Жизнь моя подобна паровозу,
Летящему сквозь свет и мглу.
Жизнь моя подобна паровозу,
Летящему по бесконечному мосту.

Табачным дымом заполняя пустоту,
Сигаретные огни заменяют нам луну.
Вагон везет одинокое купе,
На пути к своей судьбе.

Фонарный свет освещает гладь,
Но моих родных и не разыскать.
На листке давно стоит печать,
Мне уже туда себя и не вписать.

Твой путь, озарённый светом,
Ведёт тебя неведомо куда.
Виднеется ладья с уходящим следом
И рябится волжская вода.

Конёк, устремлённый ввысь,
Разрезает дымку матовой росы.
Бросая тень на утреннюю гладь,
Проходит лодочка сокские холмы.

Тип Тяв помашут ей рукой,
А та качнет им парусом в ответ.
В паре с Самарскою Лукой
Квартет завяжется в сюжет...

Из башни в башню, обнажая мир,
Летают телеграфные огни.
Коммутирует в жизнь радиоэфир,
Оставляя тишину ту позади.

Залив район длинною волной,
Пронзает каждую машину, кухню, дом.
Транзистор умиляет своею простотой,
Заглушая на груше песней гром.

Прошли года, не видно теперь уж башен
И в ночи молчат сигнальные огни.
Детектор вовсе стал не нужен,
Эпоха ламп осталась позади.

Мощнее нет здесь частоты
И молчит на кухне матюгальник.
Наполняя тишиной пространство пустоты,
Теперь в тиши встаёт отдалённый спальник.

Вбиваясь в голову деталь,
Позывные маяка одно упоминанье.
Устремив взгляд всё дальше в даль,
Ухожу от ностальгии прозябанья.

Утро. Слепой туман. Перекличка.
Шеренги у вокзалов будто нити.
Болтовня полкана словно скука,
Что после войны вы будете жити.

Слезы матерей падают со скорбью,
Как сыновей накрывают полынью.
Студеной водой они будут умыты
Из-за свинца пробитой грудины.

Стальной батальон горит аки десница
Подбитый шквалом снарядов фугас.
Летят в зареве огня с броней колесницы,
На врага не оставляя жизни шанс.

В небе тоже не сладко скажут пилоты,
Как всех прошивают мессершмиты.
В ночи полно света от прожекторов
И сводит с ума сирен жалобный зов.

В лесах люда много, как на параде.
Партизан злость подрывая состав.
Привал перейти всегда на готове,
Как рука начиняет динамита состав.

В темноте и на ветру
Головку спички разожгу.
Закурить, поставить чайник
И на столбе зажечь фонарик.

Тебя возьмет ученый, истопник,
Зальешь округу светом в миг.
Зажжешь собой свечу на алтаре,
Оживишь маяк ты на горе.

В глубинке и столице,
На чужбине, в загранице
И даже каждый закуток,
Везде есть спичек коробок.

Франция, Париж, Пер-Лашез, Эдит.
Многомиллионная толпа скорбит,
Что гимн любви больше не звучит.
Вспомнить бы триумф воробушка Эдит.

Первые шаги по кабаре Жернис,
Луи Лепле, Мари Дюба, Раймон Ассо.
ABC мюзик-холла бенефис,
Так родился образ воробушка Эдит.

Она мечтала только об одном:
"Жизни в розовом цвете".
"Нет, я не жалею ни о чем",
Пела башня о брюнете.

Быть любимой не суждено,
Но стать амуром ей заведено.
Исполнить песню для неё -
Жизнь вдохнуть в наше бытие.

Франция, Париж, Пер-Лашез, Эдит.
Весь мир над могилою скорбит,
Что жизнь свою растратив на людей.
Родилась, жила и умерла, как воробей.