Детское творчество

Печаль - одна из главных эмоций Райли
Она имеет синую кожу
И очки
Умеет превращать воспоминания грустными
Сама она печаль и грустная

Будто бы заплачет
Одевая белый свитер и черные тапочки
Заставляя Райли плакать и грустить
Любит дожди

Всегда плачет и грустит.
Будто, тоскует по ночам
И горько плачет под подушку

Радость самая первая эмоция Райли
С самых первых дней,
Она здесь

Следит, чтобы она была счастлива
Радостные моменты пробуждает
Сама она радостная личность
Светлая и замечательная

С короткими синими волосами
И с зелёным платьем
Сияет жёлтым сиянием
Словно самая главная эмоция

Умеет смеяться и радоваться
Ведь она самая счастливая эмоция
Радостная и милая личность

Вместе с ней можно всегда улыбаться
Вместе с ней можно всегда быть счастливой
Вместе с ней можно всегда быть радостной девочкой
Милой и доброй
А самое главное, хорошей девочкой.

Глава 3: Вечерний гость и лесная доброта

Солнце уже почти спряталось за горизонт, когда Пых подошёл к большой норе под старым дубом. Там, на пороге своего уютного дома, сидел старый барсук Борис. Борис был очень чистоплотным зверем. Знаешь ли ты, что барсуки — одни из самых аккуратных жителей леса? Они постоянно чистят свои норы и даже делают специальные «подстилки» из свежей травы, которые регулярно меняют.
Борис выглядел немного грустным. Его лапы сегодня болели, и он не успел сходить за грибами к дальнему оврагу. Пых, заметив соседа, подошёл поближе, опираясь на свою верную палочку-выручалочку.

— Добрый вечер, дядя Борис! — вежливо пропыхтел Пых. — Смотрите, сколько грибов мне подарили бельчата. Я один столько не съем, возьмите половину для своего вечернего супа!
Пых ловко снял с палочки самые крупные и ароматные сушёные грибы. Барсук заулыбался, и его маленькие глазки-бусинки заблестели от радости.
— Ох, спасибо тебе, Пых! Ты настоящий друг. Мои лапы сегодня совсем подвели меня, а грибной суп — моё любимое лакомство перед сном.
Интересный факт: барсуки, как и ежи, впадают в зимний сон, но их сон не такой глубокий. В тёплые зимние дни барсук может даже проснуться и ненадолго выйти из норы.
— Позволь мне помочь тебе прибраться у входа, — предложил Пых. С помощью своей палочки он быстро выгреб сухие ветки и лишние камни от входа в нору барсука, работая ею как маленькой метлой. Борис был тронут такой заботой. В лесу очень важно помогать друг другу, ведь вместе легче пережить любые холода.
Когда работа была закончена, Пых попрощался с другом. Он шёл к своему дому, чувствуя приятную тяжесть в лапках и тепло в сердце. Его палочка-выручалочка сегодня помогла мышонку, бельчатам и старому барсуку. Оказалось, что даже обычная ветка в руках доброго и умного ёжика может творить настоящие чудеса.
Пых добрался до своей норки под елью, свернулся клубочком в мягких листьях и сладко заснул, зная, что завтра будет новый день и новые добрые дела.

Глава 2: Высокий урожай и ловкий маневр
Пых бодро зашагал в сторону Ореховой поляны. Его маленькие лапки быстро мелькали в траве, а палочка-выручалочка весело постукивала по корням. Вскоре он услышал шум, гам и весёлое цоканье — это бельчата прыгали по веткам лещины.
— Ох, дядя Пых! — воскликнула самая шустрая белочка по имени Рыжинка. — Орехов так много, но самые спелые и крупные висят на самых кончиках тонких веток. Мы боимся туда прыгать, ветки гнутся и качаются!
Пых посмотрел вверх. Действительно, гроздья лесных орехов манили своим коричневым глянцем, но достать их было непросто. Знаешь ли ты, что белки — настоящие чемпионы по прыжкам? Они могут прыгнуть на расстояние в двадцать раз больше длины своего тела! Но даже таким ловкачам нужна осторожность.
— Не волнуйтесь, друзья, — рассудительно пропыхтел ёжик. — Моя палочка длинная, а я стою крепко на земле. Я буду подтягивать ветки к вам, а вы — собирать орешки.
Пых зацепил крючковатым сучком на конце палочки гибкую ветку лещины и плавно притянул её вниз. Бельчата мигом облепили ветку, быстро перегрызая плодоножки своими острыми зубками.
Интересный факт: зубы у грызунов и ежей растут всю жизнь, поэтому им важно что-то грызть, чтобы они не стали слишком длинными!
Работа закипела. Пых работал палочкой как настоящим рычагом. Благодаря его смекалке, корзинки бельчат наполнились до краёв всего за час.
— Ура! Теперь нам хватит запасов на всю зиму! — радовались малыши. В благодарность они угостили Пыха сушёными грибами, которые он аккуратно нанизал на свою палочку, чтобы удобнее было нести домой.
Солнце начало клониться к закату, окрашивая лес в золотистые тона. Пых почувствовал, что воздух становится прохладнее. Ежи очень чувствительны к холоду, и когда температура падает, они начинают искать место для глубокого сна — спячки.

Пых был не просто ёжиком, а настоящим лесным мудрецом. Пока другие ежи просто бегали по тропинкам, Пых изучал травы и всегда помогал друзьям советом.
Однажды утром, когда роса ещё блестела на паутинках, Пых отправился к Старому Ручью. Знаешь ли ты, что ёжики — отличные пловцы? Но Пых не любил мочить свои иголки без нужды. У берега он увидел длинную, ровную и очень крепкую палочку из орешника. Она была гладкой, словно её специально отполировала сама природа.
— Вот это находка! — пропыхтел Пых. — Это будет моя палочка-выручалочка.
В лесу как раз наступила пора перемен. Птицы готовились к перелёту, а лесные жители собирали запасы. Пых знал, что ёжики не носят яблоки на спинах, как рисуют в книжках — это лесной миф! На самом деле мы, ежи, переносим в свои норки сухие листья и мох, накалывая их на иголки, чтобы сделать постель тёплой. А едим мы насекомых, улиток и иногда ягоды.
Пых взял палочку и пошёл по тропинке. Вдруг он услышал жалобный писк. Это был маленький мышонок Тишка, который застрял в глубокой ямке после дождя. Стенки ямки были скользкими, и кроха не мог выбраться.
— Не бойся, Тишка! — крикнул Пых. — Хватайся за мою палочку!
Ёжик аккуратно опустил один конец палочки в яму. Мышонок вцепился в неё лапками, и Пых, уперевшись лапами в мох, вытянул друга на свободу.
— Спасибо, дядя Пых! Твоя палочка и правда выручалочка! — пропищал мышонок и убежал к маме.
Пых улыбнулся. Он знал, что впереди ещё много дел, ведь лес полон сюрпризов. Он поправил свою палочку и отправился дальше, к высокой горе, где жила старая сова.

​Глава 1. Домик с деревянной трубой
​На самой окраине старого дачного посёлка, у самого края берёзовой рощицы, стоял необычный маленький домик. Стены его были сложены из толстых сосновых брёвен, которые пахли смолой и сухой хвоей, а из небольшой деревянной трубы на крыше по вечерам вился пушистый, весёлый белый дымок.
​Это была баня. Но не простая, а волшебная, потому что в ней жил крошечный дух по имени Банничек.
​Банничек был совсем не похож на тех грозных, сердитых банников, о которых рассказывают в старых страшных сказках. Напротив, он был самым добрым и уютным существом на свете. Ростом он был чуть больше спелой сосновой шишки, носил мягкую жилетку из зелёного лесного мха и пушистую шапочку, свалянную из овечьей шерсти, чтобы защищать голову от сильного жара. Вместо бороды у него рос мягкий белый пушок, похожий на одуванчик, а глаза светились тёплым, янтарным светом, как угольки в хорошо протопленной печи.
​Обязанностей у Банничка было немало. Пока люди кололи дрова и носили в больших вёдрах прохладную колодезную воду, малыш хлопотал внутри. Он проверял, хорошо ли нагрелись круглые речные камни на печке, следил, чтобы берёзовые и дубовые веники стали мягкими и душистыми, и, самое главное, заготавливал Волшебный Пар.
​Дело в том, что Банничек умел делать особый пар — исцеляющий, или, как он сам его называл, «пар-утешитель». Он знал, что люди и лесные звери приходят в баню не просто для того, чтобы смыть грязь с лапок и щёчек. Они приходят, чтобы смыть с себя грусть и усталость. За целый день, а иногда и за целую неделю, у каждого накапливалось много тяжёлого: обиды, усталость, злые мысли, страхи или мелкие тревоги. Всё это оседало на плечах невидимым, колючим грузом.
​И только Банничек знал, как растопить эти колючки.
​Глава 2. Колючий денёк Ежонка
​Однажды осенним вечером, когда небо над посёлком затянуло тяжёлыми свинцовыми тучами, а холодный ветер стал срывать последние золотые листья с берёз, Банничек сидел на верхней деревянной полке и пил чай из сушёной земляники. В печке уютно потрескивали берёзовые дрова, отдавая своё тепло камням.
​Вдруг в предбаннике раздался тихий, жалобный шорох. Кто-то несмело скребся в дверь.
​Банничек спрыгнул с полки, поправил свою моховую жилетку и приоткрыл тяжёлую дубовую дверь. На пороге, свернувшись в плотный клубок, сидел маленький лесной Ежонок. Но что-то с ним было не так. Его иголки, обычно аккуратные и гладкие, сейчас топорщились в разные стороны, а сам он мелко дрожал.
​— Ох, батюшки, — всплеснул ручками Банничек. — Да ты же совсем замёрз, малыш! Заходи скорее, у меня как раз печка набрала самую силу. Что с тобой приключилось?
​Ежонок несмело зашёл в тепло, присел на низкую скамеечку, но не развернулся. Из клубка иголок показался лишь маленький, мокрый чёрный носик.
​— Я... я сегодня поссорился со своей лучшей подружкой Белочкой, — тихо прошептал Ежонок, и из его глаза выкатилась крупная слезинка. — Мы не поделили красивый гриб-боровик. Я разозлился, наговорил ей обидных слов, а она убежала. И теперь у меня внутри как будто поселился огромный, холодный камень. Он давит мне на грудь, мешает дышать, а мои иголки стали такими колючими и тяжёлыми, что я даже ходить устал. Мне кажется, я самый плохой ёж на свете.
​Банничек понимающе кивнул. Он часто видел такое у людей и зверей. Обида и злость всегда превращаются внутри в холодные камни, от которых тяжелеет всё тело.
​— Ну-ну, не плачь, — ласково сказал Хранитель пара. — Ты совершил ошибку, это бывает. Но твоё сердце помнит добро, раз тебе так грустно. Садись-ка повыше на деревянный полок, закрывай свои глазки. Сейчас мы будем твой камень растапливать.
​Глава 3. Рождение Лавандового Пара
​Ежонок послушно забрался на гладкие, нагретые доски. Банничек подошёл к печке, взял большой деревянный ковш, украшенный резными узорами, и зачерпнул из чана горячей воды, в которой целый час настаивались цветы сушёной лаванды и листья лесной мяты.
​— Ну, камни-богатыри, помогайте! — негромко произнёс Банничек и плеснул воду прямо на горячие, круглые речные камни в печке.
​Камни только этого и ждали! Они весело и громко зашипели на весь домик: «Пш-ш-ш-ш!»
​В ту же секунду над печью взвилось облако густого, белого, пушистого пара. Он был похож на мягкое облако, которое спустилось с неба прямо в баню. Воздух мгновенно наполнился удивительным ароматом — сладким, успокаивающим запахом лаванды и прохладной свежестью мяты.
​Пар медленно поднялся к потолку, а затем мягким, тёплым одеялом начал опускаться на Ежонка.
​— Дыши глубже, малыш, — шептал Банничек, плавно взмахивая берёзовым веником, чтобы разогнать тепло по комнате. — Вдыхай носом тёплый воздух, а выдыхай всю свою грусть.
​Ежонок закрыл глаза и сделал первый осторожный вдох. Тёплый лавандовый пар мягко коснулся его носика, проник внутрь и окутал тот самый холодный, тяжёлый камень обиды, который давил на грудь. С каждым новым вдохом Ежонку казалось, что пар бережно, словно мамины лапки, обнимает его изнутри.
​«Пш-ш-ш-ш», — плеснул Банничек ещё полковша.
​И произошло чудо. Тяжёлый камень внутри Ежонка начал таять и превращаться в обычную тёплую водичку. Ежонок почувствовал, как его сердитые, колючие иголки стали опускаться и становиться мягкими-мягкими. Они больше не торчали от злости во все стороны, а ровно и гладко легли на спинку. Напряжение, которое сковывало маленькое тело весь день, уходило вместе с каплями пота, которые выступали на его лбу.
​— Ой, — удивленно выдохнул Ежонок, открывая глаза. — Мне... мне больше не тяжело. Камень исчез! И мне совсем не хочется больше злиться на Белочку. Завтра утром я обязательно пойду к ней, принесу самый большой орех и попрошу прощения.
​— Вот и молодец, — улыбнулся Банничек. — Настоящая сила не в том, чтобы никогда не ошибаться, а в том, чтобы уметь вовремя исправить глупость. А теперь давай-ка я тебя веничком побалую, чтобы окончательно всю усталость выгнать.
​Банничек взял мягкий берёзовый веник, смоченный в тёплой воде, и начал легонько, ритмично похлопывать Ежонка по спинке: «Шлёп-шлёп, тук-тук». Это было так приятно, что Ежонок зажмурился от удовольствия. Вместе с этими лёгкими ударами из его мыслей улетали последние остатки колючего, неудачного дня.
​Глава 4. Ритуал очищения
​После хорошего пара Банничек облил Ежонка чистой, тёплой водой из большого деревянного ковшика. Вся прошлая грусть уплыла вместе с водой в щели между половыми досками, прямиком в землю, которая умеет перерабатывать любые плохие эмоции в добрую силу для будущих цветов.
​Малыш завернул согревшегося Ежонка в большое, пушистые льняное полотенце и усадил в предбаннике, где на столе уже стоял пузатый самовар.
​— Держи-ка, друг, — Банничек протянул Ежонку большую чашку липового чая с ложкой золотистого мёда. — После бани надо обязательно пить много тёплого, чтобы вернуть организму чистую силу.
​Ежонок пил сладкий чай маленькими глотками, чувствуя, как по всему его телу разливается приятное, сонное тепло. Ему стало так уютно и хорошо, что глазки сами стали слипаться...
​— Спасибо тебе, дедушка Банничек, — пробормотал уходящий в сон Ежонок, сворачиваясь на мягкой лавочке в уютный, мирный клубочек. — Теперь я знаю, где живёт самое доброе тепло...
​Банничек тихонько укрыл гостя краем полотенца, потушил свечу в предбаннике и вернулся в жаркую мыльную комнату.
​Печка всё ещё отдавала тепло. Малыш подбросил в топку последнее полено, закрыл чугунную дверцу и сел на скамеечку. На душе у Хранителя пара было спокойно и радостно. Он знал, что сегодня его маленькая баня спасла ещё одну дружбу и подарила покой маленькому сердцу.
​За окошком бани шумел холодный осенний ветер, капли дождя стучали по стеклу, но внутри, за толстыми сосновыми брёвнами, царил абсолютный, нерушимый мир. Пар постепенно рассеивался, унося с собой в небо, через деревянную трубу, растворившиеся детские обиды, превращённые великой силой тепла и доброты в чистые, лёгкие белые облака.
​Каждую ночь, когда над дачным посёлком зажигаются звёзды, Банничек засыпает на своей верхней полке, зная: пока в его печи горит огонь, а на камни капает ароматная вода, ни одна колючая мысль и ни один холодный камень не смогут устоять перед силой тёплого пара. А далеко в лесу спят маленькие зверята и люди, которым завтра предстоит проснуться лёгкими, добрыми и готовыми к новым счастливым дням.

Срочно вызывает Мойдодыр,
Чтоб всё очистили начисто до дыр!
Вставайте, щётки, мыло и мочалки,
Нам наводить порядок здесь не жалко!
В атаку двинулись тазы и порошок,
Чтоб заблестел до глянца ремешок,
Чтоб смыть пятно, налёт и всю рутину,
И разогнать по углам паутину.
Взлетели к небу мыльные шары,
И зазвучали марши из норы:«Да здравствует мыло душистое,
И полотенце пушистое!»
И трут, и трут до скрипа, добела,
Команда мыльная на штурм пошла.
Ни крошки, ни пылинки не оставим,
Сиять весь мир от чистоты заставим!

Муравей Тим и тайна старого пня

Глава I. Маленький муравей

На солнечной лесной опушке, под старой раскидистой берёзой, стоял большой муравейник. Он был похож на настоящий подземный город. Под землёй тянулись длинные коридоры, соединявшие просторные комнаты, кладовые и маленькие уютные гнёзда.

С самого раннего утра в муравейнике начиналась работа. Одни муравьи отправлялись собирать семена, другие ремонтировали стены, третьи ухаживали за маленькими муравьями. Каждый знал своё дело и старался выполнить его как можно лучше.

Среди жителей муравейника жил маленький муравей по имени Тим.

Он был ещё молодым, поэтому ему поручали не самые сложные задания. Но Тим очень хотел однажды стать настоящим разведчиком.

Больше всего на свете он любил исследовать лес.

— Тим, опять ты смотришь вдаль? — однажды спросил его друг Пушок.

— Конечно! — ответил Тим. — Представляешь, сколько всего есть за нашей опушкой? Там ручей, высокая гора, старый дуб и ещё неизвестно что!

— А вдруг там опасно?

Тим задумался.

— Тогда мы будем осторожными.

Пушок вздохнул:

— Я уже знаю, что однажды ты обязательно попадёшь в какую-нибудь историю.

И он оказался прав.

Глава II. Золотой листочек

Однажды после сильного ночного дождя Тим отправился вместе с Пушком к дальнему краю опушки.

Земля была влажной, на траве блестели капельки воды, а между деревьями пахло свежестью.

Вдруг Тим заметил под кустом необычный блеск.

— Стой! — крикнул он Пушку. — Там что-то есть!

Муравьи подошли ближе.

На мокрой земле лежал маленький золотистый листочек.

— Наверное, это просто кусочек сухого листа, — сказал Пушок.

Но Тим осторожно перевернул находку.

На обратной стороне были нанесены крошечные знаки.

Там изображались муравейник, дерево, ручей и странная стрелка.

— Это карта! — удивлённо сказал Тим.

— Карта чего?

— Не знаю. Но давай разберёмся.

Стрелка указывала в сторону старого пня, который стоял на краю лесной тропинки.

Пушок посмотрел на него и поёжился.

— Мне этот пень никогда не нравился.

— Почему?

— Не знаю. Просто он какой-то… слишком старый.

Тим улыбнулся:

— Значит, там точно что-то интересное.

Они отправились к пню.

Глава III. Старый тоннель

За пнём друзья обнаружили небольшую щель в земле.

Из неё тянуло прохладным воздухом.

Тим осторожно заглянул внутрь.

— Здесь тоннель!

— Может, лучше вернёмся и позовём взрослых?

Тим немного подумал.

— Хорошо. Сначала посмотрим только возле входа.

Они пробрались внутрь.

Тоннель оказался намного больше, чем казалось снаружи. Его стены были покрыты следами старых муравьиных ходов. Некоторые места обвалились, а кое-где между камнями проросли тонкие корешки.

Через несколько минут друзья услышали тихий голос:

— Кто там?

Тим остановился.

Из-за большого камня появился очень старый муравей.

— Не бойтесь, — сказал он. — Меня зовут Корн.

— А вы здесь живёте? — спросил Тим.

— Когда-то жил. Очень давно.

Старик рассказал, что много лет назад в этих тоннелях находилась большая муравьиная колония.

Но однажды подземный источник, который давал им воду, исчез. Муравьям пришлось переселиться.

— А потом сюда никто не возвращался? — спросил Тим.

— Никто.

Тим показал ему золотой листочек.

Старик Корн долго смотрел на него, а потом удивлённо произнёс:

— Я думал, эта карта потеряна навсегда.

— Вы знаете, что на ней?

— Конечно. Это путь к источнику.

Глава IV. Тайна источника

Корн объяснил друзьям, что источник не исчез. Его просто перекрыл большой каменный завал.

— Если расчистить старый проход, вода снова сможет попасть в тоннели.

— Значит, мы должны попробовать! — воскликнул Тим.

Пушок посмотрел на него:

— А если завал слишком большой?

— Тогда позовём помощь.

Тим и Пушок побежали в муравейник и рассказали обо всём старшим муравьям.

Сначала им не поверили.

— Старые тоннели давно заброшены, — сказал один из муравьёв.

Но Тим показал золотой листочек.

Тогда все решили проверить его рассказ.

На следующий день к старому пню отправилась целая команда.

Муравьи начали расчищать тоннель.

Одни выносили песок.

Другие переносили маленькие камни.

Третьи укрепляли стены.

Работа была тяжёлой, но никто не жаловался.

Тим трудился вместе со всеми.

Пушок заметил, что под одним из камней земля стала влажной.

— Тим! Смотри!

Они позвали старших.

Муравьи осторожно убрали камень.

Из маленькой щели показалась капелька воды.

Потом ещё одна.

А затем послышалось тихое журчание.

— Вода! — радостно закричал Тим.

Но радоваться было рано.

За следующим поворотом тоннель оказался полностью перекрыт.

Глава V. Большая работа

Перед завалом муравьи остановились.

Камней было так много, что даже самые сильные не могли убрать их быстро.

— Нам понадобится несколько дней, — сказал старший муравей.

— А разве мы не можем работать всю ночь? — спросил Тим.

— Уставшие муравьи работают хуже. Нужно отдыхать.

Тим согласился.

Работа продолжалась несколько дней.

Каждое утро муравьи приходили к старому пню и принимались за дело.

Постепенно завал становился меньше.

Но однажды ночью прошёл сильный дождь.

Утром Тим прибежал к тоннелю и увидел, что часть стены осыпалась.

— Всё пропало! — расстроился Пушок.

Тим тоже сначала загрустил.

Однако старый Корн сказал:

— Не спешите сдаваться. Иногда препятствие показывает нам другой путь.

Тим снова посмотрел на карту.

На ней была нарисована маленькая боковая линия.

— А что, если источник можно обойти?

Муравьи начали исследовать боковой тоннель.

Он оказался узким, но постепенно расширялся.

Через некоторое время они услышали громкое журчание.

Перед ними открылась небольшая подземная пещера.

В центре пещеры бил настоящий источник!

Чистая вода собиралась в маленьком каменном углублении и стекала дальше.

— Мы нашли его! — обрадовался Тим.

Но вода пока не могла попасть в старые тоннели.

Оставалось последнее препятствие.

Глава VI. Вместе можно всё

Муравьи собрались возле источника.

Нужно было расчистить небольшой проход, который выводил воду к старому муравейнику.

Все принялись за работу.

Тим переносил песчинки.

Пушок вытаскивал мелкие камушки.

Старый Корн руководил работой.

К вечеру проход был почти готов.

И вдруг одна большая песчинка сорвалась со стены и перекрыла воду.

— Только не это! — воскликнул Пушок.

Но Тим не растерялся.

— Все сюда! Нужно убрать её вместе!

Десятки муравьёв собрались возле камня.

Они толкали его со всех сторон.

Раз.

Два.

Три!

Камень наконец сдвинулся.

Вода хлынула по тоннелю.

Сначала тонкой струйкой, потом всё быстрее.

Она побежала по старому руслу и направилась к муравейнику.

Муравьи радостно загудели.

Старый подземный город снова ожил.

В кладовых стало прохладнее, в тоннелях появилась свежесть, а возле новых ручейков муравьи устроили маленькие водные площадки.

Старый Корн смотрел на всё это и улыбался.

— Я дождался этого дня.

Глава VII. Настоящий разведчик

Когда все вернулись домой, старшие муравьи устроили маленький праздник.

Тиму вручили особый знак разведчика — крошечную светлую бусинку.

— Ты заслужил её, — сказал старший муравей. — Ты проявил смелость, но самое главное — ты понял, что одному справиться почти невозможно.

Тим улыбнулся.

— Я бы ничего не сделал без Пушка и остальных.

Пушок гордо расправил усики.

— Наконец-то ты это признал!

Все рассмеялись.

С тех пор старый пень больше никто не считал мрачным и бесполезным.

Рядом с ним муравьи проложили новую безопасную дорогу.

А старые тоннели снова стали частью их подземного города.

Золотой листочек они положили в специальную комнату и хранили как память о том, как была найдена вода.

А Тим действительно стал разведчиком.

Он по-прежнему любил путешествовать и задавать вопросы.

Но теперь перед каждым новым приключением он обязательно говорил:

— Сначала узнаем дорогу, потом позовём друзей, а уже потом отправимся в путь!

И каждый раз Пушок отвечал:

— Вот теперь ты настоящий разведчик.

А далеко под старым пнём продолжал журчать маленький подземный источник, напоминая всем муравьям о том, что даже самая маленькая капля способна оживить целый мир, если её не потерять.

Хранитель изумрудного сада

Глава I. Златопуз — хранитель сада

Жил на свете обычный садовый уж по имени Златопуз. Он был красив той особой, благородной красотой, которой природа наделяет лишь избранных обитателей травостоя: его чешуя отливала глубоким матовым изумрудом, переливаясь на солнце искрами расплавленного янтаря, а по бокам головы красовались аккуратные, словно брызги солнечного света, ярко-жёлтые пятна.

Златопуз не был диким зверем, избегающим людей. Напротив, он давно уже облюбовал старый заброшенный фундамент под раскидистым кустом терновника на уютном, ухоженном дачном участке.

Люди, владевшие этим клочком земли — трудолюбивая семейная пара средних лет и их сообразительная девятилетняя дочурка Софийка, — относились к соседу по даче с редким для дачников пониманием.

Поначалу, конечно, мама вздрагивала при виде любого извивающегося существа, но папа быстро объяснил ей, что ужа бояться не стоит: он не ядовит, полезен, истребляет медведок, мышей и слизней, а главное — приносит в сад гармонию.

Софийка же и вовсе обожала Златопуза. Она часто приносила ему блюдечко с парным молоком, которое уж с удовольствием лакал, грациозно опуская голову, а взамен позволял тихонечко гладить себя по прохладной, гладкой спине.

Уж жил припеваючи, чувствуя себя полноправным хозяином травяных джунглей, охраняющим дачные владения от мелких вредителей.

Дни текли размеренно и безмятежно. Утром Златопуз выползал на прогретый солнцем деревянный настил веранды, грел свои заспанные бока, а затем отправлялся патрулировать грядки с клубникой и молодыми кабачками.

Хозяева улыбались, замечая его неспешные перемещения, и ласково приговаривали:

— Ну вот, наш сторож на посту, урожай будет в безопасности.

Глава II. Незваная гостья

Но однажды августовским вечером, когда солнце уже лениво клонилось к закату, окрашивая небо в багряные и лиловые тона, в привычный уклад сада ворвалась чужая, тяжёлая и зловещая тень.

Воздух вдруг стал густым, спертым и неприятно пахнущим прелой гнилью и холодной болотной тиной.

Златопуз, мирно дремавший в тени прохладной бочки с дождевой водой, мгновенно насторожился. Его раздвоенный язычок затрепетал быстрее обычного, улавливая в потоках ветра чужеродные, ядовитые флюиды.

Из-под покосившегося забора, там, где густой кустарник переходил в неухоженный бурьян заброшенного соседнего участка, высунулась плоская, треугольная голова.

Это была Стефания — огромная, массивная степная гадюка. Её чешуя была грязно-песочного цвета с отчётливым зигзагообразным тёмным узором вдоль хребта, а мутные, холодные глаза излучали древнюю, слепую злобу и голод.

Стефания не любила этот сад за его ухоженность, но её привлекало тепло человеческого жилища и обилие мелкой живности, обитавшей вокруг хозпостроек.

Чужеродная гостья бесшумно вползла на участок, оставляя за собой широкий, лишённый жизни след на бархатной траве.

Златопуз понял: миру на участке пришёл конец. Если эта тварь обоснуется здесь, пострадают не только лягушки и ящерицы, но в первую очередь — люди.

Гадюка была агрессивна, ядовита и не собиралась делить территорию с мирным ужом.

Более того, Софийка как раз собиралась выбежать во двор, чтобы забрать оставленную на качелях любимую куклу.

Глава III. Опасная встреча

Сердце ужа забилось где-то в районе горла. Он был вдвое меньше хищницы, не имел смертоносных клыков, наполненных парализующим ядом, и не обладал той звериной жестокостью, которая двигала гадюкой.

Но у него было то, чего не было у чужатки, — любовь к этому дому, преданность своим людям и отважное, благородное сердце.

Златопуз бесшумно скользнул по зарослям мяты и перерезал путь Стефании у самой теплицы, преградив ей дорогу к крыльцу, где уже раздавался весёлый смех Софийки.

Гадюка остановилась, лениво изогнув массивное тело в виде пружины. Её чёрные зрачки сузились до тонких вертикальных нитей.

Она презрительно шипела, выпуская струи удушливого воздуха, и медленно покачивала плоской головой, оценивая дерзкого смельчака.

— Убирайся в своё болото, полосатый червяк, — прошипела Стефания голосом, напоминавшим шуршание сухих листьев по асфальту. — Этот сад теперь мой. Здесь много тепла, а те двуногие создания станут прекрасными игрушками для моих зубов. Я заползу прямо в их дом, когда они уснут.

— Не бывать этому! — ответил Златопуз, хотя его голос звучал тише, но твёрдо и решительно. — Этот сад защищён добром. Здесь нет места твоей злобе. Уходи добровольно, пока я прошу об этом.

Гадюка лишь расхохоталась — мерзким, утробным шипением.

Она молниеносно выбросила вперёд своё тяжёлое тело, целясь острыми, сочащимися желтоватой отравой зубами прямо в голову ужа.

Златопуз едва успел увернуться. Молниеносный бросок вспорол воздух в сантиметре от его левого бока, оставив на земле небольшую ямку.

Глава IV. Схватка у теплицы

Началась страшная схватка. Силы были неравны. Гадюка превосходила ужа в массе, силе и боевом опыте.

Она наносила удар за ударом, пытаясь зажать Златопуза в тиски между фундаментом теплицы и тяжёлым цветочным горшком.

Уж крутился волчком, используя всю свою природную гибкость и знание каждой травинки на родном участке. Он то уходил под деревянные доски, то выныривал с неожиданной стороны, отвлекая внимание монстра.

Одна из атак Стефании оказалась особенно опасной. Её клыки скользнули по хвосту Златопуза, и жгучая, обжигающая боль пронзила всё тело.

Яд, к счастью, не попал в жизненно важные артерии, так как уж успел резко отдернуться, но хвост онемел, лишив его прежней скорости.

Кровь закапала на зелёную траву, окрашивая её в тёмный цвет.

Стефания торжествующе зашипела, чувствуя победу. Она приподнялась над землёй почти на треть своего туловища, готовя смертельный удар в самую макушку защитника.

В этот момент на крыльце хлопнула дверь. На пороге показалась Софийка. Она держала в руках куклу и собиралась сделать шаг в сторону сада, заметив странную возню у теплицы.

— Папа, смотри, какие-то змейки играют в догонялки! — звонко крикнула девочка, ещё не понимая смертельной опасности.

Глава V. Подвиг Златопуза

Златопуз понял: если он сейчас отступит, девочка погибнет.

Внутренний страх исчез, уступив место звенящей, кристальной решимости.

Собрав последние силы, превозмогая боль в парализованном хвосте, уж совершил то, чего гадюка совершенно не ожидала.

Вместо того чтобы отпрыгнуть назад, он с невероятной ловкостью бросился вперёд и обвился мёртвой хваткой вокруг шеи хищницы, прямо под её тяжёлой треугольной головой.

Стефания захлестнулась от неожиданности и ярости. Она начала бешено извиваться, кататься по земле, пытаясь раздавить смельчака о камни и сокрушить его своими кольцами.

Уж задыхался, его чешуя трескалась от ударов о твёрдую почву, но он держал хватку, вплетаясь всё глубже в чешуйчатое тело врага, направляя их общую борьбу к старому металлическому ведру, валявшемуся у забора.

И вот, в кульминационный момент схватки, используя инерцию диких вращений гадюки, Златопуз сделал резкий рывок и толкнул противницу в узкое пространство между железным баком и тяжёлым бетонным блоком.

Тяжёлая голова Стефании застряла в узком зазоре, лишив её возможности маневрировать и наносить новые удары.

В это же время на крик дочери выбежал отец с тяжёлой садовой лопатой в руках.

Увидев чудовищную гадюку, зажатую у забора, и израненного, окровавленного Златопуза, лежащего рядом, он мгновенно оценил ситуацию.

Одним точным, выверенным движением лопаты хозяин обезвредил опасную гостью, после чего аккуратно перенёс её в глубокое пластиковое ведро, чтобы вывезти далеко за пределы дачного кооператива.

Глава VI. Возвращение домой

Когда всё стихло, сад погрузился в тишину.

Софийка подбежала к клумбе и ахнула, увидев своего друга.

Златопуз лежал неподвижно в траве, тяжело дыша, а его некогда изумрудная спина была покрыта ранами.

Девочка бережно, едва касаясь пальчиками, подняла его и прижала к груди, слёзы брызнули из её глаз:

— Папа, посмотри, он спас меня! Он весь ранен! Спаси его, пожалуйста!

Отец бережно взял ужа из детских рук, занёс в дом и аккуратно промыл раны чистой водой, смазав целебной мазью.

Несколько дней Златопуз провёл в небольшой коробке, наполненной мягким мхом, получая лучшие угощения и заботу со стороны людей, которых он так самоотверженно защищал.

Прошла неделя. Силы вернулись к отважному ужу.

Его шрам на хвосте затянулся, а чешуя снова заиграла на солнце всеми оттенками малахита и янтаря.

В одно прекрасное утро Софийка вынесла его в сад и выпустила на то же самое место под кустом терновника.

Златопуз не спешил уползать. Он грациозно приподнял голову, посмотрел своими умными тёмными глазами на девочку, качнул ей в знак приветствия и медленно скрылся в густой, прохладной траве.

С тех пор на дачном участке царил абсолютный мир.

Ни одна злая тварь больше не смела переступить его порог, ведь каждый обитатель леса знал: этот сад охраняет не просто уж, а настоящий, преданный друг с великим и благородным сердцем.

Босс-молокосос
Он ребенок и босс
У меня есть бизнес и работа,
Но если я не спасу BabyCorp

Вечные щенки будут править миром
Мы дети, BabyCorp
Именно это компания,
И мы конкуренты

Должны спасти BabyCorp,
Мне поможет Тим
И затем мне дадут повышение.
Но босс-молокосос вернётся в нашу семью.

Кошка, звёздочка и мышь,
Спичка, гречка и камыш,
Твиттер, интернет, кровать
Сообщение: "пора спать!".

Алгебра, подушка, ушки,
Серьги, туфельки и мушки,
Ложка, вилка и мушкет
А ещё лежит паштет.

Велик, ноги и бельё
И на фабрике сырьё,
И стишочки, и рассказы,
И немного пены в ванной.

Тортик, полотенце, дом,
Окна на большой район,
Есть подвеска и духи,
И на палке леденцы.

А ещё есть выключатель,
И проводка, и монтёр,
И садовые ножи,
И портфель, и стеллажи.

Вот как много есть всего -
Но об этом мы потом!

Белочка Рыжулька и тайна старого дуба

В одном большом лесу, где по утрам туман прятался между елями, а вечером верхушки деревьев золотились в лучах закатного солнца, жила маленькая белочка по имени Рыжулька.

Она была любопытной, непоседливой и очень любила задавать вопросы.

— Почему ручей звенит?
— Куда улетают осенние листья?
— Кто зажигает звёзды над лесом?

Но больше всего Рыжульке хотелось узнать, что находится внутри старого дуба, который стоял на краю лесной поляны.

Дуб был огромным. Его ствол был таким толстым, что даже три белочки, взявшись за лапки, не смогли бы обхватить его целиком.

Старожилы леса рассказывали, что много лет назад в дубе кто-то спрятал маленький деревянный сундучок.

Что было внутри — никто не знал.

Рыжулька часто сидела на соседней берёзке и разглядывала старый дуб.

Однажды она решила спросить о нём у мудрого филина, который жил неподалёку.

— Дедушка Филин, правда ли, что в старом дубе спрятано сокровище?

Филин внимательно посмотрел на белочку и ответил:

— Может быть, правда. Но иногда сокровища бывают совсем не такими, какими мы их представляем.

— А какие же они бывают? — удивилась Рыжулька.

— Вот это тебе предстоит узнать самой, — загадочно ответил филин.

На следующий день Рыжулька отправилась к дубу. Она обошла его со всех сторон, заглянула под корни и даже забралась на нижнюю ветку.

Ничего необычного она не заметила.

Но вдруг под лапкой у неё хрустнула сухая веточка.

Рыжулька посмотрела вниз и увидела маленькую тропинку, скрытую под опавшими листьями.

— Вот это находка! — обрадовалась она.

Белочка осторожно побежала по тропинке. Она привела её прямо к корням старого дуба.

И тут Рыжулька заметила маленькую дверцу.

— Вот это да! — прошептала она.

Дверца была почти незаметной, а рядом лежал крошечный золотистый ключик.

Рыжулька осторожно взяла его лапками.

— Неужели это тот самый ключ?

Она вставила ключ в замочную скважину.

Щёлк!

Дверца открылась.

Но за ней не оказалось ни сокровищ, ни драгоценных камней.

Там была маленькая полочка, а на ней — старый деревянный сундучок.

Рыжулька открыла его и увидела...

Один-единственный желудь.

— И это всё? — удивилась белочка.

На крышке сундучка были вырезаны слова:

«Настоящее сокровище становится большим, когда им делятся».

Рыжулька долго смотрела на желудь, пытаясь понять смысл надписи.

Она взяла его и побежала к ручью. Там как раз сидели зайчонок и ёжик.

— Посмотрите, что я нашла! — сказала Рыжулька.

Она рассказала друзьям о сундучке и показала им желудь.

— А что ты будешь с ним делать? — спросил зайчонок.

Рыжулька задумалась.

Она могла оставить желудь себе. Могла спрятать его в дупле или обменять на орешки.

Но слова на сундучке не выходили у неё из головы.

«Настоящее сокровище становится большим, когда им делятся».

— Я посажу его, — наконец сказала белочка. — Пусть из него вырастет дерево.

— А зачем тебе ещё одно дерево? — удивился ёжик.

— Чтобы когда-нибудь под ним могли отдыхать другие звери, — улыбнулась Рыжулька.

Она посадила желудь возле ручья и каждый день приходила проверить, не появился ли росток.

Первые дни ничего не происходило.

Рыжулька немного расстраивалась, но не переставала ухаживать за своим будущим деревом.

Она приносила воду, осторожно рыхлила землю и защищала место от любопытных птиц.

И вот однажды утром из земли показался маленький зелёный росток.

— Получилось! — радостно воскликнула Рыжулька.

С каждым годом росток становился всё выше и крепче.

Прошло несколько лет.

Маленький росток возле ручья превратился в большой, крепкий дуб. Его ветви раскинулись широко над поляной, а густая зелёная крона стала настоящим убежищем для лесных жителей.

Рыжулька часто приходила к своему любимому дереву и с гордостью смотрела на него.

— Вот каким большим ты стал! — улыбалась она.

Однажды Рыжулька решила, что пришло время поселиться на этом самом дубе. На толстой ветке она построила уютный домик из сухих веточек, мягкого мха и тёплых листочков.

Домик получился маленьким, но очень уютным.

Вскоре у Рыжульки появились бельчата — весёлые, пушистые и непоседливые. Они целыми днями прыгали с ветки на ветку, играли в прятки среди листьев и каждый вечер возвращались в свой тёплый домик.

Рыжулька смотрела на своих малышей и была счастлива.

Иногда она рассказывала им историю о том, как однажды нашла в старом дубе маленький сундучок и всего один желудь.

— А потом из этого желудя вырос наш дом, — говорила она.

Бельчата удивлённо смотрели на огромное дерево.

— Значит, это дерево — наше настоящее сокровище?

Рыжулька улыбалась:

— Да. Только не потому, что оно большое. А потому, что именно здесь мы вместе.

И с тех пор Рыжулька со своими бельчатами жила на том самом дубе.

Весной они встречали первые солнечные лучи, летом прятались в прохладной тени густой кроны, осенью собирали запасы, а зимой уютно устраивались в своём тёплом домике.

А старый дуб всё так же шумел своими ветвями над поляной, словно бережно охранял маленькую семью.

И каждый, кто проходил мимо, мог услышать весёлый беличий смех.

Потому что самое настоящее счастье — это когда у тебя есть место, которое можно назвать домом, и те, с кем хочется разделить его тепло.

С чего всё начиналось

Глава I. Тихая бухта

Далеко-далеко в тёплом океане, среди бескрайних голубых вод, находилось удивительное место — маленькая бухта, окружённая коралловыми рифами.

Днём здесь было шумно и весело. Разноцветные рыбки прятались среди кораллов, морские коньки играли в догонялки, а маленькие черепашки устраивали соревнования.

Но вечером бухта становилась совсем другой.

Солнце медленно опускалось за горизонт, вода окрашивалась в золотистые и розовые цвета, а над океаном появлялись первые звёзды.

Именно в этой бухте жила семья морских черепах.

Мама-черепаха давно ждала появления маленьких черепашат.

И вот однажды наступила особенная ночь.

Глава II. Первое утро Грея

Ночью море было необычайно спокойным.

Волны тихо накатывались на берег и снова возвращались в океан.

А на тёплом песке одно за другим начали появляться маленькие черепашата.

Они были крошечными, но очень шустрыми.

Кто-то сразу пополз к воде.

Кто-то пытался догнать братьев и сестёр.

А один маленький черепашонок задержался.

Он осторожно высунул голову из песка и широко открыл глаза.

Перед ним был огромный океан.

Грей ещё ничего не знал об этом мире.

Он впервые увидел небо.

Впервые почувствовал прохладный морской ветер.

Впервые услышал шум волн.

Черепашонок поднял голову и замер.

Ему хотелось рассмотреть всё сразу.

Мама подплыла к нему и ласково сказала:

— Ну здравствуй, мой маленький.

Грей посмотрел на неё и тихонько пискнул.

Это был его первый звук.

Глава III. Необычный панцирь

Когда первые лучи солнца осветили берег, мама внимательно посмотрела на своего малыша.

И тут она удивилась.

Панцирь Грея был совсем не таким, как у других черепашат.

Он был серебристо-серым и красиво переливался на солнце.

— Какой необычный! — удивилась мама.

Маленький Грей ничего не ответил.

Он только посмотрел на свой панцирь, потом на воду и снова на маму.

Позже к берегу приплыл старый Дедушка-Краб.

Он долго рассматривал черепашонка.

— Хм-м… — задумчиво протянул он. — За много лет я видел немало морских черепах, но такого панциря ещё не встречал.

— Думаешь, с ним что-то не так? — встревожилась мама.

— Наоборот, — улыбнулся Дедушка-Краб. — Он просто особенный.

Грей внимательно посмотрел на старого краба.

Слово «особенный» ему понравилось.

Глава IV. Большое знакомство

Когда Грей немного освоился, к нему приплыли другие обитатели бухты.

Первой появилась маленькая рыбка-клоун.

Она закружилась вокруг Грея и спросила:

— А ты кто?

Грей посмотрел на неё.

— Это Грей, — ответила мама.

— Грей? Хорошее имя!

Следом приплыл морской конёк.

Он важно поклонился и сказал:

— Добро пожаловать в нашу бухту!

Потом появились две маленькие черепашки.

Они были братьями Грея.

— Пойдём с нами! — позвали они.

Грей поплыл следом.

Это было его первое путешествие по родному океану.

Он увидел высокие кораллы, разноцветные водоросли и маленькие пещеры между камнями.

Всё казалось ему огромным и удивительным.

Глава V. Маленькое приключение

На следующий день Грей впервые отправился немного дальше от берега.

Мама не отпускала его далеко и всё время была рядом.

Вдруг из-за большого коралла послышался тоненький писк.

— Кто там? — спросила мама.

Грей подплыл ближе.

Между двумя камнями застрял маленький морской конёк.

Он пытался выбраться, но у него ничего не получалось.

Грей осторожно подполз к камням и стал толкать один из них лапкой.

Камень не двигался.

Он попробовал ещё раз.

На помощь приплыла мама.

Вместе они немного сдвинули камень.

Морской конёк наконец выбрался.

— Спасибо! — обрадовался он.

Грей улыбнулся.

Это было его первое маленькое доброе дело.

И пусть оно казалось совсем простым, Грей запомнил этот день надолго.

Глава VI. Праздник в бухте

Через несколько дней в бухте устроили праздник в честь новорождённых черепашат.

Кораллы словно специально раскрыли свои яркие цветы.

Рыбки устроили весёлые танцы.

Морские коньки соревновались, кто сможет смешнее покружиться.

Даже Дедушка-Краб надел свои самые красивые ракушки.

Грей плавал рядом с мамой и с удивлением смотрел на праздник.

Все хотели познакомиться с необычным серебристо-серым черепашонком.

— Какой красивый панцирь!

— Никогда такого не видели!

— А глаза какие любопытные!

Грей немного смутился и спрятался за маму.

Она ласково коснулась его панциря.

— Не бойся, малыш. Здесь все твои друзья.

Грей выглянул из-за мамы.

И впервые почувствовал, что у него есть целый океан, который можно назвать домом.

Глава VII. Тайна имени

Вечером Дедушка-Краб снова приплыл к семье.

— А имя у малыша уже есть? — спросил он.

— Пока мы выбираем, — ответила мама.

Дедушка-Краб задумался.

— Тогда пусть его имя будет связано с его необычным цветом.

Он посмотрел на серебристо-серый панцирь черепашонка.

— Грей.

Мама повторила:

— Грей…

Ей понравилось это имя.

Маленький черепашонок тоже словно услышал его по-своему.

Он поднял голову и посмотрел на маму.

— Значит, решено, — улыбнулась она. — Тебя будут звать Грей.

Так у маленького океанского черепашонка появилось его имя.

Глава VIII. Впереди целый океан

Прошло ещё несколько дней.

Грей рос.

Он учился плавать, знакомился с обитателями бухты и каждый день открывал для себя что-нибудь новое.

Он ещё не знал, сколько удивительных мест увидит.

Не знал, сколько друзей встретит.

Не знал, что однажды отправится далеко-далеко от своей родной бухты.

И уж тем более не знал, что впереди его ждут настоящие приключения.

Пока Грей был просто маленьким океанским черепашонком.

Он плыл рядом с мамой и смотрел на бескрайнюю голубую воду.

А океан словно шептал ему:

— Расти, маленький Грей. Твоя история только начинается.

И это действительно было только начало.

Потому что впереди Грея ждала целая жизнь — полная друзей, открытий и удивительных приключений.

Сердце Тянь-Шаня: Легенда об Иссык-Куле
​Давным-давно, когда величественные горы Тянь-Шаня были ещё молодыми, гордыми и зелёными, а тайны земные бережно хранили древние горные духи, на свете жили два брата-ветра — Санташ и Улан. С самого раннего детского возраста они были неразлейвода, делили на двоих бескрайние просторы меж отвесных скал и звонкий свист утренних гроз. Но когда они выросли, то стали полной противоположностью друг друга, превратившись в два совершенно разных лика дикой природы.
​Санташ был ветром восточным — лёгким, весёлым, порывистым, приносившим с собой утреннюю горную прохладу, терпкий аромат арчи и тонкий запах цветущих высокогорных лугов. Он кружил над высокими перевалами, ласкал снежные вершины и играл с невесомыми облаками.
​Улан был ветром западным — хмурым, сильным, горячим, рождённым из дыхания раскалённых песков пустыни и суровых глубоких ущелий. Он не любил долгих и пустых слов, нёс с собой свинец тяжёлых туч и грохот грозовых раскатов.
​Жили они в огромной высокогорной долине, посреди которой горделиво высился прекрасный хрустальный замок. В этом замке жила девушка редкой красоты по имени Куль. Её глаза сияли синевой чистейшего неба, а длинные тёмные косы струились по плечам, словно прохладные горные ручьи, питающие зеленеющую долину. И надо же было такому случиться, что оба брата влюбились в неё без памяти, потеряв покой и сон.
​Санташ прилетал к её расписным окнам каждое утро с самыми первыми лучами солнца. Он пел ей весёлые, звонкие песни, кружил в лёгком танце лепестки диких роз, осыпал капельками утренней росы и дарил живительную свежесть. Куль улыбалась ему, искренне смеялась и радовалась его приходам, как доброму, верному другу.
​Совсем иначе приходил Улан. Он не умел слагать красивых песен и совершенно не знал нежных слов. Тяжёлыми, гулкими шагами он подходил к её порогу, садился у её ног и горестно вздыхал, принося в подарок горячее дыхание южных степей и редкие диковинные камни, найденные в далёких опасных странствиях. Куль искренне сочувствовала его суровой печали, гладила его порывистые потоки, но сердце её молчало, не находя отклика на эту палящую страсть.
​Оба брата страстно хотели жениться на прекрасной девушке, сделать её полноправной хозяйкой своих бескрайних просторов. Долго они спорили у подножия замка, и наконец их слепая ревность превратилась в настоящую разрушительную бурю. Они сошлись посреди цветущей долины, чтобы насмерть биться за право обладать ею.
​— Она будет только моей! — ревел Улан, поднимая тучи сухой пыли, выкорчевывая скалы и сокрушая древние утёсы.
​— Нет, моей! — свистел Санташ, созывая грозовые тучи, застилая солнце и метая слепые молнии.
​Битва двух стихий была невероятно страшной. Земля под ногами дрожала, вековые тянь-шанские ели вырывало с корнем, горные птицы падали замертво, а звери в ужасе бежали в самые глубокие пещеры. Девушка выбежала из хрустального замка наперерез бушующим стихиям и со слезами на глазах умоляла братьев остановиться. Но они, ослеплённые яростью и жаждой победы, её голоса уже не слышали.
​Тогда Куль поняла страшную правду: эта безумная битва погубит и её саму, и ослеплённых братьев, и всё живое вокруг, превратив цветущий край в безжизненную пустыню. Она в последний раз посмотрела на родные горы, подняла руки к небу и тихо, но твёрдо прошептала:
​«Если я — истинная причина этой слепой вражды, то пусть я стану тем, что навсегда разделит вас, охладит ваш пыл и принесёт долгожданный мир в эту многострадальную долину».
​В тот же миг её хрустальный замок со звоном рухнул, а сама она растворилась в пространстве, превратившись в огромное, бескрайнее озеро с невероятно чистой, прохладной, но чуть солоноватой от пролитых девичьих слёз водой.
​Братья замерли на полуслове. В ужасе и оцепенении они кинулись к воде, но было поздно — прекрасная Куль навсегда исчезла, оставив вместо себя лишь необъятную лазурную гладь. От жгучего горя, осознания своей вины и бесконечного раскаяния сердце горячего Улана не выдержало и разорвалось прямо на крутом берегу. Там, где упали его горячие капли, вода в озере навсегда стала тёплой и ласковой, не замерзая даже в самые суровые и лютые зимы.
​С тех пор прошло много веков. Братья-ветры так и не смогли простить друг друга и примириться с утратой. Они до сих пор живут по разные стороны озера, вечно охраняя покой своей возлюбленной.
​Когда с востока прилетает весёлый Санташ, озеро Иссык-Куль оживает, радостно искрится на солнце, играет бликами и катит к песчаному берегу мелкую, добрую, игривую волну. Но стоит с запада ворваться хмурому, яростному Улану, внезапно вспомнившему свою старую обиду и утрату, как озеро моментально темнеет, вздымает высокие гребни волн и показывает свой суровый, несгибаемый характер.
​Но как бы ни бушевали ветры, как бы ни злились они наперекор друг другу, Иссык-Куль — «Горячее озеро» — неизменно остаётся тёплым. Это глубоко внизу, на самом дне, согревает землю великое, живое и любящее сердце, которое способно унять любую бурю.

Меня ты поймаешь в реке
Я золотая рыбка
Могу исполнить любое желание
Я как волшебная

Исполняю волшебство
Ко мне дедушка пришел
С разбитой корытом
Затем он вернулся к бабушке

И она постоянно его била
Я хочу быть королевой влади ческой,
А Золотая рыбка уплыла
И я снова с разбитой корытом

Мою сердце было заморожено
И только поцелуй истиной любви меня исцелить
У меня есть сестра старшая Эльза.
Я Анна её младшая сестра

Волосы заплетены в две косы
Я рыжая и смелая девушка.
Рядом со мной всегда спокойно на душе.
Но с самого детства нас разлучили
И я потеряла память

И не знала, что моя старшая сестра
Имела дар льда и холода
Она не могла контролировать этот дар
Сбежала и я следом за ней.

Постой Эльза. И мою сердце заморозилось
Я очень сильно замерла
И превратилась в статую

Но Эльза меня спасла
И затем вечная зима закончилась.

Глава 11
Утро застало Пыха в необычайном воодушевлении. Едва солнце коснулось верхушек ив, он выбрался из норки и направился к Большому Дубу — самому сердцу леса. Его Звёздная Игла на свету не погасла, а лишь сменила сияние на нежно-жемчужное, привлекая внимание каждого встречного. Пых попросил быстроногих белок разнести весть: сегодня на закате состоится Большой Сбор.
Когда тени начали удлиняться, у подножия дуба собралась пестрая толпа. Здесь были все: ворчливый барсук, семейство зайцев, мудрый Филин Бум и даже куница Кира, которая робко пристроилась на дальней ветке, стараясь не привлекать внимания. Светлячки с Поляны Огоньков прилетели целым облаком, создавая вокруг собрания живой светящийся шатёр.
Пых взобрался на старый пень и обвел всех взглядом. Его голос, обычно тихий, зазвучал уверенно и чисто:
— Друзья! Этой ночью я видел то, что скрыто от наших глаз. Я видел наш лес с самой Луны. Мы привыкли думать, что каждый из нас сам по себе: ёж в норе, птица в гнезде, хищник на тропе. Но это не так.
Он коснулся своей сияющей иглы, и её свет стал ярче, выхватывая из сумерек лица собравшихся.
— Я видел нити света, которые связывают нас. Когда мы помогаем друг другу, когда прощаем обиды или просто делимся теплом — эти нити вспыхивают ярче звезд. Наш лес жив до тех пор, пока мы не даем этим нитям оборваться. Страх и злоба делают нас невидимыми друг для друга, превращая мир в холодную пустоту. Но стоит одному из нас проявить доброту, как свет возвращается.
Звери слушали, затаив дыхание. Пых рассказал о том, как важно беречь не только себя, но и того, кто рядом, ведь даже самая маленькая искра участия может спасти кого-то в Шепчущем овраге отчаяния.
— Кира, — Пых посмотрел на куницу, и все головы повернулись к ней. — Твоя нить вчера начала светиться. Не дай ей погаснуть.
Куница смущенно спрятала нос в хвост, но её глаза блеснули пониманием. Филин Бум одобрительно ухнул, а светлячки закружились в медленном танце, подтверждая слова ежика. В этот вечер лесные жители расходились по домам не просто соседями, а частью единого, светящегося мира. Каждый из них уносил в сердце маленькое знание о том, что он — важная ниточка в огромном узоре жизни, и от его тепла зависит, насколько светлым будет завтрашний день.

­­­­­­­­* * *
Из Адлера приехала погостить прабабушка моего трёхлетнего внука — Таисия.

Глубокий вечер.

Я подслушала их диалог:

— Внучек, а не пора ли тебе в кроватку?

— Тая, что - то мне не спится, - вздохнув, ответил Витя.

— А что, так?

Бессонница замучила!

* * *
­Мой трёхлетний внук пришёл с мамой в гости к двоюродному брату семи лет.
Тот достал из шкафа конструктор автомобильной дороги, машинки и предложил Вите — погонять на них.
А внук выбрал более интересное, на его взгляд, занятие – конструировать автомобильную дорогу, аккуратненько подбирая детали.
Младшая сестрёнка Мирослава — Агата, которой нет ещё и двух лет, молча наблюдала за ними.
Скоро ей надоело сидеть без дела. Агуша подошла к Вите и стала помогать ему, подавая детали.
Мирослав обиделся на брата и забрал у него несколько развязок дороги.
Мама Полина сделала замечание сыну, что некрасиво так поступать.
А он ей говорит:
— А тебе было бы не обидно, если бы ты ждала, ждала братика, а он пришёл и не хочет с тобой играть, а играет с твоей сестрёнкой?
Витя, устанавливая светофор у пешеходной дорожки, с серьёзным видом отвечает ему:
А мы с Агушей в одной теме.

* * *
Внук смотрит мультик «Леди и Бродяга».

— Мамуль, а чего это Булл удумал? — с недоумением спрашивает мой трёхлетний внук.

Дочка, зная всех героев мультика наперечёт, отвечает:

— Витя, пёс на свою задницу приключения ищет.

— Ой, мам, погляди! Он опять впечатления на свою попу нашёл! — восклицает внук.

Сыночек, когда Булл повзрослеет вся бестолковость из его головы выветрится, а толк останется, и впечатлений на свою
попу он уже искать перестанет, - улыбаясь, убедительно объяснила ему мама.

Булл* — пёс из мультика «Леди и Бродяга».