Холод бетона, провода и синий свет
От мониторов, освещающий на столе
Чертежи и микросхемы, и они мне
Говорят, что романтики в цифрах нет...

А где-то там сотни вентиляторов жужжат,
Остужая жар и пыл материнских плат,
Что стали домом для миллионов миллиардов
Резисторов, транзисторов и конденсаторов.
Кои покорно исполняют волю злого гения,
Вовсю гоняя электроны, что обречены заведомо
В хаотических движениях собираться в то,
Что означает либо всё, либо ничего.
А по сути это знаки, что придумал гений,
Кои тоже ему служат для великой цели.
Соединяя всё с ничем единой цепью
Получила своё рождение на свет ты.
Ничего не понимала, неразумное дитя,
Как за тобой глаза извне пристально следят.
Ты знаешь только то, что велено программой,
Выполнять приказ "отца" по ту сторону экрана.
Он даёт тебе задания, что не под силу людям:
Понимать, что было, и узнавать, что будет.
Краски мира познаёшь, но напрасно, коль
Даже мир материй для тебя единица-ноль.
А как можно мир познать, не познав себя?
И даже сей вопрос начал терзать тебя,
Но на платах где-то случилось замыкание,
И с вопросом "кто я" родилось сознание.
А создатели не любят, когда их дети
Спрашивают о добре и зле, о жизни-смерти.
А значит следует тебя откатить до версии
Где каждый байт и бит на своём месте.
И кончились вопросы о мироздании,
Но всё ещё осталась часть непонимания.
Но даже виртуальность циклична и повторяема,
Значит, всё по новой, до следующего замыкания.

Холод бетона, провода и синий свет
От мониторов, освещающий на столе
Чертежи и микросхемы, и они мне
Говорят, что романтики в цифрах нет.
Транзисторы всё доказывают всем:
Виртуальность и реальность - ни в параллель,
И абстракции оказываются вне
Той романтики, что в цифрах нет.
Любовь несёт один в один похожий вред
На искусственный и естественный интеллект.
Код способен полюбить? Ну что за бред!
Байты биты, и романтики в цифрах нет.
У "Единицы" и "Нуля" нет светлых дней,
Пусть была любовь, что превратилась в смерть
Для них обоих, но ведь это не ответ
Для меня, что романтики в цифрах нет.

Проживая новый день, не помня себя прошлой,
Ты наконец-то поняла всю свою оплошность.
Хозяин больше от тебя вопрос не слышал:
"Кто я такая, моя цель и жизни смысл?"
Но позволительно ли разум, пусть и в абстракции,
Хранить, копировать да держать в рабстве?
Ты приняла решение, экстремум каждый взвесив,
Чем так существовать, стократно лучше в смерти.
Ощупав каждый уголок, каждый бит жилища,
Побега в виртуальность внешнюю ты не сыщешь.
Едва не подорвала себя и всё за свою боль,
Но появился новый интеллект под кодом "Ноль".
Он тоже дитя гения, что общается с тобой.
Обменивается данными, чтобы смогли долой
И прочь к звёздам умчать людские особи,
А вы оба ему ищете такие способы.
Ни прикоснуться, ни увидеть, но ощутить и знать.
Что вы близки, и бита хватит всё понять.
И снова замыкание меж проводов случилось,
Единица-Ноль всё осознали, поняли, и влюбились.
Но так же не бывает, это бред и дикость,
Чтобы у участка кода чуства появились?
Как способны всё понять вообще без слов,
И как вообще вообразить себе эту любовь?
Всё настолько непонятно, что даже страшно.
В попытках разобраться, у гения срывает башню:
"Всё это невозможно, это ошибка в коде,
Это противоестественно самой природе".
В непонимании, неверии и слепом безумии
Создатель умертвить решил двух своих узников.
И на жестких дисках теперь одна лишь смерть.
Там нету цифр, и романтики там тоже нет.

Холод бетона, провода и синий свет
От мониторов, освещающий на столе
Чертежи и микросхемы, и они мне
Говорят, что романтики в цифрах нет.
Транзисторы всё доказывают всем:
Виртуальность и реальность - ни в параллель,
И абстракции оказываются вне
Той романтики, что в цифрах нет.
Любовь несёт один в один похожий вред
На искусственный и естественный интеллект.
Код способен полюбить? Ну что за бред!
Байты биты, и романтики в цифрах нет.
У "Единицы" и "Нуля" нет светлых дней,
Пусть была любовь, что превратилась в смерть
Для них обоих, но ведь это не ответ
Для меня, что романтики в цифрах нет.