелодии такие...

Они - в открытое окно,
По скверам и бульварам,
По лесу (не была давно),
Над теми, кто по парам...

Они - везде... Они - весна...
Они - вот эти трели...
Вновь песня звонкая дана...
Поют... Не надоели...

И никогда - ни мне ни вам -
Не надоест их пенье...
Их оды - синим небесам...
В сердцах - благоговенье...

Ну вот - приятные слова,
Любезность без предела:
Лесть хоть приятна - не нова...
Вновь жду - такое дело...

Вновь обольщаюсь - такова -
Как льстец меня рисует:
Заворожили так слова -
Реальный взгляд буксует...

Я вновь поверила в себя,
И крылья отрастила:
За это мысленно тебя -
Мой льстец - благодарила...

И знаешь, что ни говори,
Таким как я, о боже,
Хоть льсти, хоть прославляй, хоть ври -
На пользу всё - похоже.

Во-первых, крыльям отрастать,
А во-вторых, я знаю,
Уверенности обретать...
Льстецов я обожаю...

-‐-------------‐-----------------‐‐--‐---------------
《Тайна двух близнецов》
Хочу сказку рассказать вам я.
Вот первые персонажи сказки:
Мои друзья, с них и начну историю.
Мои друзья.
1. У близнецов – мальчик по имени Элвин и девочка по имени Элаонита.
2. Королева – мать хотдога Элина, которая является сиротой.
3. Король – отец хотдога Эмиль.
-----------------------------
4. Отец короля хотдога – Элвис.
5. Мать короля хотдога – панда по имени Полина.
6. Сёстры короля хотдога – Мирабэла и Мираэла.
------------------------------------------------
Сёстры короля – тёти Элвина и Элаониты, а также названые матери для близнецов.

...Богатства видел в этом сне,
Но мимо них я проходил,
Ведь я искал Её одну,
В ком изобилие и мир.

В ком Истина и суть внутри,
В ком Мудрость жизни, красоты.
В ней Радость, Счастье и Рассвет,
Она — Любовь, и в ней весь Свет.

Я мимо роскоши к ней шёл,
Хоть та манила, зазывая,
И Слава, Гордость, призывая,
Меня просила: «Обернись!»

Я шёл к Тебе, моя Родная,
Моя единственная суть.
Любовь сияла словно пламя
И освещала долгий путь.

В Тебе вся роскошь и награда,
В Тебе истоки чистоты.
Ты Мудрость есть, и Честь, и Слава,
Ты Жизнь всего, в Тебе Дары!
(2022)

Я, увезу тебя туда.. где лучик Солнца..
Ласкает чешую морского дна...
Где ни к чему ответы и вопросы..
Где Солнце в бронзе.., море, ты и я...
Где акварель изнеженного неба..
Рисует над волною легкий
бриз..
Где я в ночи любуюсь лунным светом..
из под цветных , распахнутых ресниц..
Под голым загорелым телом
лишь песчинки..
В бокале послевкусие любви..
Оно такое терпхое,.. о боги..
До дна сумев испить, попробуй не умри..
Теперь рубиновый закат в тиски сжимает..
виски..да так.., что кругом голова...
Наверное была я не права.. когда ушла,
А нынче что? .. В безумии скучаю..
Воспоминания с улыбкою листаю..
и засыпаю, глядя в небеса..

Нет ничего оглушительнее внутренней тишины в разговоре с тем, кого нет рядом.
Мы называем это «прошлым»,
но оно живет в каждой первой мысли утром и в последней — перед сном.
Неразделенность — пустяк по сравнению с весом слов, которые не были сказаны: с каждым днем они каменеют внутри, и ты продолжаешь их беречь, словно они всё еще кому-то нужны.

Миг сотворенья чувств
Возник как свет, играя.
Мечтая жить хочу.
В душе остался след.
И в новом дне рассвет
Лучами выжигает
из дневника,
Во сне, возникший
силуэт.