Хрупкая сила

В углу у стенки, посреди толпы,
Она стояла тихо, невидимкой.
В лицо летели колкие смешки,
И школьный мир казался серой дымкой.
Её молчанье принимали за испуг,
Учителя в обиде замирали,
Но посреди ломающих потуг
Её святые руки поднимали.

Когда казалось — бездна впереди,
И школьный ад терпеть не стало силы,
Живая вера теплилась в груди,
И чья-то длань от пропасти хранила.
Она росла воротником к ветрам,
В двенадцать лет сильнее став, чем взрослые мужчины.
Сквозь тонны лжи, наперекор судьбе и злым словам
Она ушла, оставив школьные руины.

Но небо рухнуло холодною зимой —
Ушла из жизни мамочка родная.
И часть души, окутанная тьмой,
Умчалась вслед за ней до окон рая.
Казалось, больше незачем дышать,
И боль в груди горела острой сталью,
Но девочка решила сильной стать,
Свои оценки сделав светлой данью.

И вместо троек — четвёрки и пять,
Как безмолвный привет в облака:
«Смотри, моя мама, я буду стоять,
Пока держит за руку Бога рука.
Ты там, в вышине, где обиды и боль
Тебя не коснутся, ты счастлива, знаю...
Ты самая лучшая в жизни моей,
Я имя твоё, как святыню, сберегаю».

Прошли года. Общежития тишь,
Дипломный угар, на часах за полночь.
Ты взрослой стала и в окна глядишь,
В себе затая вековую тоску.
Но шрамы на сердце её не сожгли,
Они научили беречь чужие раны.
И в жизни её повстречался парень,
Что плыл по течению сквозь туманы.

Он сильный и добрый, но выгорел весь,
В свои двадцать два от обиды разбился.
Оставил учебу, ушел на износ,
В работе суровой на ферме закрылся.
Но девочка видит сквозь толщу брони,
Какая большая душа в нем таится.
Она не ругает, зажгла в нем огни,
И флиртом укутав, заставила вжиться

В ту сказку, где он — самый лучший, большой,
Способный на подвиг, на честное слово.
На ночной своей смене он шепчет душой:
«Отучусь ради нас, ради будущего, снова».
И девочка верит, и тает в ночи,
Отдав ему свет, что хранила годами.
Две раненых жизни сошлись у свечи,
Чтоб строить свой мир над былыми штормами.