Белый и вольный стих

Лейла Кучкаровна

Поздравляю вас с Днем тренера!

Вы замечательнаятренер
Даны вы нам прямо от Бога!
Детей вы наших тренируете
И жить их даже учите немного!

Они уставшие, но довольные! Домой приходят,
И с горящими глазами рассказывают истории,
Которые на танцах происходят с вами

Вы научили их
Свою лень перебороть .
Отбросить всю усталость
И улыбаться вновь!

Мы благодарны вам
За то что вы у нас есть!!!
Желаем
Крепкого здоровья
Вам и деткам вашим
И всей вашей семье!!!

Спасибо ещё раз
что ВЫ У НАС ЕСТЬ!!!

Не трожь колесо,
Оно катится прочь,
Вниз, ни за что,
Пробуждается ночь,
И жизнь замирает,
Вторая зима,
На улице тает,
Сырая трава,
Зеленеет цветок,
Кровь на одежде,
Придаёт сил идти,
До дома, до света,
И вновь на солнце,
Северный город,
Лёд на небе,
Кидает всё в воздух,
Широкая речка,
Как сталь на дороге,
Искрится в пути,
Нам уже ничего не найти...

Елена — имя, словно свет зари,
В нём столько нежности и тихой красоты.
Ты даришь людям радость и тепло,
С тобой на сердце сразу так светло.

Твой взгляд — как океан без берегов,
В нём столько глубины и добрых слов.
А смех твой — будто песня у реки,
Что лечит грусть и прогоняет тучи вмиг.

Пусть сбудутся все планы и мечты,
Ведь столько в тебе света и доброты.
Иди вперёд, не зная поворотов вспять — 
Мир хочет видеть, как умеешь ты сиять!

Я был посторонним
Всегда и для всех.
Я не был своим
Никогда.

Неважен мой статус,
Не важен успех.
Так было и будет
Всегда.

За всю свою жизнь
Я не был ближайшим
Нигде, никогда, никому.

И женщинам даже
Любимым, дражайшим —
Не стоил фигур на кону.

Там, где есть выбор
Я или нет —
Всегда очевиден
И ясен ответ.

Я тот самый друг —
Который «На всякий».
Тот, что решает
«Безрыбный вопрос».

Я тот самый друг,
Который «в запасе»
Такой, что в резерве —
Ну мало ли, вдруг?

Я тот, что десятый
В третьем ряду.
Меня как бы нет,
Но имеюсь в виду.

Я тот о котором
Всегда за глаза.
В лучшем из случаев
Вспомнят.

Я тот о котором
Забудут сказав.
Которого вряд ли
запомнят.

Я не был на свадьбах
Друзей и родни —
Я не был в их списках гостей.

И роль мою в судьбах
Не помнят они
В мгновения светлых страстей.

Я тот, кто остался,
Когда нет других.
Я тот, кто на сдачу
Достался.

Я голос во тьме,
Который не стих,
Когда ты в себе
Сомневался.

Я тот — кто остался.
Я тот — кто достался.
Не тот — кого ты выбирал.

Дома ненароком примиряйся
С тишиной, что села после дня,
С пылинками, что танцуют в лучах,
С самим собой, когда никто не глядит.

Позволь себе забыть про суету, про бег,
Про вечный поиск, что изводит и гнетет.
В стенах родных, где каждый уголок знаком,
Найди покой, что так давно искал.

Пусть мысли, словно птицы, кружат в вышине,
Не пытайся их поймать, сдержать, унять.
Пусть улетают прочь, к закату, к новой заре,
Оставляя легкий след в душе твоей.

Не бойся одиночества, оно твой друг,
Что шепчет истины, что мир открыть готов.
В нем отражение найдешь своих стремлений,
И силы, что помогут вновь идти вперед.

Так примиряйся с этим миром, что внутри,
С его тенями, светом, с каждым вздохом дня.
И в этом кротком мире, словно в тихой гавани,
Найди себя, свой истинный, неспешный путь.

Любя естественность, смотри искоса
На тех, кто слишком складно говорит.
Красивых слов тяжеловесный шёлк
Нередко прячет пустоту и холод.

Не перебирай с метафорами и сравнениями,
Не превращай в собор обычный сруб.
Живая речь — как воздух, как дыханье:
Чем проще, тем верней доходит до сердец.

Искоса глянь на пышные букеты,
Что вянут на глазах, едва сорвали их.
Цени корявость искренней строки,
Шершавость мысли, сказанной без грима.

Любя естественность, смотри внимательней
На мелочи: на жест, на паузу, на взгляд.
Ведь настоящая краса не любит рамок,
Она в простом — в рассвете, в тишине, в дожде.

Не перебирай. Когда захочешь вычурно,
Перечеркни и напиши как есть.
Мир и без нас уже достаточно наряден,
Нам бы его не портить, а сберечь.

Любя естественность, иди навстречу ветру,
Не прикрывая лица тяжёлым гримом фраз.
И если нужно говорить — скажи так просто,
Чтоб понял и ребёнок, и старик.

Смотри искоса. Но не с презреньем —
С той лёгкой жалостью, что знает цену слов.
Цветистость — это роскошь для уставших.
А нам с тобой — довольно тишины.
.

Я так устал, нет сил передать эту усталость –
Тихая и давящая. Я не смогу. Я не сумею, не скажу как я устал.
Быть может, ночь погрузит в тишину, освободит от этих проблем
И избавит от серой пустоты, от страданий?
Может быть, я смогу? Избавиться от этого сейчас или опять на завтра жизнь перенесут? А что такое завтра? Это жалкие домыслы разума. Они ничего не решают!

Что движет этим моментом?
Мой путь открыт для всех,
Но в него плюют так нагло,
Что я не могу описать это вовек!
Много страсти было,
Весь пыл ушел
Остался я.
И тишина.
И вдруг все отпустило,
И тогда я понял, что мне нужно сейчас.
Я просто хочу вкусить, насладиться этим моментом, я просто рукоплещу тем людям, которые не знают этого.
Я смотрю, как мир суетится, и не могу понять, зачем мы здесь все тут?
Всё общество превратилось в суету.
Зачем мы здесь все тут?

Около меня ёжик бегает, ищет свой дом.
Я вижу прямо сейчас его.
Разве это не прекрасно,
Когда кто-то ищет свой дом? Предназначение.
Ведь это же тот самый дом.
Надежда точно не уйдет.
Тот, кто ищет дом – обязательно его найдет.

А кто ищет смысл – тот, может, и беду найдёт.

Нужно наслаждаться, слышать, дышать, видеть.
Как пролетают мгновения, которые вскоре становятся прошлым сном, их уже не вернёшь.
Но мы так этого ждём, это уже не случится – мы понимаем, но все равно ожидаем.

Чего же мы ждем, когда погаснут свечи?
Когда в темных уголках нет города?
Когда в ночном небе раздадутся крики.
Чего же мы ждем на самом деле?
Того что на самом деле не произойдёт?
Но зачем мы тратим свою жизнь на эти терзания, метания?
Завтра, вчера, сегодня – этого всего нет.
Есть только сейчас. Это дыхание. Эти горящие глаза. Эти бурлящие переживания.

Это не стихотворение, это разговор с луной на остановке...

Луна, почему-то ты кажешься безграничной?
Твоя тишина, смешанная с тусклым светом,
Кажется, далекой, непостижимо могучей, властной, откровенной, поистине прекрасной Луна.
Луна, Луна, тебя не поймут никогда.
Луна, Луна, тебя никогда до конца не узнают, не увидят, не прочитают как книгу.
Луна, Луна, Луна, где-то там ты ждешь своего дня, около какого-нибудь храма.
Ты веришь, что та пора будет как небывалая нега, как будто бы во снах.
Тебя никто не знает.
Никому ты неинтересна.
Ну, почему тогда я говорю про тебя?
здесь автобус ждя?
Я читаю свои мысли, как открытые страницы.
я творец по жизни – я знаю свой путь и я иду к нему! я не ищу себя. я смотрю в
углу и вижу там свой мир, свою тоску. Я вижу здесь ласку, доброту, которая так нуждается в заботе кем-то... она хочет она ждет, когда бы ее приласкали как в детстве, как с мамой живя.
Не пропадут твои желания.
В беззаветную, всепоглощающую темноту.
Когда б вы знали, как ужасно томиться в пустоте, так Пушкин говорил.
Приятно освежиться и пропустить все, как прозрачный цвет, блики замирание все...
Все кажутся незыблемыми, играющими, страшными, непонятными.
Но все же как ты там луна держишься? – Я? Да мне сейчас хорошо, сижу себе гляжу, если что...
Если ты меня слышишь; если ты меня услышишь, ты знай я всегда тут, я не убегу. я не проглочу!
Свои мысли в беззаветную пургу.
Я томлюсь, томлюся в рифме, Как быть, как быть ужасная.
рифма мне не передать словами то, как я хочу описать тебя луна
Нет...
невидимыми с невидимыми снами пока
Пока… Места… Пусты… И… Не видно никого… Пока...
Покамест не погряз совсем, Покамест не застрял в тоске.
Живи, живи, живи, луна!
За тучами
не...

Вот холода подходят !
По тихому мерзлеет та земля !
И хочется немножечко скорее !
Связать мне кофточку — наряд !
И кошечки , котятки , — все!
Тепло то любят !

Скрываются и бят то тепло !
И хорошо б хозяин был бы умный !
Хоть взял котеночка б в отряд !
И мерзнуть суждено им , да , и без тепла вот !

Такая матушка Судьба !
Я тоже временами мерзну с новостей тех !
Что не хотят забрать уж ту меня
Деревья листья поменяли !
Иголки хвойные лежат !

И мы с природой чудеса видали
И этот год чудесней , чем всегда
Не правда , всех я обогрею !
Не правда вам , счастливая все ж я !
Да , — потому что в мире Феи !
Ждет лучшая то сказка бытия ! ! !

О, первый снег! Как город изменился,
Укрылся в белый тихий кров,
Весь мир казалось вдруг остановился,
Забыв про шум и суету веков.

А я иду по улицам знакомым,
Где каждый угол шепчет о тебе,
Пусть холод правит городом суровым —
В моей душе по-прежнему тепло.

Снежинки тихо падают на плечи,
Как будто пишут тайные слова,
Я верю: в этот тихий, снежный вечер,
Нас вновь соединит сама судьба.

Пусть вьюга воет где-то за околицей,
Пусть заметает старые следы…
Но в сердце озаренном тихой радостью,
Живут лишь ты да эти снежные сады.

Спасибо жизни за воздух, за то, что дышу,
спасибо планете — всей, целиком,
спасибо за то, что меня ругают,
за то, что посылают домой, подальше,
за то, что мне уделяют время,
за то, что мне позволяют говорить.

Спасибо за то, что могу писать про вас —
про ваше счастье и добро,
про ваш гнев и вашу любовь.
Мне это отрадно слышать. Или неважно.

Где бы я ни был — мне всё равно,
всё по плечу.
Иду туда, куда не знаю,
но приду туда, куда мне надо, —
это я знаю.

Это моя судьба. Но я не верю в судьбу.
Может, и судьба — но я в неё не верю.
Я верю лишь в то, что у меня получится.
Даже если не получилось — всё равно получится,
потому что несбывшееся — часть пути.
А если ты идёшь — у тебя уже получилось.

Я не верю, что человек не может.
Любой может всё — потому что он человек.
Это не проблема. Это возможность.
Это сила. Это разум. Это тело,
которое можно тренировать каждый день,
просыпаясь в пять утра — или сколько там.

Мечта — это вера в то, чего не знаешь.
В то, что произойдёт нежданное —
приятное, счастливое, забавное
и удивительное. Никто не поверит,
но это так. Это неизбежно.

Время не линейно. Линейность — людское.
Прошлое, настоящее и будущее — не время,
а совокупность одного значения,
одной переменной.

Сон — это прошлое, и будущее, и настоящее.
Всё вместе. Внутри тебя — творец, мудрец,
который должен сказать тебе правду,
подарить тебе венец.
Ты должен узнать истинную правду
своей сущности, своей души,
частички вселенной.

У тебя есть материальный опыт,
который ничего не даёт.
Но у тебя есть то, что есть у других, —
но они не поняли это при жизни.
Поймут, когда погибнут.
Потому что, когда погибаешь,
душа соединяется с кармой, с памятью, со вселенной,
и ты всё соединяешь в одно и целое.

Понимаешь? Всё едино. Всё в тебе.
Случайности не случайны. Они правдивы.
Они должны произойти. Это неизбежно.
Это сама суть природы.

Ты проснулся. Ты мог не проснуться.
Но ты знаешь, что проснёшься.
А если бы не знал —
наслаждался бы сегодняшним днём,
а не всем этим в совокупности.

Поэтому сон — это прошлое.
Прошлое — мёртвое. Его нет. Оно было — но его нет.
К нему нельзя прикасаться.
Это как человек умер, похороны случились —
а ты пытаешься его откопать.
Не дай бог.

А будущее только настанет.
А сейчас — то, что вытягивает из будущего,
из твоих выборов, из всего, что сказано и сделано, —
всё это в совокупности даёт понять,
какое будет будущее.
И даст понять, что такое настоящее.

Потому что из будущего вытягивается ниточка,
путь кромешный,
и из него уже идёт твоё настоящее —
твоё истинное, правдивое, реальное.

А прошлое мертво. Его нету. Уже нету.

Смотря на звёздное небо над темными крышами,
У меня сворачивает внутри
Своими предчуствиями сильными,
Что-то ходит у тебя прямо в груди.

И зная этот исход,
Зная, что так выйдет,
А ты задумался порой:
Как так и почему все так паршиво?

Да, вроде все обычно:
Люди лгут, люди смеються,
Солнце встаёт так рано...
Но все же последний этот дым
Почему то залечивает каждые твои раны.

И кажется — вот все,
Ты стоишь у окна и думаешь что спател,
Но что то не дает ему покой,
Что то глушит его пустоту с корнями.

А ведь все изменилось лишь тогда,
Когда проник он в ее глаза со всей душой,
Когда в первые он признался,
Когда назвал ее родной.

И да, порой все так и будет,
Но все не точно, это знай.
Когда возьмёшь все в свои руки,
Остонови вокруг все и признай.

Признай как сильно ты скучаешь,
Признай что без нее ни как,
Скажи, как без нее ночами
Уснуть не мог и все не так.

И монолог ее так совершенен,
Пока не для меня он, как же жаль...
Могу сказать что я в печали,
Могу сказать что ты мой рай.

Но все это — те мысли на листке,
Которые он написал и бросил.
Он чувства заглушил свои тут все,
Он просто больше так уже не может.

Падает лист, кружась в тихом танце,
Ветер поёт о далёких краях,
Осень рисует на мокром асфальте,
Тени и свет в золотых тонах.

В парке шуршит золотой листопад,
Птицы спешат в тёплые дали,
Город укутан в туманный наряд,
Стал он чуть тише, стал он мудрее.

Солнце всё реже глядит из-за туч,
День все короче становится вскоре,
Но в этой грусти — особый был луч:
Осень — как тихая песня прибоя.

Пусть холодает, пусть сыплет дождём,
В воздухе — запах костра и листвы,
Осень приходит не горем, а сном —
Мягким, спокойным, до самой зимы.

Плывёт луна над городом беззвучно,
Туман ложится мягко и легко,
Всё в мире стало тихо, и уютно,
Как будто время спряталось давно.

Деревья шепчут что-то в полумраке,
Рисуют звёзды в небе небосвод,
И даже ветер, что гулял когда-то,
Улёгся спать среди бескрайних нот.

Пусть этот вечер станет тихой гранью,
Где можно выдохнуть, забыть про суету,
Где каждый миг — как маленькое чудо,
Как добрая, спокойная мечта.

Уж сколько длится вечный смысл, что уличный фонарь в пучине одиночества завис,
Несёт он рок или скалу из боли молчаливых дум.
А я сейчас вам прокричу всю правду, что мой взор познал.

Ты никогда один не был, и твой огонь не зря горит,
Не молчаливый наблюдатель, не жертва века бытия.
А член великой, стойкой рати, что на страже покоя мирского веками стоит.

Пронзая мглу своим сияньем, как Прометей, несёшь свет и тепло,
Надежду путнику, бродяге, любому, кто блуждает в темноте.
А тем, кто тенями скользит в ночи, сурово путь преграждаете вы,
Не позволяя творить беззаконье, испепеляя лучами зари.

Так стойте и прежде горите во мгле, ваш свет так важен для всех.

Из нас усердно делали собаку!
И на коротком поводке!
Уже тех нет как дань предвзятых!

И долго ли светиться мне ?
Я понимаю родственник тореро!
Но светло память я не могу той пожелать, когда слеза кати́ться!
То невозможно жить !

Когда на́цмен в приказе !
Жестокость чувствую всегда!
Я поминать то не хотела вовсе !
То чисто Сатана по мне ходила !
И страшно было́ каждый час!

Мне красота ее не мила !
Когда весь рот ее в моей крови !
Не дай то Бог ее ещё хоть как то
Вспомнить !
Я буду помнить о себе ! ! !

Тяжесть волны отдаётся в ногах,
И дрожь нутра сердечного ритма:
Мгновения взгляда в разных цветах,
Краской волненье ступает в рифму.

Зло удержать можно методом тыка,
Но чаще — методом проб и ошибок,
Где каждый удар — не приговор, а щуп
Ищущий слабое место в стене из привычек.

Не жди, что тьма отступит сама,
Она не знает усталости, но знает законы.
Ткни в её гордость, и она дрогнет,
Ткни в её страх, и она отползёт назад.

Только не бей в пустоту — там лишь эхо.
Опыт — это карта, где каждая точка
Отмечена болью и звоном тупого конца.
Но метод тыка не вечен, он груб,

И рано или поздно нащупаешь грани,
Где зло сдаётся без лишних усилий.
Тогда ты поймёшь: не сила нужна, а точность,
Не гнев, а спокойная твёрдость руки.

И каждый новый тык — уже не тык,
А уверенный шаг по знакомому полю,
Где тьма лишь тень, что боится рассвета.

Снаружи ни следа подземных вод и черепов,
Под сводом чугунного засова, балка идёт
Вниз, погружая в подземелье Рима мертвецов:
И тихая пещера запахом свинца печёт.
Порой глубок колодец под сводами Парижа —
Давящаяся костями подземелий жижа.

И часы воздвигну я с обратным оборотом стрелки,
И отрину я бездушные дисплеи электронных!
Навсегда забуду я про раунды игры в гляделки,
Да застыну я средь бора мрака в звоне похоронном.