мое лицо

Я каждый день себя ношу,
Как носят каторжные цепи.
И сам не знаю, чем дышу,
И отчего ещё не пепел.

Мне говорят: «Перетерпи.
Утихнет буря понемногу».
Но я не вижу впереди
Ни света, ни домой дорогу.

Моё лицо мне не родня.
Я в зеркале — случайный зритель.
Кто этот смотрит на меня,
Мой вечный вор и обвинитель?

Мне страшно жить. Но смерть страшней.
Не потому, что будет больно.
А потому, что вместе с ней
Я не пойму уже — довольно?

Ведь если всё имело смысл,
То почему так пусто в сердце?
А если не имело — жизнь
Зачем так просится согреться?

Мне страшно спать.
Во сне приходит
Тот, кем я мог когда-то стать.
Он молча смотрит.
Не осудит.
Но от молчания — не встать.

Я ненавижу отражение.
Оно честнее, чем друзья.
Оно без всякого смущения
Мне говорит:
«Это всё — ты».

И я молчу.

Как будто нечем
Себя хоть в чём-то оправдать.
Ведь всех чудовищ, что калечат,
Я сам впустил в свою кровать.

Порой мне кажется: на шее
Уже затянут узел дней.
Не смерть становится страшнее —
А то, что я привыкну к ней.

Я не боюсь последней ночи.
Боюсь однажды увидать,
Что жизнь закончилась намного
Раньше, чем кончилась кровать.

И я бреду который год
Сквозь дни, похожие на копоть.
Во мне давно никто не ждёт,
Но кто-то всё ещё торопит.

И если Бог меня окликнет,
Я, может, даже промолчу.
Не потому, что не услышу.
А потому, что не хочу…