По утру
Река вздохнула, сбросив сизый дым,
Зеркальной гладью тронув берег сонный.
Он вечером, казавшийся седым,
Вновь обернулся зеленью бездонной.
В саду роса дробится в изумруд,
Пчела летит в разведку у сирени.
Освобождённый от ночных причуд,
Мир расправляет плечи после тени.
Казалось бы — роса, пчела, сирень,
Чуть слышный звон, что в воздухе застыло.
Но именно из этих мелочей,
Слагается то главное, что мило.
Ты называешь жизнью. А она,
Не терпит громких слов и позолоты.
Она тиха, почти что не видна,
как свет в окне, задёрнутые шторой.
Ведёт пером вдоль утренних полос,
Вдоль жил листвы, вдоль спящих перекрёстков,
Где воздух свеж, как запах сена стог,
Он невесом, что утро нам подносит.
Я просто — есть, и дышится легко,
И дыма нет, один лишь свет прохладный.
И я, от края мира — далеко,
От всех потерь, несчастий и проклятий.
Спасибо.