Произведения без рубрики

Ниже 4.

На коляске сидит парень. ("Подойду к нему с желаньем руку помощи подать. И начну все узнавать.")
"Что? И ты меня жалеешь, незнакомый проходимец? Знай же, хоть и очевидец ты тяжелейшей судьбы, но жалеть ты не спеши." "Я жалеть тебя не смею, но помочь сейчас сумею. О себе мне расскажи и отправимся с тобою покорять просторы, волю, на вершины восходить..." "Смеешь ты сейчас шутить? Не могу ведь я ходить... на вершины подниматься и куда-то отпраляться. Это все непостижимо для такого инвалида." "Инвалидны твои мысли. Ты способен измениться! Поднимайся без сомнений. Стань создателем материй неизвестных никому."
"Очень сладки твои речи. Только ты не искалечен. На ногах своих стоишь и сейчас мне говоришь будто в жизни все возможно?! Я пытался подниматься. И на стены опирался. И ползком стремился ввысь! Сколько в жизни падал лишь... и ни разу не сдавался, пока здесь не оказался. Был великим я спортсменом. Самым сильным, самым ценным . А потом случилось горе. И проблем скопилось море. Все родные отвернулись. Я запил. Ушел из спорта. И пошло все по наклонной. А потом мне надоело. Тело вкуса захотело ощутить адреналина. Напрокат я взял машину. И отправился по пьяни покорять чужие дали. Было весело сначала. А потом мне стало мало. И исход был предрешен. По кусочкам собирали. Тело заново сшивали. Стыдно мне, конечно, было, что прикладывали силы, для того чтобы спасти, вот такого человека, ставшего теперь калекой, да по собственной вине. Мне хотелось умереть. Но сбегала вечно смерть. И в тюрьму не посадили, а всего лишь прав лишили и заставили платить. И тогда за ум я взялся. Начал вроде поправляться и стремительно пытался это все преодолеть. Сила воли укреплялась и сознание менялось. И пусть в жизни я старался, все равно стоять остался на одном и том же месте. Видно это наказанье, что с небес мне ниспослали. Я давно уже смирился." "Что ж история печальна, очень даже визуальна и, пожалуй, непроста. Но все это ерунда. Прошлое осталось в прошлом, а твой разум им опошлен. И сейчас мы твои мысли, как возьмем, да перепишем!.."
"Я как будто бы унижен... Знаешь что, смутьян бесовский, не нужны твои мне сказки и сними с себя все маски. Мне противно от такого добродейства напускного!"

Ниже 3.

Где-то там река забвенья. И вдали шумит камыш. Мама тихо напевает: "Баю-бай, поспи, малыш. Ночь-злодейка всех изводит, да и день нас не щадит. Утро все кипит в работе. Вечер тихо говорит: о тоске по старой жизни и мечтах о новых днях. Но, малютка, ты не бойся. Все решится. Успокойся. Поскорее засыпай." Голос ласковый и нежный проникает вглубь души. И ребенок безмятежно видит сказочные сны. Слышен скрип от половицы. Слезы льются у вдовицы. Вновь печалится о жизни. О минувших временах. А в глазах лишь боль и страх, блеском слезным оттененный.

"Я не знаю, что случилось, но ужели ты смирилась и не хочешь измениться? Надо же начать стремиться! А ты слезы сидишь льешь. Ну, вставай, со мной пойдешь." Голос громче голос выше. "Будто бы меня не слышит!" Громче... громче. "Тише...тише! Я ребенка уложила. А вы голос во всю силу. Уважение имейте!" "Обуяли меня черти. Но ведь ты не отзывалась. Что еще мне оставалось?" "Если я не отзываюсь, значит нечего пытаться до меня крича дозваться." "Я тебе ведь предлагаю изменить свою реальность." "Я об этом не просила. Уходите, мне противен ваш навязчивый подход." И картинка вновь сменилась. И пространство изменилось.

Оставь людей в покое, не смотри на них,
Ты пытаешься исправить ошибки своего сердца.
Отвечай за себя сначала, выполняй свой долг,
Спеши исправить свою судьбу.
Оставь людей в покое, выбирай свой путь,
Из-за их разговоров свое сердце не терзай.
Праведность и веру в сердце храни,
Свою жизнь чистой и счастливой сделай.

Заметает февраль дорожки,
Спит деревня в густом снегу.
Наклонили берёзы серёжки
На крутом ледяном берегу.

Вы, родные мои, приуныли,
В белых шубках стоите в ряд.
Словно косы свои распустили,
О далёком тепле говорят.

Светит солнце, но всё ещё хладно,
Иней звонкий на ветках дрожит.
Только сердцу дышать отрадно,
Значит, время к весне бежит.

Скоро птицы наполнят рощи,
Заиграет в овраге ручей.
Станет мир и светлей, и проще
От весёлых и тёплых лучей.

А пока — серебром по лазури
Начертил этот день узор.
Не боюсь я ни снега, ни бури,
Глядя в этот безбрежный простор.

Улыбнутся берёзы-невесты,
Сбросят зимний свой сонный наряд.
Нет на свете прекраснее места,
Где они в поднебесье глядят.

Нах бита баха Ӏад, цаьрга ма хьежа,
Хьайн деган гӀалаташ тодан хьо гӀерта.
Хьайх жоп ло хьалха, хьайн декхар ахь лежа,
Хьайн кхоллам нисбан ахь сихалла латта.
Нах бита баха Ӏад, хьайн некъ ахь харжа,
Цара дийцарех хьайн дог ма этӀаде.
Нийсо а, иман а дегца ахь ларде,
Хьайн дахар цӀена а, ирсе а де.

Ниже 2.

Как игрушка, кукловодом, переправлен через воду мановением руки. "Я терплю и ты терпи!" (вдруг послышалось во мраке). "Не могу. Нет сил! Всё враки! Утоплюсь... Нет - сброшусь с гор. Мое тело - просто корм( для иного не подходит)..." "Пусть же мысль эта уходит. Нужно ждать и все случится. Диво дивное стремится в жизнь тоскливую войти. Только жди. Только терпи."
"Жизнь- сплошная боль и мука! А еще тупая скука! Как болото тянет вниз. Нет. Довольно. На карниз. А потом с карниза вниз...вниз...вниз...".
Все затихло на минуту. И вдруг возглас- резкий... жуткий... "Здесь мальчонка застрелился!" "Вот те раз! Не утопился..." - вдруг подумал про себя, как бы весело шутя, а потом вмиг ужаснулся... "Что же это за безумство?! Что за смешанные чувства? В голове лишь злости буйство и насмешливых речей." Стало хуже и грустней. Шаг назад. Затем два шага. Темп стремительно растет. Вот и край бездонной ямы. Вот-вот тело упадет.

Мысли. 0.

Проросли росточки мыслей.
(Может быть и сорняки).
И в толпе святых провидцев
Я топлю себя в грязи.
Мысли цепкие как лозы;
Безобразные как сны.
Мысли – колкие занозы.
Мысли – острые шипы.
Обвивают мыслей нити,
Душат душу, сердце, мозг.
Череда идет событий,
И все планы под откос.
Череда идет событий,
Разбиваются мечты.
Это всё сюжет избитый...
Только больно с высоты.
.
Падать
.
Падать
.
Падать
.
Падать
.
На
самое
....( Бух!)...
Дно...

Ниже 1.

(Темно... Свет потух... Напрягся слух... А вокруг лишь тишина... Вдруг! Где-то лопнула струна. Препротивный, мерзкий звук. Кто-то мелом чертит круг. Ногтем водит по стеклу. Что такое? Не пойму... тут внизу собрались люди. Души их в тяжелой смуте. На верхах людей так мало, ну, а здесь - такое стадо. Стало страшно и тревожно. Разве это все возможно? Разве может человек жить во тьме в свой умный век? Разве может он - "Разумный" - биться в стену, как безумный?.. Кто-то плачет... Нет... Ревет! Словно зверь, что загнан в яму. В уголке играют драму. Муж. Жена (на теле раны). Очень злое представленье. Он с ножом - она к постели. Там сопят немые детки. На столе лежат объедки. И бутылка русской водки стала где-то посередке. На верху так не играют. Там комедии лишь ставят. Ну, а здесь сплошь боль и слезы. НЕ ХОЧУ я видеть рожи искалеченных людей! "Неужели интересно вам смотреть на недопьесу?"- все вокруг лишь промолчали. Люди заняты делами. У людей свои проблемы. Темнота глаза изъела. А душа вмиг очерствела. Уши сделались глухи. А в руках у всех ключи, от замков, что рот сковали. "Мама...К маме... Мама... К маме..." - снова горькое рыданье. Что за пущее страданье? Детский плач.. Для любого как палач. Равнодушным не оставит. "Мама... К маме... Мама... К маме...". "Прекрати. Вернется мама"- посмотрел вперед, встал прямо. И душа оцепенела. Что за дикая картина. Лес. Ребенок. Звери. Тина. Разве может быть такое? Чтоб дитя, свое, родное! в одиночку в лес ходило?
" Он оставлен без надзора. Мать все водит ухажера, а отец давно скончался. Это ты бежишь напрасно. Здесь закону все подвластно: выживает лишь сильнейший." "Кто ты такой?!". "Я тут старейший. Все порядки почитаю, а сейчас в них посвящаю новоприбывших дикарей. Вроде тебя."
"Я с порядком не согласен!" "Возглас твой был так напрасен. Ничего ты не изменишь. И сильнее лишь заденешь струны тонкие души". "Ты товарищ не спеши. Излечить любого можно!".
"Было бы оно возможно! ( В сторону: я на дне бы не сидел...)".
Все картины исчезают. Звуки резко затихают. Кто-то хлопает в ладони.
Говорят в высоком тоне. Чуть ли даже не кричат. Смутно видятся сюжеты. Кто-то что-то... где-то где-то... Это ты... Виновен... в этом! " Я не вижу силуэты...", и старейший усмехнулся:
"Что ж во мраке и любуйся." " Это что ж, твои проделки?!" "Чтооо ты! Нет. Играл в гляделки? Больше смотришь - меньше видишь. Может ты и ненавидишь все законы нашей жизни. Но чем дольше здесь пробудешь, тем ты боле раздобудешь хладнокровия людей." "Не пойму в чем дело... Эй! Что со мною происходит? Будто слепну. Страх наводит..."
"Ты так сильно не пугайся, лишь с порядками считайся. Только так ты будешь жить. А в бездействии ходить- это норма человека, здесь бродящего с момента, как на дне во тьме родился, иль случайно очутился, иль с вершины вниз упал. Что, убавился запал?" "Я смогу! Я все исправлю!" "Хорошо. Тебя отправлю к месту полному людей. Станет лишь еще больней. Но ты сам ведь согласился." "Чтобы мир переменился я готов терпеть все боли!" "Что ж довольно. Я не смею
помешать твоей затее. Только помни, что вернуться ты не сможешь никогда."
"Это старец не беда! Я чужую жизнь исправлю. И открою людям тайну, что жить можно по другому!" (В сторону) "А они не знают словно?" "Отправляй меня к народу!"

Там, где рисуют карты снами,
Не холодит хрустальный иней.
Там не бушуют океаны,
Их цвет спокойный, тёмно-синий.

Там облака границ не знают,
В них тонут призрачные башни.
Ограды там не угнетают,
Там воздух бархатный и важный.

И птицы — будто запятая
В тиши огромного листа.
А травы, мысль не разгоняя,
Лепечут слово «Неспроста».

Не торопись. Не бейся в такт.
Не закипай от нетерпенья.
Там вечность — древний артефакт
Между вопросом и решеньем.

Так замолчи на три шага.
Позволь всему идти неспешно.
Пускай дыханье лепестка
Коснётся щёк твоих безгрешно.

И край земли — не там, вдали,
Где ждёт бездушный, лютый холод.
Он в тихом слове «Погоди»,
Что стало небом и свободой.

Сегодня время замедлило бег,
И календарь замер на этой дате...
Ты - мой "далекий", родной человек,
В самом красивом, небесном закате.
Пять лет промелькнули или целая жизнь?
Память листает страницы упрямо.
Тихо шепчу себе: "Просто держись",
Громко внутри отзывается: "Мама..."
Я не хочу ничего забывать:
Ни твой голос, ни нежность улыбки.
Как ты умела лишь взглядом прощать
Все мои глупости и ошибки ,
Я заполняю моментами сердце:
Вот ты смеешься, вот варишь обед...
Там, за невидимой, запертой дверцей,
Смерти - не существует. Там - свет.
Пусть эта дата - лишь точка земная,
Я сквозь нее продолжаю любить.
Всё, что ты дала мне, я в сердце вшиваю -
Эту незримую, вечную нить.
Я поднимаю глаза к облакам,
Чувствуя: ты где-то рядом, над нами.
К самым несмелым моим шагам
Ты прикоснешься своими лучами.
Ты - наш хранитель, наш тихий исток,
Сверху следишь, чтобы мы не упали.
Каждый твой вдох, как любви лепесток,
Нас бережет от беды и печали.

В память о маме 🫶

Ты поставил меня на "стоп",
ты занёс меня в красную книгу.
Преподнёс мне жестокий урок,
думал, что планету покину.

Ты вначале меня позвал,
показал, как может быть круто.
Равнодушием после терзал,
наслаждаясь этим как будто.

Ты поставил меня на "стоп ",
ты занёс меня в красную книгу.
В этой жизни короткий срок,
вдруг попасть в высшую лигу.


*****

Твой образ мерцает в памяти,
Наполнен теплом и вниманием.
Я криком прошу отпусти
И не тревожь сознание.

На ветхую книгу похожа история,
И жёлтыми стали страницы.
Но мыслей моих территория,
Ещё не закрыла границы.

Рукопись наша закончена,
А след ещё есть в моём сердце.
Книга давно уж заброшена,
Нам не открыть её дверцу.

Совсем не спится — как полупьяный бред,
И полумысли голову вскружили.
С небес на землю — прошлогодний снег,
В объятиях метели закружили.

Танцуют вальс и поцелуи делят,
Решают, кто снежинкой глаз коснётся,
И на ресницах жизнь свою разделит…
Как жалко миг, что больше не вернётся.

И размышленья вовсе ни к чему:
Ничто, увы, не может длиться вечно.
А на вопросы «Что?» и «Почему?»
Ответ давно заброшен в бесконечность.

И человек живёт на автомате,
Всё по привычке — выровнен уклад,
И все счета оплачены по дате,
И даже в мир вложил давно он вклад.

Возможно, где‑то он устал, как снег,
Расстаять бы — да это невозможно.
И рад спасти с ресниц снежинок всех,
Которые дрожат в тоске, тревожно…

А за окном — лишь снег, да тень, да мгла,
И ночь плетёт из инея узор.
Метель разделась снова
догола-
И на ресницах развела костер.

Но если вслушаться в ночной покой,
То слышно: тает где‑то тихий звон.
Метель опять мне кажется седой,
И шепчет что‑то мне сквозь ..полусон....

И в этом шёпоте — не страх, не боль,
А тихий свет, что греет изнутри:
Всё проходит, остаётся роль —
Быть здесь, сейчас, средь этой суеты.....

В стиле Владимира Маяковского

Глядите!
В пальцы впаяны камни.
Блеск —
аж глазам больно!
А из глаз —
слез накипь.
Довольно!
Что за душа?
Дыра!
Пустота в канифоли.
Жизни нитка —
тоньше, чем волос.
Шелка на плечах —
для чужой воли,
чтоб задавили
собственный голос!
К зеркалу!
Шаг!
Смотри в амальгаму:
там —
твое лицо,
выправленное в раму.
Красиво?
Да!
Как фасад на парадах!
Но внутри —
холодный,
ледяной мятеж.
Рот — в улыбку!
Губы — в помаду!
Словно штукатуркой
кроешь засаду.
Пудрой — по носу!
Щеткой — по векам!
Хочешь казаться
опять человеком?
Врёшь!
Из-под краски,
как из подвала,
душа
глазищами
в мир закричала:
«Хватит беспечности!
Хватит гримаса!
Я —
живая,
а не крашеное мясо!»

Я так люблю тебя, Россия,
родная русская земля.
С тобою Бог и Божья сила,
мы здесь живём, тебя любя.

Ты очень много испытала,
но твой народ всегда един.
Когда в грудь били – не стонала,
ведь русский дух непобедим.

Я написала ещё много,
но кажется, пора молчать.
У каждого своя дорога,
моя – любовью отвечать.

****

Ты вернул мне мою любовь,
я тебе отдала всю до капли.
Поглотил мою душу огонь,
я верну свое сердце навряд ли.

Ты её истязал, жёг огнём,
на колени пытался поставить.
Этим новым кармическим днём,
будет то, что так сложно представить.

За аренду проценты отдал,
ведь теперь ей так нужно лечение.
Ты поюзал её, потрепал,
заплатив за своё увлечение.

*****

Ах, какой красавицей подрастала ты,
Как берёзка белая ты стройна,
Одного его всегда примечала ты,
Но не признавалась, была скромна.

С детства за тобой ходил и ухаживал,
Обручились, крепкой любовь была,
Ревновал, но виду он не показывал,
Год служил, из армии ты ждала.

А вернулся, до утра говорили вы,
Планы строили, семья- навсегда.
Молодые оба, глаза счастливые…
А сегодня дождь стеной, пустота.

И уже не важно быть незамеченной,
У обрыва ты стоишь над рекой,
Ты узнала в парочке запримеченной,
Жениха с любимой своей сестрой.

До неё не верила, ты разлучницам,
Наговорам за спиной, ворожбе,
Друг для друга созданы, неразлучные,
Мама платье белое, шьёт тебе.

Верила, мечты твои не обмануты,
К счастью очень бережно шла пешком.
Отдавала сердце всё, без остатка ты
И сгорела призрачным мотыльком.


P.S. Всё герои вымышлены, никто не пострадал, все совпадения случайны.)

Ты моя радость и боль,
Очень хочу быть с тобой.
Но нас разделяют года.
И быть с тобою нельзя.

Кончилась эта зима,
Весна уже третья пошла.
И повзрослела я,
Но нет тебя, нет тебя!

Душа в тоске томится,
Сердце перестаёт биться,
Когда вспоминаю тебя,
В надежде приехать туда.

Поздравляю с праздником тебя.
И желаю много-много счастья.
И ещё ты знай ,что круглая земля.
И бывают иногда ненастья.
И тогда быть может,вспомнишь ты о нас.
И твоя тоска, обида, боль,
Отзовётся в наших родственных сердцах.
И поймёшь ты сын, и брат родной,
Что всегда тебя мы помним.
И не смотря на то, что ты такой,
Мы дорожим тобой и любим.

00--000-0
00--00-0
Взор был дерзок, гордой осанка,
а душа — птицей парящей...
От былого нет и остатка, —
я стыжусь себя настоящей.
И теперь, с горя и муки,
как зима вся побелела:
как сучки, согнуты руки
и душа одервенела.
Пусть зима саваном белым
укрывает сёла и пашни, —
мне не быть гордой и смелой,
а душе — птицей парящей.

У ночи тоже есть свой цвет,
Своя история,свой след.
И не всегда ночь эта Тьма,
Нас обнимает тишина.

Ночь может дать защиту нам,
Привыкнуть к боли тяжких ран,
Вдохнуть в нас силу,дать покой,
Усталость снять своей рукой.

Ночь-это гавань кораблей,
Несущих груз от шумных дней,
Ночь-это колыбель в тиши,
И слышу тихое «Дыши».

И хоть тоска в ночи острей,
И слышим скрежет всех дверей,
Откуда мысли к нам идут,
Защиту в ночи все найдут.

Ночь-это время нашей силы,
Опять нас с вами обновили,
Здесь можем быть самим собой,
Придумать план и снова в бой!