исповедь поцелованного бездной

в сантиметре от пули железной,
от касания кости виска,
я стоял с некрещёною бездной,
ожидая нажатия курка. . .

жизнь изящно, до хруста ломала,
но я больше не падаю ниц !
я отрёкся от всех идеалов,
от помазанных «святостью» лиц !

мне не нужен их храм и их дом,
я задул почерневшие свечи.
то, что звали они Божеством,
я навек прокляну и не встречу. . .

я разбил все иконы давно.
кроме той, имя коей — свобода,
что пьянит, словно в жажде вино,
нашей кровью оставив разводы. . .

я уже ничего не боюсь.
не возьму даже в голод я хлеба,
в смерти час даже не помолюсь.
я не помню, не вижу я Неба !

какого это — верить и ждать
после боли из света причастия ?
слепо жертвовать душу, прощать
и скучать по цепям на запястьях ?

не сжигаю одно только чувство,
на зачитанных в прах дневниках,
где последний портрет, чьё искусство
всё томиться на Ваших глазах. . .

и в солёную канув безбрежность,
обвенчался я с бурей своей.
но не в силах распять эту нежность
неприкаянную средь морей. . .

я звездою мятежной восстану.
я погибну в багряной заре.
Вы не трогайте, милая, раны,
не спасти их в тиши алтарей.

я свой опиум принял когда-то
с самых белых, как снег, Ваших рук.
но не плачьте ! мы все виноваты
в красоте наших праведных мук! . .

20.09.26