пацаны не плачут

Можно плакать. Можно. Я не против.
Только плачь не должен быть как сон —
бесконечный, липкий, на излёте
превращаясь в жалобу и стон.

Слёзы — это талая вода,
что смывает копоть и песок.
Но когда вода бежит всегда —
подмывает собственный порог.

Стыдно не за мокрые глаза.
Стыдно, если плач уже — работа.
Если без него уже нельзя
чувствовать себя хоть кем-то.

Есть в слезах достоинство и сила,
если они редки, как гроза.
Если же они — твои чернила,
то тогда беда. Тогда беда.

Плакать — можно. Даже иногда
полезно, как промыть стекло.
Но если плач — твоя вода,
то, значит, что-то подтекло.

Слеза не метрика беды,
не пропуск в клуб, не амулет.
Слеза — как вдох перед «увы»,
а не бессрочный абонемент.

Плакать не стыдно — стыдно врать,
что ты от боли, а на деле
тебе просто нравится страдать,
чтоб тебя жалели.

Вот где стыд. Вот где позор.
А слёзы — просто соль и влага.
Поплачь — и вытри. И во двор.
И дальше. Твёрдо. Заново.