В кафе парижском

В кафе парижском, дым от сигарет,
Сидят лингвисты, хмуря лоб высокий.
«Страшно красивая» — так часто говорят,
Но что за смысл слова эти таят?

Один, седой, потёр очки в руке:
«Коллеги, это же оксиморон!
Как может ужас, в нашем языке,
Служить для красоты, как эталон?»

Второй, что помоложе, отхлебнул эспрессо:
«Гипербола тут, высший градус, пик!
А негативный префикс для прогресса,
Чтобы усилить восхищения крик.

Ведь «дико модный» или «жутко милый»
Не значат дикость или жуткий страх.
Так экспрессивный наш язык всесильный
Сметает логику в своих мирах».

А третий, молчаливый до сих пор,
С улыбкой посмотрел в окно на Сену:
«Друзья, к чему вести бесплодный спор?
Язык — живой, он в вечной перемене.

Он отражает бурю наших чувств,
Где страх и красота — соседи сплошь.
И в этом парадоксе — суть искусств,
Которую сухой наукой не поймёшь.

Ведь если от неё захватит дух,
И сердце замирает на мгновенье,
То слово «страшно» здесь ласкает слух,
Как высшей точки красоты явленье».

И замолчали, глядя в полумрак,
Где вился дым, как мыслей вереница.
А за окном Париж, давал всем знак,
Что красота порой должна страшить... и сниться.