Мне тридцать шесть. И я всю жизнь одна.
Ещё со школьной парты любила пацана.
Он уже не вспомнит меня, мои голос и глаза,
Но именно ему всегда оставалась я верна.
Давно я выгляжу несуразно, чуть в теле.
Но тогда, в той старой форме, говорила..
«Как же красив, не для меня!» – сама себе.
Не веря я в себя, всё время отступала.
Теперь, в холодной ванне лежа,
Вспоминаю это всё, была глупа.
«Может позвонить?», – просится душа.
Нет, ни за что, не смей. Никогда.
А может меня всё же помнит?
Та глупая открытка с признанием..
Смеялся, говорил: «Да, бредит!».
Тогда поспешила с откровением.
Мне сорок шесть. Я по прежнему скучаю.
В надежде похудела, продолжила жить.
На кухне, себе завариваю чаю
И думаю: «А может всё же позвонить?»
Рука невольно потянулась к телефону:
Судорожно нахожу тот самый номер,
«Хоть бы не ответил», – под нос шепчу.
Гудки пошли, пересыхает в горле.
«Оло? Не слышу. Вы кто? Мы знакомы?»
Тот самый голос, его, мне родной.
Молчу, будто оцепили меня оковы...
Оказались на щеке горячей слезой.