...В письмах из этих мест не сообщай о том,
с чем столкнулся в пути. Но, шелестя листом,
повествуй о себе, о чувствах и проч. — письмо
могут перехватить. И вообще само
перемещенье пера вдоль по бумаге есть
увеличенье разрыва с теми, с кем больше сесть
или лечь не удастся, с кем — вопреки письму —
ты уже не увидишься. Все равно, почему.
И.Бродский
Они горят!.. Их не напишешь вновь,Хоть написать, смеясь, ты обещала...Уж не горит ли с ними и любовь,Которая их сердцу диктовала?Их ложью жизнь еще не назвала,Ни правды их еще не доказала...Но та рука со злобой их сожгла,Которая с любовью их писала!Свободно ты решала выбор свой,И не как раб упал я на колени;Но ты идешь по лестнице крутойИ дерзко жжешь пройденные ступени!...
Прощай, письмо любви! прощай: она велела.[1]
Как долго медлил я! как долго не хотела
Рука предать огню все радости мои!..
Но полно, час настал. Гори, письмо любви.
Готов я; ничему душа моя не внемлет.
Уж пламя жадное листы твои приемлет...
Минуту!.. вспыхнули! пылают — легкий дым
Виясь, теряется с молением моим.
Уж перстня верного утратя впечатленье,
Растопленный сургуч кипит... О провиденье!
Свершилось! Тёмные свернулися листы;
На лёгком пепле их заветные черты
Белеют... Грудь моя стеснилась. Пепел милый,
Отрада бедная в судьбе моей унылой,
Останься век со мной на горестной груди...
Получать письма было приятней, чем сообщения на телефон. Письма всегда ждали. Радовались новым Известиям содержание письма было маленькой правдивой историей. А теперь.? Привет... пока... Ты где? ... Ну и т.д.
Никакой души.
с чем столкнулся в пути. Но, шелестя листом,
повествуй о себе, о чувствах и проч. — письмо
могут перехватить. И вообще само
перемещенье пера вдоль по бумаге есть
увеличенье разрыва с теми, с кем больше сесть
или лечь не удастся, с кем — вопреки письму —
ты уже не увидишься. Все равно, почему.
И.Бродский
Горящие письма
Они горят!.. Их не напишешь вновь,Хоть написать, смеясь, ты обещала...Уж не горит ли с ними и любовь,Которая их сердцу диктовала?Их ложью жизнь еще не назвала,Ни правды их еще не доказала...Но та рука со злобой их сожгла,Которая с любовью их писала!Свободно ты решала выбор свой,И не как раб упал я на колени;Но ты идешь по лестнице крутойИ дерзко жжешь пройденные ступени!...
Ее монолог
Не может быть! вы лжете мне, мечты!
Ты не сумел забыть меня в разлуке…
Я вспомнила, когда в приливе муки,
Ты письма сжечь хотел мои… сжечь!.. ты!..
Я знаю, жгут бесценные дары:
Жжет молния надменные вершины,
Поэт — из перлов бурные костры,
И фабрикант — дубравы для машины;
Бесчувственные люди жгут сердца,
Забывшие для них про все на свете;
Разбойник жжет святилище дворца,
Гордящегося пиршеством столетий;
И гении сжигают мощь свою
На алкоголе — символе бессилья…
Но письма сжечь, — где я тебе пою
Свою любовь! Где распускаю крылья!
Их сжечь нельзя — как вечной красоты!
Их сжечь нельзя — как солнечного неба!
В них отзвуки Эдема и Эреба…
Не может быть! Вы лжете мне, мечты!
1909 г.
Сожжённое письмо
Прощай, письмо любви! прощай: она велела.[1]
Как долго медлил я! как долго не хотела
Рука предать огню все радости мои!..
Но полно, час настал. Гори, письмо любви.
Готов я; ничему душа моя не внемлет.
Уж пламя жадное листы твои приемлет...
Минуту!.. вспыхнули! пылают — легкий дым
Виясь, теряется с молением моим.
Уж перстня верного утратя впечатленье,
Растопленный сургуч кипит... О провиденье!
Свершилось! Тёмные свернулися листы;
На лёгком пепле их заветные черты
Белеют... Грудь моя стеснилась. Пепел милый,
Отрада бедная в судьбе моей унылой,
Останься век со мной на горестной груди...
1825
Никакой души.