Закат шестого солнца

Песню на этот и другие стихи
можно прослушать на "Поэмбуке"

Шестое солнце к западу клонилось,
Мир, завершённый, замер в тишине.
В садах Эдема стайки птиц носились,
И зверь лесной скрывался в полумгле.
Творец, склонившись над ребром и глиной,
Трудился молча, не смыкая глаз.
И старший ангел, светлый и красивый,
Спустился с Неба в сотворенья час.

Он посмотрел на быстрые созвездья,
На бег планет, запущенных вчера,
И удивился, видя напряженье
На лике Всемогущего Творца.
«Господь, - спросил он, трепеща крылами, -
Ты тратил на творенья только миг,
Чтоб занавесить небо жемчугами,
Своим дыханием моментом всех достиг.
Кита играючи создал быстрее взмаха,
Орла одним лишь росчерком пера.
Зачем же ты над этой горсткой праха
Сидишь, как смертный с ночи до утра?»

Бог разогнул натруженную спину,
Блеснув улыбкой первого луча,
И отвечал: «Она должна быть сильной,
Но сохранить изящество ручья.
Смотри чертёж: здесь двести сочленений,
Должны они парить, а не скрипеть.
Она - бальзам, и центр всех влечений,
Умеет радоваться, плакать, боль терпеть.
Лишь две руки, но в этом малом жесте
Объятье то, что лечит страх и тьму.
Работать, отдыхать с мужчиной вместе,
Любить, терпеть, быть нежной ко всему».
«Я завершу её сегодня. До заката», -
сказал Господь, разглаживая стан.
«Она, поверь, мне будет как награда.
Любимица моя. Мой талисман».

Притихший ангел, робость нарушая,
К лежащему творенью подошёл.
Коснулся губ, движенье совершая,
Отринул руку: «Бог, они как шёлк!
Господь, она нежнее дуновенья,
Мягка она, как нежный свет луны».
«О да, - воскликнул Бог без промедленья, -
все силы в мягкости совместно сведены.
В ней стержень есть как будто из титана.
Я долго думал, как соединить
Красу заката с мощью океана,
Уменье петь и в тишине парить.
Вложу в неё, что было невозможно,
Все инновации, что я копил веками.
В смешенье этом, бесконечно сложном,
Родится в мир краса под облаками».

«Неужто мыслящей ей суждено родиться?» -
промолвил ангел, светлый лоб нахмуря. -
«Прекрасной, мыслящей, способной озариться
Глубокой верой, чтобы, если буря
Волной сомкнётся над её судьбою,
То чувствами, что есть с избытком в ней,
Всё станет осушать своей душою
Она моря бескрайние скорбей».

Взглянул помощник Божий восхищённо
На ту, что обретала красоту.
На скулы, что скульптурно и изящно
Являли миру свет и чистоту.
Дотронулся до влаги под ресницей:
«Учитель, кажется, перерасход сырья?
Какая жалость… этот лик струится,
И, кажется, она… здесь протекла».
Бог усмехнулся, глядя на утечку:
«Нет, ангел Мой, здесь вовсе и не брак.
То слёзы. Ими, словно тихой речкой,
Смывают горе, беды, сердца мрак».

Всё было сказано. Спускалась ночь шестая.
Но ангел медлил, чувствуя подвох,
Предвидя трещину уже в сиянье рая,
И в предвкушении её он сделал вздох.
И Бог вздохнул. И в этом тяжком вздохе
Была печаль, что глубже, чем моря.
«Есть недостаток. В дорогом подвохе
Над ним сейчас не властен даже Я.
Свободным сделал Я движения и чувства,
Дыханье разума, уменье говорить,
Она свободна внутренним искусством,
Она и жизнь способна сотворить».

Бог прошептал, наполнившись тоскою:
«Она себе не знает цену. Цену жить
Среди мужчин, детей искать покоя,
Дышать, желать, творить, ещё любить.
Но в зеркалах не видеть отраженья
Той силы, что дана как благодать.
А в отраженьях видеть пораженья
Того, как годы утекают вспять...»
Лежала женщина в небесной колыбели
Несотворённых, но ещё грядущих дней.
Звёзд миллиарды на неё смотрели,
И ангел молча плакал перед ней...