Гражданская лирика

Отныне стал ты кукловод.
Твори, что хочешь, Всемогуще.
Из карты сделай бутерброд,
намажь историю погуще.
Во радость обрати печаль,
нарежь по воле доказательств,
и без боязни смело жаль,
не допуская препирательств.
Создай основу всех основ,
для важного она оправа.
Никто не скажет против слов,
хоть изреки: "Прощён! Варавва!"
Слепые в мире глухоты,
по правде лживое воспето.
Быть может прав сугубо ты.
Неважно в сущности и это.
А если станут осуждать,
то повторяя многократно,
не смогут мер они принять...
Ушло былое невозвратно.

29.11.2023

За темнохвойной лесополосой
Поселок дачный щупальца из "вилл"
Протягивает к маленькой реке.
Но, поздно —
Выше по течению другой
(Такой же) стоками речушку отравил

Когда гроза нависла над страной,
И враг топтал родимые поля,
Воззвал муфтий, нарушив тишиной:
«За нами дом, за нами вся земля!»
Не ради славы, а за правый бой,
За матерей, за детский смех и свет,
Вставал народ единою стеной,
На ненависть единственно верный дать ответ.

Священный долг и общая земля,
Одна на всех отчизна и судьба.
И вера в сердце, что хранит, моля,
Вела на бой за мир и за тебя.

В одном окопе — татарин, казах,
И горец с Волги, и узбек степной.
Молитву пряча на сухих губах,
Они шли в пекло, в свой последний бой.
Шагадат Кадыров, разведки смелый сын,
Брал «языков», презрев и боль, и страх.
И вражий генерал, что был уже один,
Сдался ему, почуяв в правде крах.

И женских рук отвага так светла,
Алиме Абденанова — крымский свет.
Врагам не сдавшись, в вечность отошла,
Оставив в душах негасимый след.
Зиба Ганиева, снайпер и гроза,
Как тень скользила по вражьим тылам,
И месть святая ей слепила глаза
За каждый дом, что был отдан врагам.

Священный долг и общая земля,
Одна на всех отчизна и судьба.
И вера в сердце, что хранит, моля,
Вела на бой за мир и за тебя.

И знамя цвета алого огня
Над Рейхстагом вскинули они —
Загитов, Кошкарбаев, день за днём
Победу приближая всей земли.
Их имена вписала в сталь война,
Их подвиг вера в правду сберегла.

На Поклонной горе мечеть стоит,
Как вечный страж над павшими в боях.
Их память в сердце каждого горит,
Их души в небесах, не в прахе и цепях.

Забыты лыжи, санки и коньки,
Теперь моторы правят на земле.
В экраны смотрим мы, а не в огни,
Что раньше грели в деревенской мгле.

Доставка дроном прямо на балкон,
Такси без водителя по улицам скользит.
И умный дом, как верный гарнизон,
За нашим сном внимательно следит.

Часы считают пульс и наши шаги,
Очки покажут путь в любой туман.
Мы победили древние враги —
Болезнь и голод, страх и ураган.

Вживляем чипы, чтобы дверь открыть,
Планеты ищем в телескоп ночной.
Как удивительно сегодня жить,
В эпохе быстрой, шумной и цветной!

Прогресс шагает, не сбавляя ход,
Меняя всё привычное вокруг.
Нас ждёт великий, цифровой восход,
Где алгоритм — наш самый лучший друг.

В рассветной дымке, где арык звенит,
Где солнце плавит глину на домах,
Ташкент — как сердце, что всегда горит,
Храня тепло в своих живых руках.

Когда война обрушила беду
И Ленинград застыл в кольце зимы,
Ты протянул спасенья борозду
К тем, кто остался без семьи, без дома, без еды.

Ты стал приютом для измученных детей,
Что видели и голод, и войну.
В твоих садах, среди родных людей,
Они нашли спасенья тишину.

Пять тысяч детских судеб, глаз и рук
Ты принял в дом, под свой надёжный кров.
И каждый стал тебе как сын иль внук,
В сердцах узбеков обретя любовь.

Не просто стены — ласка и уют,
Не просто хлеб — забота и участье.
Здесь раны детские не так болят и жгут,
Здесь горе делят на большое счастье.

И помнит мир о подвиге простом:
Семья Шамахмудовых — пример для всех времён.
Тринадцать душ, спасённых отчим домом,
Где каждый был любовью окружён.

Русские, татары, еврей и казах —
Все стали здесь роднёй одной большой.
И строки Гуляма, словно солнца взмах:
«Ты не сирота, ты дома, ты живой!»

Так пусть летят года, как ветер в степь,
Но в памяти народной не умрёт:
Ташкент — ты смог детей от смерти впредь
Спасти, укрыв от самых страшных бед.

Здесь, где Волга степь ласкает,
Где рассветы в росах спят,
Городище вековое
Помнит предков строгий взгляд.

Здесь когда-то, словно птица,
Взмыл к мечетям минарет,
И базар шумел, и лица
Сотен наций видел свет.

Булгар — крепость, щит державы,
Где купцы с востока шли,
Где ковались честь и слава
На изломе у земли.

Век монгольский — боль и пламя,
Пепел, стон и горький дым...
Но из пепла, словно знамя,
Встал народ, непобедим.

И ислам пустил здесь корни,
Светом знаний озарил,
И в узорах древних камней
Времена соединил.

Булгар — память поколений,
Символ стойкости и веры.
Пусть бегут столетья тенью —
Ты живёшь вне всякой меры.

Он в школе весело смеялся,
Когда конфликт вовсю начался.
А этой раннею весной
Ушёл на фронт он, как чужой.

Боялся срочки, взял контракт,
Свершился этот горький факт.
Хотел картины рисовать,
Пришлось винтовку в руки взять.

«Отслужу — и вопрос закрою»,
Твердил он маме пред бедою.
Замполит шептал: «Ты наш герой»,
Но мать не верила порой.

«Мам, папе передай привет,
Люблю вас всех», — и связи нет.
Всё полыхает, всё горит,
Земля под берцами дрожит.

Ждала его, считала дни,
Остались в сумерках одни.
Подруга пишет: «Он в беде,
На том краю, в чужой воде».

В штабе сухо: «Сам решил»,
Будто он подвиг совершил.
«Он не солдат, он хладнокровье?» —
Кричит она, облившись кровью.

Вышла, шатаясь, в пустоту,
Видя лишь боли остроту.
Цифры в глазах — не серебро,
А слёз солёное ребро.

Правда простая — нет его,
Не осталось больше ничего.
Вместо холста — окопный дым,
Он навсегда остался молодым.

Ушёл служить в октябрьский день туманный,
В Чебаркуль путь лежал через поля.
Диплом в руках, и брак такой желанный,
Но вмиг чужою стала нам земля.

Едва приехал — сразу под давленье,
Контракт суют, твердят про СВО.
Но сын писал отказ и в том сомненья
Нет у него, не хочет ничего.

Верните сыновей домой из части,
Пусть год отслужат, как велит закон!
Не рвите жизнь на мелкие запчасти,
Услышьте матерей печальный стон!

Программист он, его умы и силы
Нужны стране в глубоком лишь тылу.
Зачем толкать детей в огонь могилы,
Сжигая их надежды как золу?

Рапорт в руках, но почерк там неясный,
Мы будем правду до конца искать.
Путь этот страшный, горький и опасный,
Не должен сын за деньги выбирать.

Верните сыновей домой из части,
Пусть год отслужат, как велит закон!
Не рвите жизнь на мелкие запчасти,
Услышьте матерей печальный стон!

Где демография и где заветы власти,
Коль гибнут те, кто должен жизнь дарить?
В тылу нужны мужские руки, страсти,
Чтоб строить мир и будущее вить.

Разорвите узы, дайте им вернуться,
Целыми домой, под мирный небосвод.
Пусть они от сна кошмарного проснутся,
Ждут их дома матери и жены....

Где же вы,
Настоящие..
Любимые, самые лучшие?!
Вселенная вас скрывает
И прячет
Наверно- за тучами
Возможно,
На дальних планетах
В созвездии Гончих Псов
Там разбираетесь с ветром
Садите, под засов
Или борьбу,
На Марсе..
Устроили там турнир
Рыцари ходят в шлемах
Мечь и копьё у них
Или луну покорили
И луноход сломался
Вас на земле заждались
Здесь, мы уже-
С компАсом..
Карты таро, Астролябия...
Всё, у нас в ход- идёт!
Ищем мы вас-
Годами уже
Поиск здесь-Нулевой!
Взяли мы-Снаряжение
Космос, мы-Победим!
Вас дорогие, хорошие
На землю
Мы-Возвратим:)))

На прополку в огород
Я шагаю смело!
Бэтман,
Я-в душе, порой
Гладиатр- целый!
Мне траву всю оборвать
Ничего не стоит
И косу не нужно брать
Я -Управлюсь в скоре!
Чудо женщина во мне
И волшебник смелый
Одним взмахом разгребет
Одуванчик зрелый
Кто там, тянет на меня?
Выходи- из строя!
Генерал, Я- на участке!
Королева-Поля!!!!

Меж домов полоска моря,
Чуть левее кипарис,
Реет парус на просторе,
Дни похоже удались,
Что планировали сбылось,
Продолжается ремонт,
Всё вокруг преобразилось,
Я не требую дисконт,
В Алсанджаке красят стены,
А в Гирне тепло насос,
Эти супер перемены,
Разрешат жилья вопрос,
Мастерам достойным браво,
Супер профи, всяк в своём,
Поработали на славу,
Жарким, продуктивным днём,
Перевешены два блока,
Все кондишены блестят,
Выполнили раньше срока,
И ещё объём хотят,
Мне такой подход по нраву,
Накопилось много дел,
Тех, что нам не на забаву,
Их решить давно хотел!

Не говорите мне где плохо,
Скажите, где прекрасней всех,
Многострадальная эпоха,
Мечтает знать, где ждёт успех,
Где нет насилия и гнёта,
Где нету воин и нужды,
Где вас не напрягает что-то,
Где тишь и блажь, но нет беды,
Есть равноправие и свобода,
Перемещаться без границ,
И даже солнце с небосвода,
Не обжигает людям лиц,
Там, на неведомых просторах,
Любой одет, и сыт, и пьян,
И все согласны, нету споров,
Спрос на приезжих постоян,
Налогов нет в счастливом мире,
Нет коммунальных платежей,
Не слышно гневных слов в эфире,
Нет вилок, кактусов, ежей,
Ну, покажите нам на карте,
Или в созвездии планет,
Тем, кто ещё сидит за партой,
Для взрослых этого уж нет,
А потому, не сотрясайте,
Прекрасный воздух бытия,
А наслаждение получайте,
От мест, где вся твоя семья!

Гроза гремит. Начало мая.
Её люблю я без проблем.
И солнцем ласковым играя
Сижу, и думаю ; зачем?

За что нам посланы все грозы,
И смерть посеяна средь них,?
Не лучше ли - тюльпаны, розы,
В твоих руках, или моих?

Зачем напрасно время тратить,
И о любви не говорить..
Да - вы хохлы, а мы - кацапы..
И что? - от этого не жить?

Один народ .. но как бы - двое..
Где брат с сестрой - не разобрать.
А с белорусами - так трое..
Славяне, в душу вашу мать..

Пора кончать самоубийство,
Подумать о душе своей..
История - она харизматична,
Всё повторяется, без проку для людей..

Поймав жестокий ветер перемен,
Где ставки стали страшными с годами,
В стране цинизма, фальши и измен
Я прорастал презрения плодами.

Я бурно рос, не думая о том,
Как бы понять себя и быть собою?
Не сознавая этого, тайком,
Я гневался дарованной судьбою.

Судьба хромая* захватила в плен,
И я, накрытый хищною стихией,
Вмиг захандрил под властью перемен
В просторах дивных, что зовут Россией!
* взято у А. и Б. Стругацких «Хромая судьба»

Мы разные, и верой и лицом,
но духом крепки и костьми не тонки.
Здесь отчий край, доверенный Творцом.
Здесь жили предки. Здесь и жить потомкам.

[Сергей Воронков]
_____________________________

Не погаснут над Русью огни,
Не ссутулятся сильные плечи.
Пусть Победы приблизятся дни,
И салютами скрасится вечер.
Тот, кто дух наш старался сломить,
Кто во лжи утопить нас пытался,
С теми в дружбе уже нам не жить.
Он врагом нашим вечным остался.

Я не знаю молитвенных слов,
Страстных од не пою, но я знаю,
Ты прошла через толщу веков
Русью Белой, Большою и Малой!
Враг не в силах тебя поделить,
Никому того права не дадено.
Русь усталую нужно любить,
Помогать всей душою и радовать!

Пусть развеется тягостный дым,
Что туманом окутал рассветы.
Мы стоим, и мы духом тверды,
И любовью к Отчизне согреты.
А Россия свой путь обретёт
Силой воли, не страхом и снами.
Звук грядущего песней плывёт,
Мощь и разум нам служат крылами.

Пусть наш дом будет светлым внутри,
И улыбчиво детство без страха.
Пусть красиво горят фонари,
Пусть закаты малиною пахнут.
Пусть парящий орла силуэт
Охраняет российское небо.
Наш маяк – золотистый рассвет,
Что мечты превращает в победы!

Нам нужна благодарная Русь,
В доброте её сила и стойкость.
Я без устали Русью горжусь,
Её славным народом геройским.
Жить врагам вопреки... Русский ход.
Пусть упал, но опять будут взлёты.
Он неистовый — русский народ,
Он всегда наберёт обороты!



10.10.2023г.

1
Когда у науки кончаются силы,
приходит на помощь искусство
Поэты работают до самой могилы
Бегают, словно голодные мангусты
по разным сайтам, по редакциям,
пытаясь схватить за хвост удачу
А учёные валяются на пляже в прострации
или цветы выращивают на даче

2
Когда устаёт художник,
подкрадывается учёный
Начинает жертвенный колебать треножник,
жертвенным дымом закопчённый
Художник оживляется,
пытается учёного лирой отогнать
Вдохновение возвращается -
вновь поэт принимается поэмы о любви сочинять

Отец, ну сколько можно пить?
Тебе не двадцать лет уже.
Пора о горькой бы забыть,
Чтобы не падать в кураже.

Ведь не один на этом свете,
Открой глаза и посмотри.
Есть у тебя жена и дети,
Переживание их пойми!

Быть может скучно стало жить,
Что ищешь истину в вине?
Смог деда больше пережить,
За это поклонись судьбе.

Вперёд бездумно гонишь стрелки,
В календаре своих часов.
У пьяниц помыслы все мелки,
Лишившись всяческих основ.

Довольно зря здоровье рушить,
Не опускайся же до дна.
Бутылка может обездушить,
А жизнь даётся лишь одна.

Печальный сказ... Поймёт лишь тот, кто любит,
Кто к малым братьям сердцем прикипел.
Тот случай память до сих пор голубит,
И слёз поток ещё не оскудел.

Был день обычный, хлопоты и птица,
Вода в поилках, мирный гул двора...
Заставил лай истошный всполошиться,
Предчувствие шепнуло мне: "Беда".

Я бросила дела, рванулась к крику,
И замерла — застыла в жилах кровь:
Там пёс терзал в безумстве диком, лихо,
Мою беду, надежду и любовь.

Я палкой пса гнала, в слезах рыдая,
Кота отбила... Боже, это он!
Снежок мой, синева его живая,
Глаза, в которых неба небосклон.

Белейший мех теперь багряно-алый,
Безжалостно подкошена судьба.
Смерть подошла, его дыханье встало,
И бесполезна вся моя мольба.

Сломала злоба лапки и опору,
Я подняла его — он легче льна...
К груди прижала, чувствуя: не скоро
Залечит рану эта тишина.

В его глазах — бездонных, словно море,
Застыла вдруг хрустальная слеза.
Мой белый снег... Моё немое горе...
Навек закрылись синие глаза.

октябрь 2016.

Раздался выстрел в тишине,
Из рук упала на пол кружка,
О важном разговоры на войне,
Над головами пролетела сушка.

Разлитый кофе на полу,
Осколки перемешаны слезами,
Как можно убивать мечту,
С которой ты знаком глазами.

Завяла на окне сирень,
И птицы перестали петь ночами,
Нет это вовсе не мигрень,
А то что происходит с нами.

Жаль стала для меня врагом,
По целям лупишь хлёстко,
В руины превратился дом,
И выражаться стали жёстко.

Ты смотришь на меня в прицел,
И думаешь надеюсь о хорошем,
Когда-то я дружить хотел,
И ты испытывала чувства тоже.

Последний выстрел в тишине,
И кровь сочится больно жутко,
Любви нет места на войне,
Два снайпера заснули будто.

Молчат могильные кресты,
Умоются с утра дождями,
Стоят дубовые гробы,
А раньше пели песни вечерами.

Всё прощая

Твои стукачи благодушно дожи́ли,
до почести, внуков, клубничных долин.
А ты остаёшься с ошмётками гнили,
с застиранной скромностью тёмных седин.

Жуком ковырнёшь своё прошлое в иле,
трёх истин простых, не желая понять.
На грабли наступишь, где все проходили
и в лагерь далёкий уедешь опять.

Тебе не дано покривить свои струны.
Хотя, заржавели и глухо звучат.
Там снегу по пояс, там урки, там гунны,
но кровь остаётся везде горяча.

Внутри, под покровомами, спрятано, скрыто,
тряпьём, тощей кожей, не знают врачи.
Как прежде, как раньше, настойчиво- тихо,
собой остаёшься и думаешь жить.

Уехать на север, в Москву и глубинку,
а всё не сумеешь порвать поводок.
Твои стукачи собирают поминки,
в клубничных долинах, готовится сок.

А варево сладкое дышет елеем,
настойчиво близкое море звучит.
И едут к твоим палачам по аллеям,
спеша и прощая, врачи.

5.2026.