Качели Петрова

###

Петрова больше не ищите:
Вокруг лишь темнота и тишь.
Петров потерян в лабиринте,
Подъездов старых, плоских крыш.

В своей поношенной одежде,
Петров - суров, но не сердит.
Дышал он воздухом надежды - Типичный коммунальный быт.

Цвели московские мансарды,
Горели страстью изнутри.
Вот в этом доме жили барды,
А здесь - артисты и хмыри.

Великих, грешных и убогих,
Всех - в кулуарах, наяву
Петрова мама знала многих,
Кто украшал собой Москву.

Все век двадцатый завершили:
Был кто-то пешка, кто-то ферзь!
Они когда-то рядом жили,
И все теперь живут не здесь.

Под крики коммунальных галок
Они пред вечностью правы:
Там снизу - подлость коммуналок,
А сверху вид на пол-Москвы.

Намыв гранёные стаканы,
Под звон трамвайных номеров,
Здесь «тусовались» все «бакланы»
Старинных улиц и дворов.

А девы в бальном оперении,
Где школьной парты больше нет,
Из поколения в поколение
Сюда шли встречать рассвет.

Любви безумный свет искали,
Исполнив времени каприз,
На этих крышах - умирали,
И с этих крыш - толкали вниз.

Забыв про времени движение,
Времён и поколений смесь,
Бродил Петров, как привидение,
Но что он видел прямо здесь?!?

Следы несбывшихся желаний,
Ушедших в глубину годов?
Иль тяжкий груз воспоминаний
Из самых сладких детских снов?

Придумают на самом деле!
На крыше, словно на горе,
Стоят ... советские качели,
С площадки детской во дворе.

Петров поверил их стартапу:
Какая высь у их двора!
Геннадий медленно снял шляпу
И произнёс: «Ну и дела!»

Забыв о премиум-отелях,
И как бродил он сам не свой,
Петров качался на качелях,
На них взлетая над Москвой.

Он весь расплылся от восторга,
Чуть даже задремал Петров.
Москва - скала большого торга,
Но не столица детских снов.

Неслись крылатые качели,
Закрылся ход в тиши кулис,
Качели громко заскрипели
И с крыши полетели вниз.

Но не разбился наш мечтатель,
Москвы законам всем назло,
Порядков старых почитатель,
Он спрыгнул за секунду «до».

Расставшись с призрачными снами,
(Уж утро красило стекло!)
Как в детстве, он бежал дворами.
Петрову снова повезло.

2026

***