Произведения без рубрики

все люди разные
как и мы с тобой
разговоры у них ясные
а у нас глухой.

ссоры несчастные
накрывали волной
раздумья ужасные
переполняли покой.

строки не связные
писала я со слезой
но ты своеобразные
молвил в час ночной.

помню слова золотые
однажды в рассвете дня
как назвал меня любимой
но оказалось, слова подставные

и осталась я одна,
как человек среди дня
без воды в пустыне.

Comme la neige recouvre la Terre
Pendant la nuit je me suis endormi
Et la petite souris qui ne trouve pas de mère
À la maison de terre, piaille pi pi pi

Из формочки масло с портретом Давида
На тосте, а рядом на ложке- икра.
Ах, вкусно, богато бы есть и красиво
хотелось! Картинка ИИ создана.
Мечтами о золоте на унитазе,
Дубаях и Кипре наполнен эфир.
И надо мечтать, если денег хватает
с обычной зарплаты на сыр и кефир.
А блогеры постят, а блогеры манят
икрой, Куршавелями, Луи Виттон.
Никто ведь из них никогда не расскажет,
Что мамой одолжен был тот миллион.
Что иллюминатор- очко унитаза,
богатства картинка- работа ИИ.
Дубай- фотошоп или НанаБанана,
Париж- не Париж, а Кузьминки вдали.
А так, вовлекая в различные схемы,
глядишь, на икорку и вправду доход.
И разные Ивлевы как королевы
цыганского табора дурят народ.

Она прощала его проказы,
Она обладала большим терпением.
А он, уходя, не взглянул ни разу,
А только громко похлопал дверью.
Она смотрела на скатерть долго:
Она в уход не могла поверить.
Её когда- то он звал девчонкой,
Когда-то трогал он кудри эти.
И вдруг кольнуло ей под лопаткой,
И вдруг все крылья повисли плетью.
Она вдруг голос свой не узнала:
"Вернись скорее, восточный ветер!
Вернись, играть будем снова в прятки,
От аиста прятать детей в капусту.
Постой, полечу я с тобой на запад.
Мой сильный ветер, мой ангел русский."
Она сидела, схватив колени,
Не тронув свой позабытый завтрак.
Она не может летать, как ветер.
Она не может. Вчера- летала.
Врач просто руку и пульс пощупал.
"Бывает, что же. Инфаркт миокарда."
Врач сделал укол, дал рецепт и уехал.
И жизнь на волю текла обратно.
Её хоронили зимою в среду:
Нос у погоды слегка простужен.
Скользили ноги, и в луже где-то
Цветок валялся, уже не нужен.
Восточный ветер, на то и ветер-
Она обиды ведь не держала!
Она всего лишь пустила тело
Лежать под спудом. Душа- летала!

Я- точка сборки, пустота.
Я- чёрный ящик.
Во мне десятки тысяч лет.
Я- настоящий.
Но времени во мне клубок
Спрессован плотно.
В глубины космоса сигнал
Шлю ежегодно.
Не отвечает OGLE* мне
На позывные.
Тринадцать тысяч световых
Лет ждать в эфире.
Зачем оставили меня
Пускать сигналы?
Вчера меня на пляже
Люди изучали.
Детишки пишут на боках
Посланья мелом.
Я стал для них стеной,
Игрой и беспределом.
Стал сгустком времени,
Старьём и артефактом.
Нет, не готова мелюзга
Ещё к контактам.

*По информации на 2024 год, самая удалённая известная планета —  OGLE-2014-BLG-0124Lb находится на расстоянии 13 тыс. световых лет от Земли

Как научиться мне вновь не искать причин во вне?
А осознать. Принять, что все ужу внутри!

Как часто , недовольные собой,
мы ищем путь, который приведет
нас в нужный дом.
В то место, где комфортно и тепло.
Где нас поймут и примут.
Где нас согреют.
Приголубят.
И мы вдруг расцветем!..

А может, все внутри уж есть давно.
И просто прячется, и ищем то,
что не теряли вовсе?

Ведь жизнь внушает иногда нам,
Что свой сосуд наполнить нужно.
Что он истощен! Энергия ушла…
И мы бежим искать утерянное,
Пытаясь взять энергию у тех,
Кто обучает нас. От практик всяких…

В погоне вечной , кажется, теряем больше.
Ведь жизнь- игра.
И нет в ней никакой энергии,
кроме твоей.
Внутри есть генератор.
Единственный источник света.
Источник этот – Бог!

Ты Светоч! И все, что видишь ты вокруг-
Лишь отраженье тех процессов, которые тебя ведут.
И это может быть и Свет, и Тень!
И если тень, то хочет подпитаться …

Поэтому нам стоит ограждать себя от тех процессов,
Что забирают Свет. Что нас выводят из тишины , гармонии.
И , перекрыв утечки все,
мы осознаем,
кто Есть мы!

Я тоже могу сварить супчик,
да и поджарить могу кое-чего.
Так что молчи лучше,
чувства мои не тревожь.
Лучше дай тему
или хотя бы мотив.
Видишь, сажусь писать поэму,
на высокое внутренний взор обратив.

***

Души на Земле -
Вечность Мироздания.
Души на Земле -
Уникальный Мир.
Вновь летят они,
Чтоб познать "страдания",
В суматохе дней
Суть свою забыв.
Но Душа жива
И она всё помнит.
Изнутри с тобой
Тихо говорит:
"Ты - Дитя Творца,
Пробудись и вспомни.
Ты пришёл сюда,
Чтобы вновь ЛЮБИТЬ".
Души на Земле!
Мы же все ЕДИНЫ.
В каждом сердце - СВЕТ,
Ты лишь разгляди.
Все мы здесь - ТВОРЦЫ,
Родом из Вселенной,
РАДУЙСЯ, ЖИВИ!
ПОЙ, ЛЮБИ, ТВОРИ!

Игрушку показали, но не дали,
и шанса нет с ней больше поиграть.
Такие вот жестокие реали,
когда нет шансов, хочешь обладать.

****

И вылетала Душа,
Из тела в ночь, не спеша.
И поднималась наверх
В свой дом - Божественный Свет.
Она хотела опять
Полёт в любви испытать,
И невесомо парить,
Со всем себя единить...
И наслаждаясь, Она,
В какой - то миг поняла,
Что сотни тысяч таких, -
Прекрасных, лёгких, земных,
Летят парить в небеса,
Пока во сне их тела.
И в этом танце любви
На миг сплетались они.
Единым Светом, без слов,
Звучали мир и любовь...
И улыбался Творец
Такому танцу сердец.
Он Светом всех наполнял,
Чтоб каждый вновь вспоминал
Как это - жить и любить,
И вдохновенно творить,
Благодарить и прощать,
И добротою сиять.
И наслаждалась Душа,
Полётом, чуть лишь дыша,
Смакуя каждый тот миг,
Что разум вряд ли постиг.
И, насладившись сполна,
На Землю мчала она,
Чтоб здесь играть свою роль
В единстве тела с душой.

Я стесняюсь чувств, что глубоко храню
Я стесняюсь говорить о них
Причинять неудобство, говоря тайну
В итоге - в одиночестве поник
И злобный дух внутрь проник
Тревога - что идет против меня на войну

Причинять неудобство людям, не мое
Легче на себя удар принять
И так высоко моя горечь поет
Невидимой, жесткой октавой
Природу чувств, психологию свою я понимаю
От этого лишь громче мой ужасный вой

Не будет любви как у Ремарка
Почуяв любовь ты даешь по тапкам
Все это твоя никчемная ремарка
Ты ей нужен, как зимой панамка
Зарабатывая гроши, крутишь баранку
И это твоя наивысшая планка
Даже собака не принесет тебе тапки
Вся твоя сладость - дешевая помадка
Все имущество - ржавая девятка
И ты хочешь большего? Да ладно

Твои мечты - все знают досконально
Ведь это так банально
Любить все как все, это оригинально
Отрицаешь свою боль анально
Если бы приветствовалось морально
Ты бы подставлял свой зад регулярно

Канонично, ведь ты ебаный петух
Немного правды о тебе, и ты потух
Как твоя семья? Меня правда заботит
Твое смешно ебало, всегда их позорит
«урод, может умный» из детства порочат
Но и тут ты не выиграл, все нос воротят
Даже друзья, все про тебя доносят
Твоя генетика лишь пару поросят
Что все время моросят

Смех у юной амазонки
Очень радостный и звонкий.
Ей не нужно мужиков.
Силой быстрых кулаков
И мечом своим гордится.
И одной неплохо спится.
Не мечтает быть женой.
Вместо мужа ратный бой –
Путь борьбы и путь побед.
И пускай весь белый свет
Видит как она сильна
И успехами пьяна.
Ей не хочется детей.
Лишь война желанна ей.

Плач у старой амазонки
Очень горький, но не громкий.
Плохо в старости одной.
И не стать уже женой.
Чьей-то матерью не стать.
Остаётся горевать.

Закатилось солнце,
Всё вокруг темнеет.
Гулко сердце бьётся,
Только не стареет.

Ноги ходят быстро –
Значит, всё в порядке.
Нужен баянист нам:
Танец будет жаркий!

– Ну, давай, любимая,
Вальс станцуем вместе!
Ты неповторимая –
Всё идёт по чести.

Молодым – дорога,
Старым всем – покой.
Поживу немного
Я, такой-сякой!

Закатилось солнце –
За горой не видно.
Что мне остаётся?
Жить, любя, –
не стыдно!

Мысли. 1.

Мы меняемся с сознаньем,
Что меняется без нас.
Мысли - бурное цунами.
Мысли - где-то не сейчас.
И меняют мысли жизни.
И меняют мысли суть.
Кто-то в мыслях стал корыстней;
Кто-то в мыслях стал тонуть.
Были люди, что достигли
Полной мысленной тиши.
И в тиши они проникли
В глубину своей души.
И в безмыслие спокойно,
Без тревоги жизнь идет;
Все в порядке и все стройно
И не важно, ЧТО грядет.
А вот если мысли входят
В чистый разум -
он гниет.
Мысль от истины уводит;
Мысль покоя не дает.
Но не в мыслях вся проблема,
А в разумности души;
И если стал ты Человеком:
Мысль - лекарство за гроши.

Достаточно 9.

Старец мерно прошагал. Опустился на колени. Окружали его тени, излучающие свет. "Что ж не весел, друг мой малый? Насладился ведь забавой. Или понял наконец, что не Бог чужих сердец, не вершитель людских судеб? Ты хотел, чтоб каждый слушал, когда лез в чужую душу. Чтобы каждый про себя восхвалял внутри тебя. Ты тщеславием наполнен. Пусть и был в верхах король им, но теперь ты просто чернь."

И глаза полуслепые обратились на него.

"От всего в душе так гадко. Вот великая загадка. Захотел других спасти. А теперь лежу в грязи. И не знаю, что мне делать...". В горле ком возник и душит, а из глаз бегут ручьи. "Что же боль мою заглушит? Боже, старец, помоги!" "Выбор, друг мой, за тобой. Путь уже избрал ты свой. Так иди без сожалений. Ведь не слушал моих мнений, когда я тебе твердил о порядках нашей жизни. И теперь мысли очисти. Дров, конечно, наломал ты (да и с ними сам сломался). Но себя можешь спасти, лишь когда начнешь расти, изменяться и пытаться мир вокруг себя понять."...

На пределе 8.

Как-то больно сердце сжалось, черной кровью напиталось. Пред глазами помутнело. " Знай же цену. Знай же меру." Эхом строки отзывались. В мозг стремительно вливались. Голова взрывалась будто.
Было очень-очень трудно оставаться на ногах. И проник вселенский страх в душу полную стремлений. Вот начало для сомнений и отказа от пути. Нет желания идти.

В пустоте Глаза возникли. В глубину души проникли. Отразили в себе суть. Отражение увидел. И себя возненавидел. И в унынии упал.

Ниже 7.

И в толпе он оказался. Как крольчонок в ней метался. А потом застыл на месте. Люди яростно толкались. И к друг другу прижимались. И свирепо лбами бились. Даже дети в ней давились (и великий тучный натиск был моментом их кончины).
"В чем толкучки сей причина?"
"Это очередь за хлебом, раздают его к обеду всем трущобным беднякам."
"Встаньте в ряд тогда. По нормам. "Что ты гонишь чиорт породный!? Если встанем мы в рядочек, то придется жрать нам крошки с опротивевшей земли. Чуши в общем не неси."
"Я сказал всего лишь правду, ведь везде нужны порядки!"
"Здесь у нас свои законы. А порядки или нормы - это все для откормлённых, жирных, жаднющих свиней. Там у них по этикету в ресторане за обедом недовольно сказать: "Фи!", чтоб другое принесли... Все..." " Эй! Пойдем! А то упустим." "Стойте, стойте, подождите и побольше расскажите про порядки ВАШЕЙ жизни." " Наши здешние порядки?(усмехнулся без оглядки) Кто первый встал того и тапки. Кто быстрее всех добрался, тот быстрей и напитался. Кто сильнее всех в округе, тот и держит всех в испуге и у слабых отбирает, все что нужным посчитает. Вот все здешние порядки. Слабых, хилых подминают. Через жизнь их преступают; в подворотнях избивают; хлеб с руками отрывают и расправой угрожают. И приходится бороться, чтобы стать сильнейшим боссом в этой триллерной игре." "Эй смотри! Все разобрали!" "Ну? Доволен, чертов Дьявол? Разузнал все что хотел? Вот вали теперь подальше.
Иль получишь здесь прострел!"( злостно-злостно прошипел и с обидой развернулся).

А в мою жизнь Творца приходит Свет.
И льётся радость и искрится Чудо.
И каждый день и каждый мой рассвет
Приносит то, что никогда не будет.
Не повторится уникальный миг,
Что проживаю здесь, сейчас. Отныне
Так хочется на полную прожить,
И отпустить и эго и гордыню.
И не жалеть об уходящем дне,
Заглядывая в новый с любопытством,
Творить и верить - всё живёт во мне.
И ощущать в ЛЮБВИ со всем - ЕДИНСТВО.

Пыль на старых бумажных фото
В старом, потрепанном чемодане.
Время слоится и шепчет: " Кто ты?
Кто ты такой, чтоб судиться с нами?"
Вот и подборка любимых писем:
Мама писала, и муж, и папа.
Первый рисунок старшего сына:
Пересмотреть его очень рада.
Пахнет бумагой и старой пылью.
Как ни стирай- налипает снова.
Словно часы оставляют штампы:
"Всё просмотрено. Пыль. Готово."
Есть эта пыль на виниловых дисках,
В "лейках", "зеркалках" тех аппаратов.
Пыль- как свидетель ушедшей жизни.
Нет, я не буду стирать, не надо.
Трещины старой телячьей кожи,
Бурые пятна тленья бумаги.
Поздно. Что было- то было в прошлом.
Лучше убрать от чужого взгляда.