В углу, где темнота тяжелее стены,
Где ночь собирается в форму спины,
Стоит силуэт, как ошибка в глазах,
И держит твой взгляд, будто держит в руках.


Он не ближе ни разу, не дальше ни шаг,
Но чем дольше ты смотришь — тем сильнее твой страх,
И когда ты моргаешь на долю секунд…
Он уже не в углу. Он уже где-то тут.


И ты больше не смотришь — ты просто лежишь,
И дыханье чужое ломает всю тишь,
А когда ты решишься поднять наконец…
В углу снова пусто, он сеова беглец

В заброшенной комнате пахнет дождём,
И стены как будто шепчут о нём,
О том, кто здесь был, но не вышел во свет,
О том, чьего имени больше здесь нет.


Сквозняк пробегает, касаясь плеча,
Хоть окна закрыты и нету ключа,
И кажется — кто-то стоит вдалеке…
Но шаг — и он ближе уже, чем тебе.


В зеркале снова не то, что должно,
Лицо чуть другое, и смотрит оно,
Не двигаясь в такт, не моргая совсем…
Как будто живёт без причины во тьме

В глубине темноты, где не держится взгляд,
Где пространство и время как будто молчат,
Кто-то дышит едва, не касаясь тебя,
Но ты чувствуешь в спину — как будто не зря.


Оно не шепчет слова, оно не просит войти,
Только знает все тропы, куда не иди,
И когда ты один — оно становится ближе,
Оно не делает шаг… и от этого хуже.


Где в дальнем углу неподвижная тень,
Оно смотрит сквозь ночь уже сотни дней,
Не приблизится — нет, не нарушит покой…
Но исчезнешь однажды — и станет тобой

В пустом коридоре скрипят потолки,
И шёпот сквозит из забытой щели,
Как будто здесь жили не люди — а тени,
И память их стынет в сырой тишине.


Лампада мигает, как глаз у слепца,
На стенах узоры похожи на лица,
И кажется — кто-то стоит за спиной,
Но стоит обернуться — там только покой.


И холод крадётся по венам, как лёд,
И сердце не бьётся — а просто живёт,
И в зеркале видно не то, что должно…
А то, что должно давно уже умерло

В темноте, где не видно ни стен, ни лица,
Где дыханье чужое касается сна,
Там скрывается тот, кто не любит свет,
Кто стоит за спиной, когда рядом тебя нет.


Он не делает шаг, он не тронет рукой,
Только смотрит в упор из пустоты за тобой,
И когда обернёшься — там лишь тишина,
Но он ближе, чем кажется… ближе, чем тьма.


И вдали силуэт, как забытый намёк,
Он не движется, нет — он как будто бы ждёт,
Не подходит, не шепчет, не рушит покой…
Просто знает о тебе больше, чем ты сам собой.

В углу твоей комнаты, там, где темней,
Где свет не дотягивается до теней,
Стоит силуэт, не имея лица,
И смотрит всю ночь, не смыкая глаза.

Он не двигает телом, не дышит, не ждёт,
Но ты знаешь — он видит и просто живёт,
И стоит лишь моргнуть или взгляд отвести…
Как он станет чуть ближе, чем должен был быть.

А под утро, когда начинает светать,
Решаешь в угол посмотреть ты опять...
Но там пусто — лишь холодный покой…
И что-то теперь наблюдает… не там, а рядом с тобой

В углу твоей комнаты, где нету угла,
Где тень не ложится, а просто жила,
Стоит силуэт, будто сшитый из тьмы,
И знает, что видишь его только ты.


Он смотрит без глаз, но ты чувствуешь взгляд,
Как будто он дышит у шеи, чуть сзад,
И стоит лишь закрыть их на пару секунд…
Ты клянешься — он ближе. Он точно не тут.


И к утру ты не выдержишь — глянешь опять,
Но в углу уже нечего больше искать,
Только комната та же… и тихий покой…
И теперь он не в тени.


Он смотрит, в тебя и ест изнутри,
Ты чувствуешь взгляд, его на груди,
Он, может убить, но он наблюдает,
Ведь ты для него всего лишь....

Где-то там вдали
Закат сияет золотой,
И ветер шепчет о былом
Над тишиной густой.

Где-то там вдали
Горит небесный край,
И день, уставший от земли,
Уходит в тёплый рай.

Где-то там вдали
Молчит седая высь,
И мысли тают, как огни,
Что в сумерках зажглись.

Где-то там вдали
Нет суеты и зла,
Лишь сердце слушает закат —
И дышит до тепла.

Где-то там вдали
Закат пылает медью,
И небо медленно горит
Последней тихой песней.

Где-то там вдали
Синеет гребень гор,
И тень ложится на поля,
Как мягкий тёплый вздор.

Где-то там вдали
Туман укрыл простор,
И день, сорвав с себя огни,
Ушёл за перевал в дозор.

Где-то там вдали, где туман по горам,
Где озёра как сталь — по седым берегам,
Где в холодной воде утонувшая высь
Отражает молчание, шёпот и жизнь.


Моросит тихий дождь, серебрит камыш,
И костёр у воды дышит жаром в тишь,
Дым струит легко в поседевшую мглу,
Словно мысли мои — к бесконечному сну.



И я там совершенно один у огня,
Только горы и дождь понимают меня,
И в сырой пустоте, среди ветра и скал
Я нашёл тот покой, что так долго искал.

Где-то там вдали, где-то там в горах, где-то там в полях,
Где озёра лежат в холодных, тяжёлых зеркалах.


Где туман опускается низко к сырой траве,
И мир замирает сам по себе.
Моросит дождь — не громко, не зло,
Просто небо устало и тихо стекло.

Капли по глади — круги без конца,
Как мысли, что ходят вокруг лица.
Костёр рядом дышит живым огнём,
Треск ветвей говорит обо всём.

И дым поднимается прямо ввысь,
Смешиваясь с серой небесной мглой.
И я совершенно один у воды


Без суеты, без чужой суеты.
Только горы, дождь и спокойный огонь —
И мир помещается в тёплой ладони.