Поэмы

 
Алекс Орлецкий
14.05.2019 21:21
МАСОНЫ. Стих 8. Казнь вторая
Лягушек было много в дельте Нила,
Их мошкара всегда туда манила.
То не Марсель, и даже самый нищий
Не думал их использовать как пищу.

Лягушка - враг сосущих гнусных мошек.
Пусть египтяне почитали кошек,
Однако, без зелёных этих гадов,
Чесаться поминутно ночью надо.

Ах, женщина - дефект ребра Адама...
И в те века была капризна дама.
Менять могла желания и вкусы:
То каждый день ей новенькие бусы,

То тазик в цвет набедренной повязки,
То для ресниц и щёк свинцовой краски...
И к знатной даме поезжай жениться
На новенькой немецкой колеснице.

А в браке жизнь мгновенно станет хуже -
Ложатся дети бременем на мужа.
И знает люд, в систему ту давно вник:
Богат купец, охранник да сановник.

Держала власть народ в ежовом теле:
Налоги фараоньи одолели.
И отберёт последнее корыто
У должника суровый жадный мы́тарь.

Ещё жрецы - то клан голодный самый,
Все чаще жертвы требуют на храмы.
Богов в Египте - целая когорта,
Им всем - зарежь, спали и выкинь что-то.

Мужчина, будь ты раб иль член совета,
Держи подругу сытой и одетой.
Вы с женскими причудами не спорьте:
Затрат полно, но жить хотят в комфорте.

И если в доме грязь совсем достала,
Не избежать великого скандала.
За скорпиона, кобру или крысу
Уж не один хозяин поплатился.

То был пролог, большой и философский.
Как завещал великий Склифосовский,
Отныне буду я предельно краток -
В раскрытьи исторических загадок.

Однажды, представительница знати
Проснулась утром в тёпленькой кровати,
И взвизгнула на всю столицу баба:
"Спасите! У меня в постели жаба!".

Ударилась щекой о подголовник,
Аж прекратил храпеть её любовник,
Открыл глаза и вымолвил сердито:
"Озирис мой, ну дайте спать, бандиты!

Да покарает вас святой Анубис!"
И тут к нему хозяйка повернулась,
Желая кинуть, подняла подушку,
И видит: там ещё сидит лягушка!

Немного к простыне она примялась,
Вонючей слизью запотела малость.
И, словно сумасшедшая собака,
На истеричку прыгнула в атаку...

Подобное случилось в каждом доме,
Еврейских гетто и селений кроме.
От кваканья уже мозги устали,
В грязи тонули люди, плохо спали,

И мучился народ от омерзенья.
Но на Египет снизошло везенье:
Чтоб извести навеки жабью особь,
Придумал фараон мудрейший способ.

Терпеть от бога пытку не годится:
Лягушки в ресторанах за границей -
Деликатес, особенно, в Париже.
Из ловят там в болотной грязной жиже.

Наладить импорт прямо из кроватей!
И внутреннему рынку тоже хватит.
Реклама на папирусах и зданьях:
"Худым - поправка, толстым - похуданье".

Господь в который раз терпел фиаско.
Для фараона былью стала сказка:
Казна его пополнилась неслабо:
Придумал он статью: "Налог на жабу".

А Моисей сидел в своей психушке,
И горевал, чифир цедя из кружки.
Ведь на свободе, будь оно иначе,
Открыть бы мог французский ресторанчик.

14.05.2019
 
Алекс Орлецкий
12.05.2019 14:16
МАСОНЫ. Стих 7. Казнь первая
Был Моисей раздавлен и унижен.
Сидел он, самой тихой мыши тише:
Не вырвутся проклятия и фразы
Из ямы, где на стеночках матрасы.

Психушка - верх тюремного эрзаца.
И каждый в ней рискует оказаться,
Кто с властью деспотичной не согласен,
Кто мыслями крамольными опасен.

Сковали ноги крепкие оковы.
Кричал он: "Где ты, где ты, Иегова?"
Но бесполезно, заори хоть басом -
Нет бога, если беден ганджубасом.

А фараон - жестокости образчик -
Не отложил угрозы в долгий ящик.
Азохен вэй, легло евреев много
Под гнётом непосильного налога...

В Египте климат жарок, и, однажды,
Один солдат, замучившись от жажды,
Пошел к реке в свой шлем набрать водицы.
И глядь на гладь - водица не годится!

Красна, как кровь, как внутренность арбуза.
Болтается в ней живность кверху пузом.
И вонь стоит, как в рыбокомбинате:
Воротят нос бедняк и члены знати.

Но тут свернул к воде еврей с дорожки.
Достал корец и зачерпнул немножко,
И начал пить, причмокивая жадно:
Вода была прозрачна и приятна.

Солдат ему: "Давай, скотина, ковше!
Рабу пред господином пить негоже!"
Но, лишь уста его воды коснулись,
Ей качества кровавые вернулись.

Всем пить охота, уж терпенья нету.
Тут подошёл купец, достал монету,
Из ковшика еврейского напился
И по делам торговым удалился.

По всей стране прошли об этом байки.
Евреям увеличили все пайки.
К ним люди шли со звонкою деньгою,
Лишь так попить возможно стало гою.

Не бросил бог свои слова на ветер.
Разбогатели "избранные" дети.
Молились все в мечтах своих серьёзных:
Заговорил бы так господь и воздух!

Вы истине простой не удивитесь:
На боге можно сделать верный бизнес!
Сейчас масоны - богатеи все, и
Произошли из рода Моисея.

А Мойша знал, в своём дурдоме сидя,
О чудесах, творящихся в Египте:
Ему шептал на ушко страж палатный
За ковш воды от пленника бесплатный.

Но фараон, подлец, пошел на принцип:
Водицу завозить из-за границы.
С Россией появился к дружбе повод:
В Каир тянуть с Байкала трубопровод.

И божий план введенья строгих санкций
Уже готов был вдребезги сорваться.
Но, осушив небесной манны кружку,
Решил господь: подложим им лягушку...

12.05.2019
 
Алекс Орлецкий
11.05.2019 23:56
МАСОНЫ. Стих 6. Моисей и Фараон
По-русски, эта песня так звучала:
Евреев отпусти ты для начала,
Налог и корм верблюдам компенсируй,
Народ из-за тебя больной и сирый.

Когда в пустыне мы найдём местечко,
В ООН за нас замолвишь ты словечко,
Со Сталиным, запомни, чтоб заставил
Признать все страны маленький Израиль!".

Сказал то Мойша, слов своих пугнулся.
И в позу интересную нагнулся,
Дрожа, глубокой кары ожидая...
Тут пожалею бедного жида я,

И несколько смягчу стихотворенье:
Был фараон в отличном настроеньи,
Лишь повернулся он вполоборота,
И, саркастично так, промолвил: "Вот он!

Ни дать не взять, очередной Мессия!
Рамсы распутай! Это - не Россия!
Решил со мною поиграть в игрушку?
Сейчас тебя отправлю я в психушку.

Совсем с катушек съехал от гашиша?
Я сам курю, но суть, веду потише!
И за твою неслыханную борзость,
Я всем евреям посылаю новость:

Ввожу для них налог, что горше плена,
На нос большой и обрезанье члена.
А тех, кто не заплатит, - без обиды -
Сгною на стройке новой пирамиды".

Сказал - отрезал грозный повелитель.
А Моисей - ни дать, ни взять, - вредитель.
Своих подставил родичей прилично.
Хотел как лучше, вышло - как обычно...

Скорей! Скорей! Ну что ему ответить?
Ведь пострадают женщины и дети,
Мужья, отцы в момент протянут ноги,
Киркой тягая каменные блоки.

Но Мойша наш - он не простой еврейчик,
Да, под травой, но богом был отмечен!
Господь ему тот час изрёк натужно:
"Сказать тебе злодею вот что нужно:

Я - избранный по божьему шаблону.
А ты - язычник, молишься Амону.
Ты - даже без евреев, - страшный грешник,
И весь гнилой, и внутренне, и внешне.

У вас, таких, страницы все истерты
Во лживой сатанинской Книге Мертвых.
Но все не так: Вселенная другая,
Тебе, козёл, вовек не видеть рая!

Но облегчить свою ты можешь долю:
Евреев отпусти скорей на волю!
Тогда в аду получишь ты поблажку:
На сковородку маслица баклажку.

Ослушаешься - кары нет ужасней:
Египет ожидает десять казней,
И со страною можешь распрощаться:
Для бога покарать - что нам два пальца...".

Всё передал наш Мойша самодержцу,
А тот рукой махнул в районе сердца -
То был сигнал. Послышались удары:
Пророка повязали санитары.

11.05.2019
 
Андрей Цырулик
09.05.2019 01:24
Поэма. Отрывок 1
- Ты понял то, что потерял?
Чем обладал в неугасимом свете.
За что перед судьбою был в ответе.
О чем другой бы даже не мечтал!

Сам не ценил. Ты это признаёшь?
Что мучился не ты раздумий хватит?
Ушат воды холодной пусть тебя окатит!
Исход теперь умом и сердцем подытожь!

- Я не со зла.
Все знают, я любил.
Люблю сейчас.
И мне не в оправданье
Все самые красивые слова!
Молю простить мной данные страданья!

P. S. В рассветный час
Небесный вид мне мил.
А в мыслях, проносящихся стремглав,
То, что о ней судьбу свою молил!
Что, больно поняв то, что потерял,
Любя сейчас,
Себя я не простил.
Все обретя, я мог стать королем.
А стал шутом в раздумии своем.

Июль 2017 г.
 
Алекс Орлецкий
08.05.2019 19:31
МАСОНЫ. Стих 5. Ультиматум Моисея
Уж мочи нет, закончилась водица,
Обратно возвращаться не годится!
Верблюды - в хлам, истёрты их копыта,
И по ночам Луна, как тень корыта.

Терзают Мойшу смутные сомненья:
Вдруг полетят от стражников каменья?
А не случится ль так, что братьев скоро
Лопатой бросят львам заместо корма?

Я сделаю важнейшую ремарку:
Был долгим путь, всю выкурили травку.
А без травы пророк вещать не может,
И богу к нам летать - проблема тоже.

Вот так, имея страхи и тревогу,
Прошёл несчастный Мойша всю дорогу.
Ворота без препонов распахнулись.
Вскричал пророк: "Евреи! Мы вернулись!"

На улице не встретилось засранца,
Что пальцем тронул божьего посланца.
Отправился он спать, а после вышел
Купить на рынке местного гашиша.

Скрутил папирус, смачно затянулся
И моментально бог к нему вернулся.
Изрёк господь, надев на лоб корону:
"Пора тебе явиться к фараону,

И предъявить ему такую ноту:
"Ты враг всему еврейскому народу!
Террором душишь равенство и братство,
Сплошные чинишь бизнесу препятства.

А, напоследок, брось ему сердито:
Египтом правят воры и бандиты,
Ты - их глава - совсем не легитимен -
И фараоном стал за горстку гривен!"

Вот, сделана последняя затяжка.
От Господа осталась лишь бумажка -
Папирус, содержаньем либеральный,
Внизу автограф: Алексей Навальный.

Его запрятал Мойша под хитоном:
Репост в стране карается законом!
Перекусивши пресною лепёшкой,
Почувствовал уверенность немножко:

"Да мне, с такой божественною крышей,
Наш фараончик не страшнее мыши.
И армия, и личная охрана
Примкнут к евреям поздно или рано.

Растут безбожно цены на пшеницу,
Кругом развал, живёт одна столица.
На золотой не взять уже на рынке
Ни пива, ни морковки, ни свининки.

Рабовладельцы жутко обнаглели:
Рабы сто лет до сытости не ели.
Бегут они с плантации и шахты
Подальше, к неграм в Африку, на вахты.

Умрёшь, страдая раненою пяткой,
Коль не подкатишь к лекарю со взяткой.
Отменены пособия и льготы,
И в старости рабов муруют в гроты.

Страну грызут тарифы и налоги,
Людские жертвы чаще просят боги.
Короче, есть одно решенье ныне:
Пусть фараон отпустит нас в пустыни".

Так и решили Мойша вместе с братом:
Идти, немедля, ставить ультиматум.
А если фараон упрётся рогом,
То припугнуть его Единым богом.

Вблизи дворца как раз гулял правитель,
Блестел на солнце фараоний китель.
В волненьи, Моисей взбежал на го́ру,
И громко крикнул: "Лет май пипл гоу!".

08.05.2019
 
Алекс Орлецкий
07.05.2019 22:38
МАСОНЫ. Стих 4. Моисей ч.1
Тот Моисей, а по-простому, Мойша,
Известен всех других евреев больше.
Он - основатель иудейской веры,
Что христианам действует на нервы.

Великим почитается пророком:
Он бога видел человечьим оком.
С творцом общался на горе Синайской,
И ознакомил мир с пасхальной сказкой.

На жизнь его чудесную смотрите:
Родившись в древнем солнечном Египте,
Стать жертвой мог нацистского закона,
Но был спасён дочуркой фараона,

Пригрет, и это царское семейство
Ему нашло в палатах койко-место.
Безбедно, с кухни царской он кормился,
Но грамоте учился - не ленился.

И нахватался мудростей немало.
Просёк, что бог - источник капитала,
Что можно зарабатывать на вере,
Стать шишкою большой, по крайней мере.

Еврейский клан в Египте разрастался
И нос совать в политику пытался,
Почти как современные масоны.
Настигло беспокойство фараона:

А вдруг его прирежут на рассвете,
Захватят власть, рабами станут дети?
В стране, паразитируя, как гниды,
Святые разворуют пирамиды?

Он стал сжимать властительные гайки:
Лишать работы, голоса и пайки,
И прессовать еврейчиков не слабо:
Мужчине - кнут, насилие - для бабы.

Гуляя по кварталам бедным как-то,
Увидел Мойша местного солдата,
Что бил еврея и таскал за яйца.
Герой вступился, замочил мерзавца

И спрятал тело, закопал в песочек:
Статья за труп была суровой очень,
Тем более, что представитель власти!
За этот грех могли посечь на части.

Был вынужден бежать пророк в пустыню,
Где бедно жил, чужую пас скотину,
И громко над судьбою матерился.
Услышал бог, в наш мир к нему спустился:

Сказал: "Гляди сюда, чего умею!"
Костыль у Мойши превратился в змея.
А, чтобы стало более понятно,
Он змея превратил в костыль обратно.

Подумал Мойша: "Эко, как накрыло!
Ведь говорят: каннабис - это сила!".
А боже прогнусавил монотонно:
"Бери с собою брата, Аарона,

Вы с ним назад, в Египет, возвращайтесь.
За безопасность вовсе не печальтесь:
Не тронут вас ни воины, ни стража,
И Фараона не стесняйтесь даже!

Расскажете еврейскому народу,
Что хочет власть забрать его свободу.
Ещё чуть-чуть - дойдет до вырезанья
Того, кто члену сделал обрезанье".

Сказал господь, и в небеса вернулся.
А Мойша напоследок затянулся
Той травкой, что ему открыла бога,
И понял: впереди работы много.

Но путь открыт к богатству и успеху,
Без промедлений, срочно нужно ехать.
Вода не льёт под камушек лежачий.
"Господь усмотрит! Ждёт меня удача!"

07.05.2019
 
Алекс Орлецкий
04.05.2019 14:24
Масоны. Стих 3. Авраам и Исак
Сынуля рос вполне себе рутинно,
А папе в глюках всё являлся бог:
Он жертвовать просил ему скотину.
Абраша бил ягнят, а после - жёг.

Видать, творцу был сладок и приятен
Зверей горелых едкий фимиам.
Но вот, от гари и кровавых пятен,
Совсем поехал крышей Авраам.

И глас с небес сказал: "Я бог, я вечен,
Во вкусах постоянства, правда, нет.
Мне захотелось мяса человечин,
Зажарь-ка, друг, Исака на обед!

Употреблю без соли и без лука,
Валежник дам, и не возьму налог.
Черкнёшь рецепт, чтоб капитана Кука
Другой народец приготовить смог".

Тут отпустило бедного Абрама:
"Привидится же старому хрычу!
На склоне лет к чему мне эта драма?
Жена, подай шинель, пойду к врачу!".

Но не пошёл, а, следуя привычке,
Вина себе достал из бурдюка.
Сказал: "Сынок! Бери дрова и спички,
И мамке не забудь сказать "пока!".

Сработала папашина уловка:
Подставы не почувствовал Исак.
Отец привёл, связал его верёвкой,
И, бросив на алтарь, занёс тесак.

Сын в ступоре от ужаса такого,
Лишь слезы потекли из ясных глаз.
Он знал: у папы с головой хреново,
Но буйного, увидел в первый раз.

Исак обмяк, готовясь к быстрой смерти,
Но отпустило вновь его отца:
У психа в голове унялись черти,
Он бросил нож и развязал мальца.

Обнял, заплакал, попросил прощенья,
Пошел в пустыню к лекарю скорей.
Налил вина, поставил угощенья,
И вскорости, преставился еврей...

Абрам, Исак, их первенцы и внуки -
То праотцы масонской веры всей.
Писать о них - мои отсохнут руки.
Стиха достоин только Моисей.

04.05.2019
 
Алекс Орлецкий
03.05.2019 18:32
МАСОНЫ. Стих 2. Авраам
Читатель мой, я вовсе не жестокий
И память не насилую тебе.
Но нам важны истории уроки,
Чтоб разобраться в собственной судьбе!

И нам с тобой придётся обратиться
К источникам религий и культур.
Откроем очень важную страницу:
С пометкою вверху: "Халдейский Ур".

То град в Месопотамии шумерской.
Теперь Ирак хозяин этих мест.
Религии оплот, как будто мерзкой, -
Язычества, где множество божеств.

Тогда, в одном большом семействе Фарры,
На свет родился мальчик Авраам.
Подрос, женился на сестрёнке Саре,
И поклонялся тамошним богам.

У психиатров он ни разу не был,
Но явно, был не дружен с головой.
В один из дней, какой-то голос с неба
Сказал ему: "Я бог единый твой.

Бери жену, идите с ней скитаться:
Я вами совершу великий ход.
Родите сыновей, и, может статься,
От них пойдет мной избранный народ".

Что делать: тяжела шизофрения -
То навсегда безумия печать.
Абрам всё строил алтари в пустыне,
А Сара не могла никак зачать.

До дна был кубок молодости выпит,
Восьмой десяток, жить уже устал.
Во странствии, вошли они в Египет,
А после - в Ханаан их бог послал.

Но нет потомства, хоть кричи, хоть тресни.
Был возведен уж тысячный алтарь.
Отчаявшись от этой долгой песни,
Он соблазнил служаночку Агарь.

Та родила, бесплодия не зная,
Назвали Измаилом их дитя.
А Сара, опечаленная, злая,
Жила, в своих мечтах им гадко мстя.

Их выгнали в режиме тихой сапы, -
В пустыне довелось расти мальцу.
Он выжил, от него пошли арабы -
Евреев братья. Только по отцу.

Но бог не обманул в своём обете -
Он не попал с зачатием впросак.
Стал сын вторым евреем на планете
Известным всем под именем Исак.

03.05 2019
 
Гульшат
12 (Заключение)
Бекличер разрывалась... сказать - не сказать?
У неё очень долго болела душа.
(Если б только жива до сих пор была мать?..)
И она начала разговор не спеша.
-- Помнишь день... вспоминай... мы сидим у костра,
Разливаем по чашкам из чайника чай.
-- Твоя кружка налита потом... горяча,
Я её уронила тогда... невзначай.

-- Фатима приготовила чёрный отвар,
Попросила добавить в твою, но чуть- чуть.
-- Я не знала, что станешь от этого стар.
(Бекличер затопила вселенская грусть.)
-- Понимаю, прощения нет мне, Гульшат,
Но, хотя бы пойми - это всё не со зла.
(И цветов целый ворох принёс, Азамат).
Бекличер вдруг закрыла глаза, чуть дыша...

-- Я простила давно, говорила Гульшат,
И привыкла к обличью... своей второй коже.
-- Мне не важно уже, кто из вас виноват,
Мне спокойствие, честь... остаются дороже...
-- Я привыкла страдать, мне цветы не нужны,
И рискуя собой, Азамат нёс их мне,
Обойдя по горам потому полстраны,
И тем самым меняя зигзаги в судьбе.

-- Не кори ты себя, Бекличер, не кори,
Ты призналась сама... уже это награда.
-- Азамата люби и поблагодари,
Ну, а большего мне, ничего и не надо.
***
Солнце ярко светило, дарило тепло.
Бекличер обнимал весь в слезах Азамат.
В душах этих людей становилось светло...
В мир с открытым лицом
шла свободно Гульшат...
 
Алекс Орлецкий
30.04.2019 20:52
МАСОНЫ. Стих 1. Вступление
Мы говорим, в кулак зевая сонно:
Всему виной проклятые масоны.
Всем государствам мира строят козни,
И против них уже метаться поздно.

Живут они, как черви, на планете,
Давно купаясь в золоте и нефти.
Поймёшь и ты, к истории приблизясь:
Масонский след имеет каждый кризис.

И войны, и локальные конфликты,
Что кровью населения политы,
А также революции и бунты -
Проделки мировой масонской хунты.

Не нужно запускать боеголовки,
У них в ходу подставы и уловки,
Все самолёты, танки и ракеты
Слабее звонкой банковской монеты.

У них в руках все капиталы мира.
Ни одного серьёзного банкира
На свете не найти (в России тоже) -
Не вхожего в состав Великой ложи.

Цена за грамм презренного металла
Зависит от масонского кагала.
И вам скажу серьёзно, без прикола:
У них станок, печатающий доллар.

Фамилии не держатся в секрете,
Средь богачей имеют высший рейтинг.
Рокфеллер, Морган, Ротшильдов семейство,
Ещё десяткам кланов будет место.

В России тоже правят бал масоны:
Они сидят и двигают законы.
Банкиры, олигархи и министры
Чиновники, что на руку не чисты.

Да, короля всегда главнее свита,
Которая из тайных связей свита.
Правители - всегда марионетки,
Что брошены на шахматные клетки...

Чтоб разобраться в этом поскорее,
Нам нужно знать историю еврея,
Который стал у Бога первым самым.
Он патриарх, он звался Авраамом.

30.04.2019
 
Гульшат
10
Рахман ни разу не зашёл, не поддержал Гульшат.
Он оказался подлый трус... один на всё село.
И посчитали жители... раз так, то виноват,
Тем более, что поступал с Гульшат он, как трепло.
И обходили стороной с тех пор его всегда.
(Он, будто умер и какой он подавал пример?)
И вычеркнув мужчину без особого труда,
Любой теперь мог указать ему на выход... дверь.

А Азамат беседу вёл со старцем за столом.
Чертили схему на листке и составляли план.
Мужчина клялся старику и бил своим челом...
Найдёт того, кто в их селе способен на обман...
А Бекличер сказали... вот вернулся Азамат.
Она мгновенно собралась, оделась впопыхах.
(И на настенные часы вдруг кинув быстрый взгляд,)
Как будто ветер пролетел в подн'ятых парусах.

Она бежала торопясь и вот он этот дом.
Дыхание переводя, всё ж внутрь рвалась душа.
И как обычно дверь открыв... да... да... своим ключом,
Вперёд уж Бекличер пошла так чинно, не спеша.
Идёт и слышит разговор о том, кто враг, кто друг,
Как будто страшный приговор стучит в её мозгу.
И свет померк в её очах, всё застило вокруг.
-- Ну, почему опять Гульшат? Скажите, почему?

На крик души напрягся вдруг всем телом, Азамат.
И оглянувшись невзначай, увидел Бекличер.
Она ударилась слегка, попятившись назад.
Забыв закрыть, когда вошла распахнутую дверь.
Упав от напряжения, испуга, боли на пол,
Закрыв глаза девица вдруг надолго замерла.
А Азамат стоял на ней и как ребёнок плакал,
Подумал, что она сейчас внезапно умерла.
 
Гульшат
9
Казалось всё сейчас пройдёт... не глубока же рана?
Всего лишь маленький укол, но боль пронзила тело.
Мужчина шёл уже к столу, покачиваясь пьяно.
Пред старцем сел насупротив, довольно неумело.
Скривив лицо, тут Азамат, сполз на ковёр легонько.
Закрыл глаза, издал тогда мужчина резкий вздох.
-- Прощай, отец, не вспоминай, -- промолвил он тихонько.
А старец сверху поглядев, почувствовал подвох.

Пощупал пульс и осмотрев его кровавый палец,
Подняв мужчину за плечо и усадив за стол.
Старик спросил : "А где цветы?.. лечить буду, страдалец."
-- Ты, словно малое дитя, но выглядишь, как вол.
Старик нашёл котомку всё ж и руку сунув глубже,
Достал красивейший цветок, что глаз не отвести.
Он даже прослезился вдруг, закашлялся натужно,
Представил, что тому пришлось уж пережить в пути.

Цветок помыв и измельчив, прибинтовал с натугой...
Старик мужчине говорил,что нужно часа два,
Чтоб кожа напиталась вся и стала враз упругой,
Чтоб не осталось ничего... ни раны, ни следа.
Вот к вечеру старик снимал засохшую повязку,
А Азамат во все глаза смотрел на гладкость кожи.
Не верил до конца он всё ж... похоже ведь на сказку.
И стали те цветы ему ещё нужней... дороже.

Вот старца поблагодарив воспрянул Азамат,
Прошёл ещё бы сто дорог, лесов и горных рек.
-- Но где сейчас, скажи отец, скрывается Гульшат?
Она же ведь не умерла? -- скажи мил человек.
-- О нет, конечно, Азамат, жива, но всё стара.
Она почти всегда одна, из дома не на шаг.
Её лицо по- прежнему запрятала чадра,
И до сих пор не поняла... кто друг ей, а кто враг...
Продолжение следует...
 
Гульшат
8
Пес лаял и тянул мужчину прочь с горы.
Пора спускаться вниз и путь держать домой.
И проскочив быстрее мимо той норы,
Где труп змеи лежал, летящею стрелой.
Спускался Азамат и песню затянул,
О девушке своей, о горной стороне.
К которой и душой и сердцем своим льнул,
Немного места псу осталось в глубине.

Вот подошли к горе, где спал сейчас Муса,
И Том рванул в пещеру, не зная сам зачем?
Застыл пёс у кровати... стал кроток, как овца.
Хотел Том отомстить, но выбежал ни с чем.
Он страшно заскулил, прощаясь навсегда.
Не мог он отвести свой от жилища взгляд.
Он с другом уходил от лютого врага.
И всё же тосковал и лаял невпопад.

Путь труден и тяжёл... лишь только пол пути,
Прошли друзья вдвоём, ничуть не торопясь.
Им продержаться ночь, а днём должны прийти.
Они всё шли и шли с тяжёлым сном борясь.
И вот уже вдали увидели село,
Мужчина испытал вдруг облегченье.
При виде Бекличер румянилось лицо.
И Азамат почувствовал влеченье.

Навстречу побежав... с разбегу обнялись,
В глаза не отрываясь, так смотрели долго.
И только лишь потом тут проскользнула мысль.
А где сейчас Гульшат? Она ведь не иголка.
Вот Азамат уже переступал порог.
А дома за столом сидел почтенный старец.
Пора уж подвести прошедшему итог.
И Азамат об дверь, случайно, ранит палец...
Продолжение следует...
 
Гульшат
7
-- Мой верный Том, идём скорей на волю, друг,
Пёс потянул мужчину сильно за бешмет.
А Азамат осматривая путь вокруг,
Увидел скрытый выход и пошёл на свет.
Благополучно миновав кровать Мусы,
Том зарычал и горло перегрызть готов.
-- Ах, Том, оставь... иначе всё испортишь ты,
Он всё же предоставил ужин и свой кров.

Вот выйдя из скалы и глубоко вздохнув,
Друзья пошли вперёд, всё дальше на восток.
А Том устал и Азамата оттолкнув,
Вдруг побежал к ручью испить воды глоток.
Водой наполнив чёрный кожаный бурдюк,
Друзья на гору продолжали трудный путь.
Пришлось им сделать очень длинный крюк,
Чтобы в реке бурлящей им не утонуть.

Вверх на Белуху... всё выше, выше, выше,
Почти достигли уж заветного Хребта.
Так тяжело дышать, пёс лаять стал потише.
Вот и цветы, но охраняла их змея.
Как вкопанный мужчина... пригвожден был к месту.
А пёс рычал так громко, словно плакал.
Мужчинам слёзы...
вообщем неуместно.
Но растерялась даже тут собака.

-- Но палка есть у нас... прижму сейчас змею,
А ты, мой пёс, ей голову совсем откусишь.
-- Не дай себя ужалить... я же помогу.
Смотри пёс в оба... сбереги свою ты душу.
Борьба была недолгой, пёс загрыз змею,
А Азамат цветы сложил уже в котомку.
И стоя у обрыва... на сам'ом краю,
Мужчина стал завязывать тесёмки...
Продолжение следует...
 
Гульшат
6
В пещере было мрачно, но также и просторно.
Большой пятак, а в самом центре -- стол, топчан, кровать.
И Азамат шёл медленно... на привязи, покорно.
А всё его нутро стенало, хотелось сильно спать.
Муса отвёл мужчину к самой крайней дв'ери.
Щелчок какой-то... сильный скрежет и проём в стене,
И Азамат лишь вот сейчас почувствовал потерю,
Когда он был внутри уже, а вовсе не вовне.

-- Но вот и всё... пойдём теперь на отдых верный пёс,
Поешь немного и ложись на свой родной топчан.
-- Попей воды и сунь ко мне подмышку мокрый нос,
И истину не забывай... не Том ты -- Чингизхан.
Опять пёс верный Чингизхан почувствовал тоску.
Пёс вспомнил, как он ночью спал на той большой груди,
Но ведь мужчину за стеной, я вызволить смогу.
Никто не знает, что нас ждёт, конечно, впереди.

Муса уже уснул давно, и видел сон седьмой,
А Азамат страдал всю ночь в горячечном бреду.
Вот Чингизхан подполз к двери, встал вровень со стеной,
И лапой мощной шерстяной нашупал там дыру.
Опять щелчок и вот уже сработал механизм,
А пёс, промчавшись быстро внутрь уж на груди лежал.
И в один миг в мужском мозгу случился катаклизм.
Вот Азамат тогда прозрел, схватившись за кинжал.

Пёс на Алтае жизнь прожил... с рождения в горах.
Он знал все тропы наизусть, мог дружбой дорожить.
Пёс мог отчаянно любить, ему не ведом страх.
Но вот хозяина Мусу, не смог он всё ж простить.
Пёс был волчицею рождён в родных горах... недалеко.
Муса убил волчонка мать... не дрогнула рука.
Щенку смириться с этим так... ох, было нелегко.
Он долго ждал, смирясь с судьбой ответного броска.
Продолжение следует...
 
Гульшат
5
Долго ли - коротко ли... путь всё ж не близкий,
Азамат с псом устали, устроив привал,
Он уснул и приснились ему одалиски,
Ну а к псу сон не шёл... он на страже стоял.
Через час псом учуян был слабенький запах,
Сладковатый такой, ароматный, густой.
Он почуял угрозу... поднялся на лапы.
Но не смог пёс бороться с злодейкой -- судьбой.

Он дополз до хозяина, рухнув на грудь,
Сизоватая дымка брала в оборот.
Видно дальше закрыт на Белуху им путь,
Кто ж мог знать, что случится такой поворот.
Вот стемнело опять, пёс лежал на груди.
Азамат уж проснулся и долго страдал.
Так ломило всё тело, хоть криком кричи...
А над ними стоял... бел, как лунь аксакал.

Седовласый старик вопросил Азамата,
Что забыли они в этих странных горах?
Что им дальше нельзя... а иначе расплата,
Говорил, напуская на путника страх.
И попав в эпицентр колдовского тумана,
Вдруг мужчина забыл зачем долго так шёл.
Под волшебным воздействием злого дурмана,
Ему стало прекрасно, легко, хорошо!

Они вместе пошли за Мусой в его дом.
Азамату пришлось как-то пса называть.
Он подумал немного, сказав ему : " Том"...
Принялся пёс от радости руки лизать.
Наконец-то дошли до какой-то скалы.
Там в ней вход занавешен красивым ковром,
И не знал Азамат, что лишь шаг до тюрьмы,
Но сейчас ему верилось в это с трудом.
Продолжение следует...
 
Гульшат
4
Подбежав и запрыгнув мужчине на грудь,
Зверь улёгся свободно, стал руки лизать.
Азамат поражён был, теперь не заснуть,
Зверю он предоставил себя, как кровать.
Ночь прошла... выплывала гора из тумана.
Что-то сильно мешало свободно дышать.
Азамату мерещилось или он пьяный?
Восседала собака... ни дать и ни взять...

До мужчины дошло, что она не опасна.
Но откуда, позвольте, собака взялась?
Хотя что ж напрягаться сейчас понапрасну,
Если даже не понял какая тут масть...
Он достал из котомки кружок колбасы,
И собака уже так виляла хвостом,
Что мужчина теперь улыбался в усы,
А собака наевшись, вертелась вьюном.

Надо как- то спасать уже ногу свою,
Он пытался открыть своей палкой защелку.
Стало больно... горела она, как в аду.
Азамат вскоре понял, не будет ведь толку.
Ну а пёс... (вот откуда в нём столько ума?)
В свою пасть, будто в плен, захватив весь капкан,
Перегрыз он железо, открылась тюрьма,
И туман в этот миг вдруг исчез, как дурман...

Неужели свободен уже?.. вот так пёс!
-- Ты теперь самый добрый и верный мой друг.
-- Видишь... там вдалеке тот отвесный утёс?
-- Как забраться наверх... всего с парой- то рук?
Пёс залаял так громко, с надрывом, протяжно,
Ухватившись зубами за яркий бешмет*.
Азамат, улыбнувшись, шаг сделал отважно
И пошёл покорять неприступный Тибет**...
Продолжение следует...

*Бешмет - казахская национальная верхняя одежда, по типу кафтана или полукафтана.
**Тибет -- с недавних пор название горного Алтая.
 
Гульшат
3
Азамат, слушав старца, вставал во весь рост,
Разузнал, как быстрее пройти ко Хребту.
Может есть на Катуни какой- нибудь мост?
Обмануть захотел он злодейку -- судьбу.
Нет моста точно нет... ты возьми лучше палку,
Пригодится... в расщелину, чтоб не упасть.
Да в котомку еды... колбасу, что не жалко,
Чтоб заткнуть, если встретиться, хищнику пасть.

Сделав всё, как положено, взяв в руку посох,
Попрощался со старцем и крепко обнял.
Азамат, проходя мимо сложенных д'осок,
-- Я вернусь, только ждите -- он тихо шептал.
И пройдя длинный путь по восточному склону
Той трёхглавой священной горы Уч -- Сумер,
На коленях молился, бил долго поклоны.
И прощенья просил у своей Бекличер.

Азамат не заметил, как сразу стемнело,
Налетел, закружил злой седой ураган.
Но он путь продолжал, шёл упрямо и смело,
И попал он ногой в хитроумный капкан.
Ветер гнал в небе тучи и рвал их на части,
Полился сверху дождь, начиналась гроза.
Азамат пожалел, что не принял причастье.
С жизнью начал прощаться, глядя в небеса.

Разболелась нога... он не знал, что же делать?
Надо думать упорно, сдаваться нельзя.
И увидел во тьме... кто-то очень несмело
Зарычал... Азамата, приняв за врага.
Азамат весь напрягся, простился уж с жизнью,
Ну а зверь приближался, поближе к ноге.
-- Всё прощайте, друзья, Бекличер и Отчизна...
-- Вот и точка поставлена в нашей судьбе...
Продолжение следует...
 
Гульшат
2
День вскоре опять поменялся на ночь.
Рахман глаз не кажет, смирился с судьбою.
В Гульшат и плевали, и гнали все прочь.
Как быстро... за раз можно стать вдруг изгоем.
Она всё сносила смиренно и кротко.
Старушье лицо вмиг упрятав в никаб.
Недавно всю жизнь представляла так чётко.
Теперь поняла -- человек очень слаб.

И вот, как-то раз, через это село
Шёл старец уставший, с седой головой.
При виде Гульшат тень легла на чело,
И старец остался в селе на постой.
Его приютил паренёк, Азамат,
Отдав человеку на время кровать.
(Он был очень добрый, ведь гость, словно брат),
А сам на полу умостился поспать.

На утро чуть свет показался в окне,
Старик Азамата спросил напрямик...
О девушке... той что он видел в селе.
Ответ паренька ставит старца в тупик.
В глубинах он памяти долго искал,
Молился и плакал весь день напролёт.
И вышел наружу какой-то сигнал...
То свет промелькнул, или мысли полёт...

-- Хочешь девушку эту спасти, Азамат?
Сердцем чую... она молода, хороша!
Из деревни придётся уйти тебе брат...
Ты пойдёшь на Белуху... наверх... не спеша.
Путь не близкий, тяжёлый, опасностей полон.
Высоко - высоко на Катунском Хребте
На камнях Генцианы, что синие волны,
Их нарвёшь, донесёшь... значит сбыться судьбе....
Продолжение следует...
 
Гульшат
1
На севере... в горном чудесном Алтае,
В подножье Белухи -- Цаган -- Убугун.
На речке Катуни, что тут протекает,
Село приютилось там... Верхний Уймун.
Оно небольшое, домов этак десять.
Все знали друг друга, но жить не мешали.
У каждого парня своя на примете
Подруга... других замечали едва ли...

В селе была пара : Гульшат и Рахман.
Брала красотой и недюжинным ростом.
Для девушки был её парень -- султан.
Смириться другим с этим стало не просто.
И вот как-то утром одним у костра,
Собравшись все вместе в положенный день.
Людей в плен взяла уж такая жара...
Гульшат стало плохо... ушла она в тень.

Всё быстро случилось, у всех на глазах.
Потух сразу взгляд, да и сморщилась кожа.
Рахман растерялся, почувствовав страх,
Вмиг стала на чудище дева похожа.
О, силы Небесные, кто виноват?
Рахман пробежался по лицам вдруг взглядом :
Айгуль, Фатима, Бекличер, Азамат?
И понял, что в жёны старуху не надо.

И он отвернулся и сморщился даже.
(Как быстро на свете меняется всё).
Поняв, что ему кто-то что- нибудь скажет...
Рахман забегал уж в жилище своё.
Гульшат стало лучше, конечно, немного.
Она улыбнулась и сев у костра,
Подумала, где же Рахман... но в итоге
Уже поняла, что вдруг стала стара...
Продолжение следует...
© Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Копирование запрещено!