Городская лирика

черные локоны бежали
по мостовой за небом.
заклятье обещало
вновь сбывшуюся небыль.
черты остры, красивы.
лицо бледно, как мелом.
с ней счастье не игриво
- оно за помелом.
в толпе в ней отреченность
с любовью к снам и бедам,
на сердце отрешенность,
она с рожденья ведьма,
в ней шелест листьев павших,
ветров, воды, огня..
..лишь раз безумство знавший
узнает в ней меня.
31 января 2006

опять курю на пыльной кухне,
и дым застлал дыханье ночи,
и огоньки в глазах потухли:
теперь не важно, кто что хочет.
опять курю, а жизнь все мимо..
тушу окурок; снова спичку;
и в форточку клубами дыма
всем говорю, что не привычка.
опять курю, на зло себе я,
ведь верю - завтра быть хорошей;
и с сигаретой волей тлея,
конечно, знаю: всегда брошу.
опять курю, и снов не видно;
ночь продлена (еще) на час..
- здоровью, вроде, безобидно -
я так живу сейчас.
февраль 2004

тонким лезвием по сердцу
скользили рельсы на прощанье,
и одинокое венчанье
моей судьбы в игре со смертью..
я не вернусь - в веках, отныне -
и тонет боль в каждом движенье,
в своем едином воскрешенье;
в дверях бескрайнейшей пустыни..
мелькали выселки и села,
поля, дома..чужие жизни..
..а я в своей первичной бездне
осознавала как миг колок..
10 июня 2005

Яркий свет фар автомобилей,
Тусклый свет ламп рекламных щитов,
Ноги устали от пройденных миль,
Но идти дальше я, как прежде, готов.

Ухожу в ночь, чтобы утром вернуться,
В дом свой пустой, как и я одинокий,
Днём отоспаться, вечером чтоб проснуться,
Вновь уходя, держать путь далекий.

Этим летом, наверное, я буду один,
И оно кончится быстро,
Тихо тают дни, словно сигарет дым,
Их смывает водой дождя чистой,
Их смывает водой дождя чистой...

Блюз вечной юности по-прежнему звучит,
Его беспечность заразительно тревожна.
А как иначе, если губы горячи,
Они не знают, что такое "невозможно".

Блюз вечной юности неиствовал всегда,
С ним брались крепости любовные осадой.
Кто верен музыке, с судьбой не прогадал,
С ним только верные друзья по жизни рядом.

Блюз вечной юности вне времени живёт,
И соблазняет души трепетные риском.
Гулять предложит ночь хмельную напролёт,
Добавив капли романтизма и изыска.

Блюз вечной юности доступен только тем,
Кто против ханжества безликого настроен.
Его нельзя услышать в шумной пустоте,
Себя обманывать - желание пустое...

26.03.2026

Финансов мир – не детский сад, поверьте,
Где мама с папой скажут, как вам быть.
Уже пора отбрасывать все сети,
Чтоб самому о будущем тужить.

Не ждите, что вам кто-то разжует
И лакомый кусочек в рот положит.
Ведь собственная жизнь на вас идет,
И только вам успех ее поможит.

Учитесь цифрам, планам, инвестициям,
Забудьте про "авось" и "как-нибудь".
В своих решениях будьте реалистами,
И свой, финансов, проложите путь.

Пусть будет страшно – это всё нормально,
Есть выход из привычных берегов.
Но шаг за шагом, смело, не банально,
Вы обретете цепь своих основ.

Из-под опеки выйти это взрослость,
Взять в руки штурвал жизни, свой корабль.
И в море денег обрести возможность
Быть капитаном, сделать свой стартап

Весна пришла и градусы пришли,
И с драными коленкам штаны.
Решетен, част, полосочный узор
И кожи белезна магнитит взор

В метро, где гул и теснота царит,
Летят глаза, и взгляд, почти не спит.
Среди мельканья лиц, и суеты,
Вдруг в дыре джинс ногу увидешь ты.

В автобусе, прижавшись плотно в ряд,
Их видят те, кто на себя не рад.
Когда вокруг душно и темно,
Вдруг — голость ног через дыру - кино!

И в электричке, в дальний путь спеша,
С закрытой дверью, будто бы душа,
Мелькают икры, бедра, в дырах штан,
Нам открывая дырок свой роман.

Так, не сказать, что все оголены,
Но всё же попадаются они,
И чем длинней будет у солнца бег,
Тем больше их на сотню человек.

Расцвели желтым цветом отрестности -
Происходит уборка на местности,
И оранжевое одеяние
Привлекает отлично внимание

Хорошо, что весёлый цвет
Дарит радости, словно рассвет
И пока кусты оголённые,
И деревья стоят не зелёные,
Когда тускло-уныло всегда,
Видеть жёлтое - не беда!

мой мир в промокшие витрины
смотрел озябшими глазами
и покрасневшими слезами
вскрывал сосудов паутины.
как сердце ливня - мгла фасадов,
и лужи крыш - как скользкий гравий.
с своих высот мечтами правя,
мир улиц в небо слишком рядом.
07 марта 2007

Город в тумане, как реальность во снах,
Он спит под влиянием ночи.
И серого цвета застыла вода,
И сонно смыкаются очи.

Дороги уходят кто знает куда,
И приходят, кто знает откуда.
И наши души здесь навсегда,
И нету ухода отсюда.

Очертания деревьев как странный узор,
Проводов перекрёстная сетка.
На серые стены направлен наш взор,
И дым вдыхается едкий.

Строгие формы проспектов широких
Уносят надежду на жизнь.
Здесь солнца не видно, здесь солнца и нету,
Город забытый в выси голубизн.

Привет, мой Питер, с добрым утром,
Мой вдохновитель и причал.
Ты снова сердце тронул мудро —
Как будто тихо прошептал:

«Налей горячего мне кофе —
Я ночь дождями укрывал,
Чтоб ты проснулся с бодрым вздохом
И новый день со мной встречал».

Хрусталь в серванте тихо ждёт —
С годами стал ещё важней:
Он помнит тосты, Новый год
И звон далёких тех гостей.

Теперь же время изменилось —
Жизнь мчится, некогда скучать:
Налей компот — чтоб заискрилось!
Чего ещё, скажи, нам ждать?

Пусть пылью больше не страдает,
Пускай выходит «в люди» он,
И пусть на кухне заиграет
Его торжественный трезвон!

Не только к датам и банкетам
Хрусталь достоин быть налит —
Пусть даже с чаем и омлетом
Он гордо на столе стоит!

Оглянись: это ночи без сна,
Это фильм без конца,
И холодным теплом
Наступила весна.

И мы снова живём,
Снова спим странным сном.
Сном, в котором весна,
Светит нам допоздна.

И неясен рассвет.
Что скрывал много лет?
Но вглядеться в него
Допустимости нет.

Город полон людей,
Город знает гостей.
А минуты идут,
Город будет шумней.

Стоном застывшее утро
Землистое
Губы сухие, забытые
С проседью
Яркие стеклышки снов
Больно стреляется свет
В узких пробелинах глаз
Зеркало вяло брюзжит
Кофе вонзается в темя
Нервные окна, бремя
Капли белесых слов...
Медные веки
Колючие тени
Бледные, сонной
Судьбы акварели
В мыслях - вода
В словах - блеклая кровь
В тонких аортах
Струится любовь...

Когда я снова стану старым,
Как у Есенина стихи,
То, может, жеребцом поджарым
К людям отправлюсь по грехи.

Но что без денег старику?
Из жалости не даст и шлюха.
А сбережения — ку-ку,
Как говорит кумец Андрюха.

В кармане лишь консервный нож
И тот от времени облезший.
Как в песне, я подумал: что ж,
Задумке волю дам давнешней.

На Околесниково банк
Открытой настежь дверью встретил:
— Куда ты, старый, прёшь как танк?
Но ножик за меня ответил.

Пяток старушек и кассир…
— Грузи скорей в авоську кассу!
И, как заправский рэкетир,
Я припугнул людскую массу.

Кассир мне: — Дедушка, смикить:
Налички нет, все деньги в цифре.
Тебе куда переводить?
Куда-нибудь в офшор на Кипре?

— А это где и это как?
— Не ссы, дедуль, я всё устрою.
Лишь обещай, что, взяв ясак,
Ты заберёшь меня с сестрою.

— Проснулся, старый дуралей!
Неси дрова, остыла груба.
Ну что лежишь? Давай скорей! —
Толкала в плечи бабка грубо.

Пенсионерский сладкий сон
С такой прекрасной перспективой
За двери тихо вышел вон,
Не дав пожить ни дня красиво.

От ноля до плюс семи

Сегодня — от ноля до плюс семи…
Небесный свод в лоскутьях серой ваты.
Так облачно… но где-то там вдали
Луч солнца бродит одинокий, виновато.

За стеклами дождь плачет не спеша,
Стучит капель — как робкое признанье.
И город влажным воздухом дыша,
Прохожим шепчет свои тайны.

Шолтай- болтай

Шолтай- болтай зимой в феврале,
болтал ногой, сидел на столе.

От нечего делать, болтал ногой,
но стол стоял, как никто другой.

Прошел февраль, прослезился март,
под Шолтаем, стол перестал стоять.

Прыжок вперед и немного вбок,
под Шолтаем стол стал кучей досок.

Настал апрель, не теряя дня,
не может Шолтая отыскать родня.

В мае Шолтая искал сосед,
на кухне и в спальне, Шолтая нет.

В июне, купили новый стол
и снова Шолтай на кухню вошёл.

Сел на стол, закачал ногой,
а стол терпел, как никто другой.

Наступил июль, август прошел,
скрипел на кухне новый стол.

Настала осень, уже в сентябре,
Шолтая просили, не сидеть на столе.

За октябрем ноябрь прошел,
мерно скрипел под Шолтаем стол.

Декабрь под ручку станцевал с январем,
семья решила- "Февраля подождем!"

Февраль окончен и снова март,
а в марте стол перестал стоять.

В мае уже нет на кухне стола,
семья спокойно спать могла.

3.2026.

И Судьи наши !
Наши демократы !
Всегда то хамы !
Были то , и , --- есть !
И гнут ту "палочку" свою упрямо!
Забыв про совесть!

Профессиональную ту честь !
И сколько взяток прокатилось ?
С улыбочкой всегда приняв !
Нет , я из памяти не смыла !
Светлану ту Владимировну встарь !

Но Бог живёт и Бог нам светит !
И мы пойдём своей тропой !
А вот таких судителей как бесит !
Сидеть бы им на нарах !
Век наш "золотой" !

Милый Саша, наш любимый,
С юбилеем, сын, тебя!
Собралась тебя поздравить
Наша дружная семья:

Бабушка Тамара, Лиза,
Она — девушка твоя,
Тети — Алла и Марина,
Тетя Оля, папа, я.

Брат Владимир весь в работе,
Он дизайнер же у нас,
Для тебя макет готовит
Новостройки он сейчас.

Знаю, купишь сам когда-то
Дом с бассейном, ты упрям,
Если что-нибудь задумал,
То добьешься цели сам.

Ведь недаром, Саш, ты Овен,
Сложный, но надежный знак,
На своем стоять готовый,
Не сломить ничем, никак.

Ты у нас веселый, умный, рассудительный всегда,
И друзья твои такие:
МЧСник, три врача,

И в друзьях юрист есть тоже,
Ты спокоен, сын, во всем,
Ведь с друзьями-то такими
Не зайдут проблемы в дом!

Ты и сам для знаний кладезь,
Прилежанье к книгам есть,
С детства ты дарил лишь радость,
Расскажу сейчас, как есть.

Год и месяц тебе было,
На работу вышла я,
И уже в два года сына
В «Маячок» с собой взяла,

На ревизию спешила,
Что ж с тобою делать? И
Нянчиться с тобой решили
Все коллеги там мои.

Любопытною был птахой,
В книжке пальчиком водил.
«Пиитаха» — черепаха,
Мы смеялись, нету сил!

«Фоня пе» — то значит песню
Умудрился захотеть,
Про ромашки, луг — хоть тресни!
Приходилось часто петь!

Музыкой ты занимался,
Деда слушать мог весь день,
На баяне он старался,
Балалайкой брал всех в плен.

Вы ж стучали, братья, в ложки,
Вот такой был ваш оркестр!
К ночи, ручки свесив, ножки,
Засыпал уставший весь.

Утром в садик шли мы дружно.
Вспоминал: «На праздник стих
Подготовить было нужно!
Спали, выучить забыв!»

И пока мы шли дорогой,
Ты стишок запоминал,
Своей памятью, сынок мой,
Нас с папулей восхищал.

В университет, сыночек,
Поступил ты в Петербург,
После лет магистратуры
Дальше стал учиться вдруг.

Ты теперь в аспирантуре
Применяешь свой талант,
Психологию и личность
Изучать все годы рад.

И не меньшим достиженьем
Все считаем мы твою
Лизу, умницу, красотку,
Без пяти минут жену.

Вы — прекраснейшая пара,
Ждем мы свадебку от вас,
И давно уж вас заждался,
Дорогие дети, ЗАГС.

Создавайте, дорогие,
Очень крепкую семью,
Уважайте вы друг друга
И на людях, и в быту.

В юбилейный день, сыночек,
Пожелаем: будь здоров,
Будь счастливым, будь любимым,
Будь достойным нежных слов!

Мы тобою так гордимся
И желаем без прикрас,
Чтобы превзойти сумел ты
В достижениях всех нас!

А еще вас, наши дети,
Очень любим, очень ждем!
Пусть теплей вам солнце светит!
И всех благ в ваш милый дом!

Не забудьте во столицах
Ни отцов, ни матерей,
Пусть сердечко наше биться
Будет гордо за детей!

Поднимайте же фужеры!
Наш сынок, тебе побед!
Счастья, радости, здоровья
Пожелаем до ста лет!!!

Допускай стеснительно расслабленность,
Как будто вдруг позволил себе чих.
Ведь мир не рухнет, хоть и неприятность,
Случится, если ты на миг притих.

Мол, вот же я, такой серьезный, важный,
Боюсь, что вдруг расслаблюсь черезмерно.
И перестану быть собой вчерашним,
И стану… просто человеком, верно?

А вдруг пойму, что в этой суматохе
Есть просто жизнь, а не борьба за трон.
Что смех ценней, чем все мои тревоги,
И счастье – не какой-то там закон.

О, ужас! А вдруг я отброшу маску,
Свою заботливую, строгую,
И вдруг увижу, что в привычном страхе
Не я живу, а просто я скорблю.

Так что стесняюсь, как юнец влюбленный,
Расслабиться… Не знаю, как начать.
Вдруг в этой слабости, столь неисполнЁнной,
Ключ к жизни станет мне понятен, брат?

Позволь себе хотя бы на мгновенье
Морщинки разгладить, что от дум легли.
Иначе вся твоя самоотверженность
Не стоит и пучка увядшей зелени.