Если смотреть на ноги –
Станут они длиннее?
Наверное, скажут многие:
«Тебе повезло скорее».

Если смотреть на платье –
Станет оно короче?
Модельеры, «здрасьте»,
Сшито оно для прочих?

Если смотреть в очи,
Карие, тёмные блики, –
Есть ли там сила? Точно?
Отражение, крики?

Он углядел точно
Ноги и платье синее,
Даже заметил очи,
Она ведь его не просила.

Если смотреть на луну –
Станет она понятней?
А если я к ней побегу –
Изменю ль расстояние?

Я ничего не могу,
Только смотреть на море,
Издали на луну –
И ничего боле

Он сказал – ты плохой конкурент,
Ведь ты не умеешь стрелять.
У тебя нет ружья, и прицела нет,
И даже некого обвинять.

Кто же я в этом? Цель? Мишень?
В последнем акте ружьё?
Героиня придуманных сцен?
Сама себе режиссёр?

Он сказал – я его навсегда,
Он так решил: «Моё!»
У него есть копьё, стрела.

А я... может быть, мотылёк?..

Я молюсь каждый день,
Я прошу позабыть,
Я прошу разбудить и не мучить.
И в Казанский собор я ходила молить,
И под вечер в окно всё хочу я спросить...
Постоянно хочу… крутит.

Я молюсь каждый день,
Я прошу показать,
Я прошу рассказать и озвучить...
Этот путь, простелив сквозь тебя и себя…
Странный звук, что терзает в ушах, чуть звеня…
Каждый день я прошу, я молю…
Пусть подскажет –
судьба… или случай

душит меня за горло
туго
резко
переплетаясь
я отпустила
далеко, надолго
а шрамы остались
почему-то остались

Мне так понравилась твоя игра,
Сама надела платье, маску,
Придумала тебе сценарий, музыку, слова.
Ты всё исполнил мастерски, как в сказке.

Вступление, порывы, изучение роли,
Чтение стихов, вечерний бриз...
Молчанье, паузы и острота до боли.
Идеально. Много раз звала тебя на бис.

Когда дошёл ты до финальной сцены,
Где кульминация, развязка, лозунги «ура»… –
Споткнулся, онемел. Твой взгляд бесцелен.
Экспромт не получился. Стоп игра. 

Вишня в руках,
на ногах,
плечах,
во рту,
на талии
и в утробе.
Ты идёшь,
не думая,
постигая вокруг
мелочи жизни,
не замечая
ни пения птиц,
ни погони.
Ты смотришь,
не видя себя,
то в отражение,
то вдаль,
то вперёд,
то закутавшись в облака-перья.

А там светит закат,
убегающий вдаль,
не видящий ни веков,
ни смены времён,
ни сегодня,
ни завтра,
ни уходящие поколения.

Каблуков твоих утончённые линии.
Ты несёшь вишню накормить своих, разукрасить цветом холсты
вечерней домашней пустыни.

Вишня в руках,
на ногах,
плечах,
во рту,
на талии
и в утробе.
Ты идёшь,
думаешь,
постигая вокруг
мелочи жизни,
замечая пение птиц.
Ты поняла –
нет здесь погони.

В чёрном зеркале отражённого телефона
Вижу небо, плывут облака.
И нам кажется, мы сейчас далеко от дома…
Дома нет,
Потерялся без доступа на века.

В чёрном зеркале отраженного взгляда
Вижу бездну событий и горестных мук.
И слеза заполняет глубокую рану,
Протекая путь от ресниц до холодных рук.

Во взгляде твоём я вижу бездну…
Поколений прерывистый звук.
В этой жизни, увы, далеко и не вместе,
Но я слышу сердца каждый твой стук

Я не боюсь писать тебе стихи,
Тут половина выдумана в поле.
Ты скажешь: «Вот смотри:
Здесь не было…
…а может, было не со мною…»

Да, не было. А может – впереди?
На острие меж лирикой и боем…
И где граница в пламенной груди
Между реальностью и выдумкой
под зноем…

Где горизонт
... между «люблю» и
... «я тебя не знаю..., уходи».

Каких-то двадцать лун прошло.
Ты смотришь так же, как и прежде.
Тогда сказал, моим мечтам назло,
Что будет всё иначе под одеждой.

Каких-то сорок лун прошло.
И, сидя в тишине на том же месте,
Я мёрзну. Море мыслей утекло,
И так спокойно без известий.

Сегодня ночью полная луна
Оставит прошлое, как было –
вперемешку.
Событий странных череда
Идёт, не спрашивая разрешений,
без задержки.

Такая тихая сентябрьская ночь.
Я прогулялась возле дома без улыбки.
И церковь, озеро, и жажда превозмочь,
И музыка в ушах, поющая на скрипке.

Когда пройдусь я с одеялом лет,
Укутавшись в сомнениях неспетых,
Никто не купит нам обратный наш билет.
А каждый шаг других нам кажется нелепым

Что чувствуешь в середине своей души,
где пуговицы нараспашку?
Волки убегают от огня,
без возможности затушить...
Прикрываешь нательной своей рубашкой...

Прогулялась по ветру –
думала, что остыла?
Трогаешь вновь середину между рёбрами, кожей и сердцем.
Там так же горит –
без удержу,
без препятствий.
Солью разъедает асфальт.
А может быть, острым, горячим перцем...

Думаешь, что проснёшься
и маслом зальёшь огонь?
Протрёшь запотевшее стекло,
стоящее по периметру твоего взора?
Беги, не оглядывайся –
это не просто огонь.
А тепло,
идущее изнутри,
выковывающее
для тебя из тебя
режиссёра

Кто из нас больше:
я или ты?
Есть теорема?
Скорее клише...
Вся ли душа находится в теле?
А думал ли ты,
что тело – в душе?

Сегодня поняла, что я люблю тебя,
Что ты своей надёжностью и силой
Мой создал мир, где я всегда твоя,
Где птицей стала многокрылой.

Сегодня поняла, что нет нужней тебя,
И поезда’, промчавшиеся мимо,
Лишь были отражением меня,
А ты стоишь столпом неколебимым.

Сегодня поняла, что мы идём вперёд.
Обнявшись, все тревоги я забыла
И, провожая взглядом самолёт,
Я поняла: всегда тебя любила.

Ты погрузилась в него, как в воду,
И каждый атом стремится к мечте.
Ты обнимаешь его небосводом,
Он ощущает тебя везде.

И ты плывёшь сквозь его километры,
И он прозрачен в своей чистоте.
Вода теплеет, ты чувствуешь недра,
Ты наконец-то в родной среде.

И обернулась – а он повсюду,
Он не уходит, он есть везде.
И шепчет:
Не бойся, я больше не буду,
Я не остыну, я весь в тебе.

И ты плывёшь по волнам его смело,
И вы играете в смыслы бесед.
И вдруг проснулась.
И жизнь прилетела.
Он пишет тебе:
Привет.

Ты погрузилась в него, как в воду,
И каждый атом стремится к мечте.
Ты наблюдаешь и думаешь: кто ты?
Он шепчет:
Ты – рыба в воде.

Так интересно, где же то место,
Где люди годами ищут себя?
Работа, дом, театр, оркестр,
Музыка, песни, стихи, друзья?

Я поискала на улице, станции,
Я поискала в глазах у детей,
Я поискала в зеркале, в танце,
Даже искала среди зверей.

Я всё искала, искала, искала.
Я так устала, хотела присесть.
И прошлой осенью я осознала,
Что я везде... Просто я есть.

Я потеряла разум, смыслы, всё былое,
Я потеряла сон, горящий свет.
Туман, темно… Наощупь пробую живое,
Ищу, но не могу найти ответ.

Земля – как ускользающая зыбкость,
Вокруг лишь холод, вода – как кипяток…
Дышу урывками, утратив силы, гибкость…
Сковало тело, как ремнём, – вдоль, поперёк.

Я даже не пытаюсь вытащить из бездны
Себя, мой мир, былое, совершить глоток.
Я утопаю в сумерках, тону безвестно,
Я разучилась плавать. Онемел крови поток.

Зачем ты вдруг возник, придя из ниоткуда?
Куда зовёшь, упорно тянешь вдаль?
Что хочешь получить? Быть может, чудо?
Зачем иду с тобой? И – почему не жаль?..

Не пиши…
Береги силы.
Не растрачивай попусту,
Тебя не просили.

Но зачем же тогда мне даны слова?
Как без слов мне почувствовать, что жива?
Мы хотим через них друг другом напиться, –
Словами, как даром, пользуются лишь единицы.


Не пиши...
Посиди, подумай.
Варианты: требования,
События, развлечения, юмор...

Но зачем же тогда мне даны слова?
Ими забита вся моя голова.
Почему не могу я думать без слов,
Представлять миры как виденья из снов?

Не пиши…
Береги силы.
Попробуй почувствовать:
Без слов ты всесильна.

Тебя не обидеть и не поймать,
Не смирить, к забору не приковать...

Но зачем же тогда нам даны слова?
Чтоб доказать миру: я не одна?
А может, даны они, чтобы молчать,
Научиться чувствовать, а не кричать.
Научиться любить, говоря «привет»,
И ощущать тепло тишины в ответ...

Я стала засыпать нормально
Не оборачиваясь в никуда
Не просыпаясь среди ночи
Ища дороги, реки, города

Я перестала задавать вопросы
Мне всё понятно
Знания даны
Я зацепила вдоль корсета тросы
Полёт, повисла
Сбросив с рук полтонны пелены

Когда неловко, непонятно и без смысла
Мы просто так впервые видим сны
Когда наш сон описан строго в числах
Мы засыпаем сразу
Нет сомнений
«За» и «против» учтены

Говорила с тобой о буднях,
Работе, финансах и новостях,
Говорила о людях, судьбах,
Путешествиях, общих друзьях.

Говорила с тобой о вечном…
Истории, искусстве, учёбе, стране.
О пути вспоминала Млечном,
Поэзии и хорошем вине.

Рисовала картины на стенах,
Изображала улыбку и пыл...
Но бессердечное тело хотело
Два раза в месяц,
по выходным.

Ты за неё так сильно не волнуйся...
Ты думаешь, что нет тепла, недолюбила,
Что рано утром не пришла, когда проснулся,
И мягкие игрушки не сложила.

Что мало нежности холодной ночью,
Когда кошмары спеленали мысли,
Что не была тем тылом стойким, прочным…
А ты не видел, как тебя боготворила.

Она не знала, что ты думаешь под утро,
Не понимала сны, мученья ночью,
Не видела тревоги, как тут трудно,
Совсем не знала жизни в одиночестве.

Ты не вини и не ищи спасения.
Она ведь – твои руки, мысли, голоса.
Она дала тебе благословение,
Когда открыл ты первый раз свои глаза.

С фантазии начинается мир:
Горизонты событий
Реальность
Бурные встречи.
Окситоцин
Дофамин
Улыбки
Горящие свечи.

С фантазии начинается «Я»:
Одежда
Причёска
Помада
Глаза
Разговоры
Чтение книг
Изображение акрилом
Абстрактных узоров.

С фантазии начинаемся «мы»:
Побег
Невозможность
Тоска
Одиночество
Бренность
«Люблю и прости»
Упреки
Блаженство
Романтика
Верность.

А теперь объясни мне,
Творец нереального мира,
Почему лишь в фантазиях
Я жива и любима?
Почему ты – герой лишь придуманного мною романа?
А может наши фантазии
– это начало вечного
непостижимого взглядом
обмана…

Горизонты сказанных слов
Не собрались в тучу событий.
Ты так ничего и не смог –
В этом главное наше отличие.

Миллионы пропетых нот
Не наполнились яркими красками.
Знала всё: для меня ты не тот,
Но – надеялась, верила сказкам…

Почему у одних есть шаг,
У других – поползновение?
Ты не друг мне, да и не враг.
Но когда-то был моим вдохновением…

Я хочу, чтобы ты не жалел,
не мучил себя,
не калечил,
не спился.
Я хочу,
чтобы ты не болел
ни мною,
ни кем-то,
и круг завершился.

Я хочу,
чтоб ты вырос,
оброс
и кожей, и силой...
Там есть чем гордиться.
Всё есть,
всё дано…
Чтоб тебе удалось
Самим у себя
наконец-то родиться.

Приезжай, будем долго обниматься, слышишь,
Ты мне будешь говорить «ну тише, тише,
Не кричи на улице, не прыгай, видишь –
Я уже приехал, отворяй скорей.

Мы посмотрим новости на крыше.
Подойдём покормим белочек поближе,
Ты мне скажешь «тише, тише,
Не пугай ты маленьких зверей».

Приезжай, мы сядем у окошка, слышишь.
В выходные погуляем по Парижу,
Я опять скажу – не прыгай, тише.
Всё, мы переплыли сто морей.

Возьми мою руку,
крепче жми.
Видишь?
В ней много крови – пульсирует,
слышишь?
По жилам течёт...
горячая, красная,
А я всё та же...
живая и страстная.

Возьми моё сердце,
не отпускай.
Держишь?
Да не пугайся, я не отдам.
Не потреплешь.
Там тоже есть кровь моя,
горячая, красная,
А я всё та же,
живая и страстная.

Возьми мою душу.
Не видишь?
Тут она.
В руке моей, в сердце,
внутри и снаружи.
На...
А крови нет,
Горячей и красной.
Она ведь повсюду.
Я с ней прекрасна.

«Сколько ты хочешь с собою забрать?
Миллион, два, двести?
Я не хочу в эти игры играть,
Я же тут, видишь, здесь я».

«Мне не нужны твои игры, слова,
Миллион, два, двести.
Отпусти, я ведь просто Сова,
Наверху, видишь, здесь я».

«Что ты там делаешь, наверху?»
«Наблюдаю, жду от тебя известий».
«Спускайся, я тебе расскажу,
Где взять любви миллионов на двести».

«Ты опять за своё, лучше тут посижу,
Мне тут спокойней в межлесье».
«Вот ты глупышка, окей, подожду,
Созреешь лет через двести».

Мы не встретимся,
ни сегодня,
ни завтра,
ни летом.
Нет у судьбы такого расклада.
Я буду в офисе прятаться где-то,
А ты на море наслаждаться закатом.

Ты будешь ждать,
надеяться,
верить.
Я не приду,
не отдам тебе слово,
Не улыбнусь, заставляя делать
что-то безумное,
маня чем-то новым.

Мы в параллельности этих вселенных.
Да, не одна –
их много,
поверь мне:

Млечность, где я
и тысячи пленных,

Млечность, где ты,
свободный,
весенний.

«Я хочу на тебя монополию, –
ты однажды сказал невольно. –
Чтоб не летала по полю,
и мне бы не было больно.
Чтоб только мне улыбалась!».
Вот так ты сказал уверенно.
А я ведь тебя испугалась
и промолчала растерянно.

Ты сказал:
«На тебя хочу акции,
Ковенанты со штампом в том здании.
А не стихи твои с танцами.
Понимаешь?
Глупое ты создание».

Семь сантиметров дыма,
Двадцать метров в секунду,
Ветер и шторм, – видно,
Питеру холодно утром.

Пять километров счастья,
Двадцать пропущенных звуков,
Здесь сегодня ненастье,
Питеру будет трудно.

Я прогуляюсь мимо,
Руки дрожат... мокро.
Ветер, болото, сыро,
Питер – любовь надолго.

Сидя в тепле дома,
Я помолюсь робко,
Без наводнения… лично…
Без сожаления… громко…

«Если можешь не писать
– не пиши».
Ты не знаешь эту фразу...
Поспешил.
Поспешил ответить мне:
«Не пиши».
Очень быстро замолчал
в той тиши.

Ты не можешь прокричать
– заглушил
эти звуки в рукаве.
Бой души.
Ты всего лишь
побежал,
задушил.
А ведь сложно рассказать,
Чт*о прожил...

На пороге энного года
Мы считаем циклы в пути.
Всё бежим от чужих итогов
В надежде себя обрести.

Мы слагаем безумные речи,
Не умеем молчать или ждать.
Нагружая хрупкие плечи
Всем вокруг, забываем мечтать.

И в этом беге безумном
Расставляем точки в пути.
А иначе вся соль недоступна.
Почувствуй. Не пропусти

Странные, странные люди...
Когда говорят «люблю», –
замираем,
ждём сложных прелюдий,
убегаем в Париж
кто-то – в трюм.
Странные,
странные люди...
Когда говорят «пошли», –
бежим против ветра,
вязнем в сосуде,
кричим, будто нас обожгли.

Странные, странные люди...
Поняв все смыслы и свет, –
Тушим, душим,
боимся орудий,
А вдруг всё получится?..
Страшно.
Нет.