Ах, этот громкий смех – попратель темноты,
Дрожал в ушах моих предвестием беды.
Я сквозь ресницы взор уставил в пустоту,
Где чуждый образ прыскал со смеху в бреду.
Он запрокинул бледный облик, хохоча,
И, как безумный, мудрость разрубал с плеча.
Склонив над всей душой невидимый топор,
Колючий ужас, липкий страх, сонный террор.
Я крикнул: «Хватит!» — и зажёг скорее свет.
Но только комната – пуста… Ни тени – нет.
А на подушке след остался - головы.
Я сам смеялся этой ночью вновь, увы...
Да, иногда пишу "мистическое" :)))