Любовные похождения "Милого друга"

Образ "милого друга" из романа Мопассана будоражит умы разношерстных поклонников литературы на протяжении столетий. А секрет успеха в том, что его история остаётся щекотливо–актуальной на все времена. Мопассан сумел достаточно приоткрыть ширму «Французской жизни», дабы показать нам грязное бельишко светского общества.
«Милый друг» был наделён не только импозантной внешностью и перспективой, но ещё и тончайшим, прозорливым умом вкупе с беспардонным хладнокровием, что позволило ему производить фурор и познавать прелести женских объятий и французских поцелуев. Но не всё так феерично и гладко, как может показаться со стороны.
Дело в том, что путь, пролегающий через тернии к заветным звёздам, был не столько насыщен любовными переживаниями, сколько постоянными эксцессами взаимоотношений. Милому другу не просто так перепадали женские ласки "нахаляву" . Его похождения были сопряжены с конфликтами, он терпел унижения, холодные недомолвки, жгучие уязвления и всяческие прочие испытания и перипетии, которые будто бы неизбежно подстерегали его во время бурных романов.
И невольно создаётся такое впечатление, что "Путь Дона Жуана" – это далеко не весёлый променад под ручку с эффектной барышней и финальной постельной сценой... Увы и ах! Сие достаточно едкое бремя. Ибо его женщины – это даже не испытание соблазном, это скорее – проверка души цинизмом на прочность.
Милого друга неизбежно подстерегают разные низменные приключения, в которые он готов нырнуть, словно в омут с головой, а лучше сказать – в крапиву без одежды.
С одной стороны, кажется, что главному герою очень везёт с героинями бальзаковского возраста, но с изнанки – они доставляют ему столько хлопот и оказывают столь дурное влияние, что мил. друг просто их не ценит, ибо его жизненные установки, которые изначально не отличались благородством, начинают подгнивать изнутри пуще прежнего и подталкивать к весьма хитрым и дурным поступкам. Он, словно учится у своих покровительниц – быть "непойманным вором" и думать исключительно о своих желаниях. А вместо большой любви в его душе поселяется затаенная неприязнь и желание – отомстить еще большей монетой.
И надо признать, что почти все его избранницы – не подарки судьбы, а хрупкие ступеньки для взлета по карьерной лесенке.
Первая дама – куртизанка, которая спустя время встречает милого друга с любовницей и начинает его прилюдно позорить, раскрывая их порочную связь.
Вторая дама – любовница. Бойкая, пышная, взбалмошная и мечтающая о том, чтобы ее ухажер с кем–нибудь подрался ради нее. Скорая на язык, любовница награждает милого друга не только поцелуями, но и кучерской бранью.
Третья дама – предварительная супруга. Несмотря на внешнюю красоту и гордое звание светской царицы зверей, с ней милому другу становится скучно из–за того, что она холодна, словно ледяное изваяние, к тому же он прекрасно осведомлен о ее привычке изменять мужьям с важными шишками чисто в рабочих интересах.
Четвертая дама – зрелая женщина, которая милого друга начинает со временем изрядно бесить, и он глубоко сожалеет, что поспешно её покорил.
Пятая дама – самая юная госпожа, дочь предыдущей женщины. Она так наивна и молода, что мил. друг убеждает ее убежать из родительского дома и вскоре сыграть с ним свадьбу. Разумеется, это далеко не от великой любви к мадмуазель, а опять по расчету, ведь ее родители – «богатенький Буратино и Мальвина».
Но как-то же надо выбиваться в люди?
В общем, личная жизнь оказывается весьма насыщена событийностью. Однако, в ней чувствуется дефицит истинного блаженства и удовлетворения.
Герой не просто ищет богатства, он – постоянно на грани внутреннего опустошения и душевного разорения. Он принимает правила жестокой игры с единственной целью – всех обыграть и завоевать признание любой ценой: коварством, подлостью, обманом, интригами. Его многослойная любовь – это не совсем то самое чувство в классическом понимании. Оно превращается в хищническую борьбу, в состязание без правил, в игры обезьян, в марафон серпентария, где уважение можно завоевать властью, женскую ласку – флиртом и внешним достоинством, где мерилом успешности является филькина грамота, а внутренние переживания скрываются под семью замками и без вложений во что–то видимое и респектабельное не рассматриваются от слова совсем.