Жасмин, ромашка и пион

Дурманил запахом жасмина
Вечерний воздух. Цвёл пион.
В ромашку белую невинно
И безнадёжно был влюблён.

Он — словно пламя, вспышка солнца,
Красивый, страстный, полупьян.
Она — как лучик сквозь оконце,
Легка, светла и тонкий стан.

Роскошной головой качая,
Вдыхая свежесть, тишину,
Он видел: дева неземная
Бесцельно смотрит в вышину.

«Зачем, — шептал, — ты расцветала?
Зачем не тронута огнём?
Любовь во мне и страсть пылала
Пожаром ночью, а не сном».

Молчала нежная ромашка,
Слов не нашла ему в ответ.
Она, как юная монашка,
Где страсти нет, и смысла нет.

Случилось это в ночь у пру́да:
Жасмин, как старичок, поник,
Пион в тоске «сгорел» как будто,
Ромашка по нему грустит.

Отцвёл жасмин и, облетая,
Куда-то в сад чужой ушёл.
А я смотрю и понимаю:
Любовь лишь в том, кто сам расцвёл.