Загорелся день над деревенькой,

Загорелся день над деревенькой,
заиграли лучики в росе.
Побежали по двору вдоль стенки,
рассыпались зайцами в овсе.

Один сел на крышу, на солому,
другой влез на яблоню, затих,
третий в лужу плюхнулся, как дома,
и запрыгал зайчиком по ним.

А на волю выбежали трое —
мальчуган и две подружки вслед.
Он чубаст, в рубашонке, бос и волен,
у подружек ленты да берет.

Лучики щекочут ему пятки,
лижут нос и путаются в волосах,
и бегут за ними вприпрыжку, вприглядку,
растворяясь в травах и лесах.

Они играют в салки и в войнушку,
в жмурки, в прятки, в речку, в чехарду,
и солнце им бросает злато в кружку,
и тень бежит за каждым по следу.

Один смеётся — колокол над полем,
другой — как эхо по реке, в кустах,
а третий — солнцем, лью́щимся на волю,
на ромашки, на густой бурьян.

Хорошо им вместе, весело, светло,
пёс залаял, куры во дворе,
и такое в воздухе тепло,
что и не сказать тебе, поверь.

А к закату лягут на солому,
на ромашки, на густой бурьян.
И уснут. И лучики им снова
принесут рассвет сквозь утренний туман.

Так пусть играют. Пусть смеются звонко.
Пусть носятся по скошенной траве.
И мир стоит, покуда есть ребёнок,
бегущий босиком по синеве.